Тема смертной казни, ее правомерности либо неправомерности как меры наказания человека за преступление, является одной из наиболее общественно значимых юридических и этических проблем для государств современного мира.
Известнейший французский философ и писатель Альбер Камю и не менее известный английский писатель и публицист Артур Кестлер были едва ли не первыми европейскими интеллектуалами, которые со всей остротой и актуальностью поставили перед обществом проблему правомерности такого вида наказания.
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | Праксис, М. |
| Рік видання | 2003 |
| Кількість сторінок | 272 |
| Обкладинка | м'яка |
-
1.972грн.
Схожі товари
Самое само.\Антол.мысли\+Философия имени+Диалектика мифа+Музыка как предмет логики+Диалектика числа у Плотина
В том сочинений А. Ф. Лосева (1893 - 1988) вошли избранные труды 20 - 30-х годов, достаточно полно представляющие размах творческих исканий ученого: тонко - виртуозная и несколько эзотерическая `Философия имени` послужит источником вдохновения для тех, кого волнуют проблемы языка; кристально ясная и монументальная работа `Самое само` приглашает коснуться первооснов процесса мышления; `Музыка как предмет логики` являет эффективность лосевских методов при анализе сложных музыкальных феноменов; в `Диалектикечисла у Плотина` рельефно выступает мастерство автора как классического филолога; знаменитая `Диалектика мифа` рисует основные принципы цельного мировоззрения и учит отваге подлинно свободной мысли. Последняя из названных работ впервые издается в соответствии с авторской рукописью, долгие годы хранившиеся на Лубянке в архиве ФСБ РФ. Обо всём этом и не только в книге Самое само (А. Ф. Лосев) ..
![Восток, Россия и Славянство \Антология мысли\](https://academplus.com/image/cache/catalog/7869-200x290.jpg "Восток, Россия и Славянство \Антология мысли\")
Восток, Россия и Славянство \Антология мысли\
Константин Николаевич Леонтьев (1831-1891) - самый "неудобный" мыслитель в истории русской философии. Та четкость и ясность, с какой он излагал свои воззрения, которые и сам без стеснения называл "реакционными", приводила в ужас его современников - либеральных интеллигентов. Они страшились его взглядов, отдавая должное силе мысли философа и таланту писателя. Но прямота Леонтьева, уверенность в необходимости быть честным до конца отталкивали и его так называемых "единомышленников" из консервативного лагеря, старавшихся иметь поменьше общего с "кровожадным" Леонтьевым. Удивился бы философ, если б узнал, сколь мало изменилось отношение к его сочинениям более чем за 100 лет? И сегодня так же нелегко приходится мыслителю, который осмелится руководствоваться леонтьевскими принципами: "Во времена неподвижности быть за движение, во времена распущенности - за строгость... быть аристократом при тенденции к демагогии... свободомыслящим при лицемерном ханжестве, набожным при безбожии... то есть не гнуть перед толпой"...