Книга содержит работу "Протестантская этика и дух капитализма" М.Вебера, где он показывает взаимосвязь протестантских религиозных ценностей и развития "духа капитализма", утверждая, что в странах, где эти ценности доминировали, быстрее и легче утверждались капиталистические отношения.
Также в книгу включены статьи В.Л.Керова "Современное звучание теории М.Вебера и А.И.Неусыхина о протестантизме", М.И.Лапицкого "Религиозные основы хозяйственной деятельности", И.В.Забаева "Вероисповедание и проблема модернизации (на примере М.Вебера и С.Булгакова)".
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | Ист-Вью, Ив.-Франковск |
| Рік видання | 2002 |
| Кількість сторінок | 352 |
| Обкладинка | м'яка |
-
488грн.
Схожі товари
Философия русского слова
Книга доктора филологических наук профессора В.В. Колесова посвящена осмыслению русского слова в национальной философской и духовной традиции. История словесного знака представлена автором как живое творчество языка.Написанная с привлечением обширного исторического и современного материала, книга будет интересна языковедам, историкам, философам, а также всем, кто любит русский язык...
Картезианские размышления (Изд-е второе, стереотипное)
В переводе на русский язык "Картезианские размышления" полностью публикуются впервые. Это большой подарок русскоязычному читателю, которому с Гуссерлем, как говорится, не повезло. Из крупных, важных для развития феноменологии произведений Гуссерля целиком переведены только первый том "Логических исследований", "Лекции по феноменологии внутреннего сознания времени" и "Философия как строгая наука". Прочие переводы - это либо небольшие статьи и доклады, либо отдельные фрагменты крупных работ. На этом фоне выход в свет перевода "Картезианских размышлений", одного из основных произведений позднего периода эволюции гуссерлевской феноменологии, - явление в высшей степени отрадное...
Театр и его двойник
Книга переводов выдающегося литератора, философа и теоретика театра Антонена Арто знакомит читателя (целиком или в отрывках) почти со всеми его основными произведениями. Фигура Арто поистине уникальна для истории и теории европейского театра, его концепция "театра жестокости", основанная на идее внутренней энергетики театрального представления, открыла дорогу для опытов Ежи Гротовского и Анатолия Васильева, для драматургии Жана Жене и Бернара-Мари Кольтеса... На деле, эта знаменитая "жестокость" ("la cruaute") Арто означает вовсе не особый интерес к мрачной, грязноватой или преступной стороне наличной реальности. "Жестокость" - это скорее сгусток чёрной энергии, "чёрное солнце", дающее сущему одухотворенность и жизнь, подземная река, питающая своей мощью плоскую наружную поверхность. По существу, "жестокость" сближается здесь с концепцией мистиков-исихастов, с представлением о темной, порождающей мир страсти ("sakti"), лежащей в основе бытия и искусства у кашмирских шиваитов. Такую энергетическую подкладку истинного искусства Арто искал в творчестве французских сюрреалистов, в балийском театре, в эстетических концепциях Китая и Индии, в психоделических опытах мексиканских жрецов Тараумара... Эти же принципы он старался воплотить и в собственном творчестве, которое сжигало его изнутри ослепительным, пугающим светом, - а в конце концов довело до психиатрических лечебниц и безвременной смерти.....