В средние века наука считалась «служанкой богословия». Потом отделилась от религии так, что Лаплас не находил даже место Богу в научной картине мира. Современная — постклассическая — наука решительно поворачивает к религии, к библейскому учению о мире, природе и человеке. Более того, библия, по мнению ряда выдающихся ученых, становится стартовым полем для нового взлета научной мысли, в результате чего она приобретает небывалые глубину и масштабность.
Сложные пути и перепутья науки и религии исследуют известные авторы в настоящей работе.
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | Арий, К. |
| Рік видання | 2010 |
| Кількість сторінок | 352 |
| Обкладинка | тверд |
-
684грн.
Схожі товари
Исторические корни волшебной сказки
Переиздание одной из наиболее интересных книг В. Я. Проппа (1895-1970), крупнейшего фольклориста XX века, в которой автор выясняет источники волшебной сказки в исторической действительности, будет способствовать как развитию современной фольклористики, так и удовлетворению читательского спроса. Книга предназначена для фольклористов, литературоведов, этнографов, преподавателей, аспирантов и студентов филологических факультетов...
Язык птиц. Тайная история Европы
Грасе д'Орсе - удивительный автор, создавший одну из самых захватывающих конспирологических теорий. На долгое время его работы оказались забытыми. Теперь читатель имеет возможность познакомиться с одной из самых головокружительных трактовок истории Франции со времён друидов до XIX в. Расшифровывая Язык птиц, известный лишь посвящённым, Грасе д'Орсе приоткрывает завесу тайной истории Европы, и прочитывает по-новому книги Франсуа Рабле, историю Жанны д'Арк, события Французской революции. Его трактовки могут быть спорны, но они, несомненно, увлекательны и в чём-то провокационны...
История Ирана и иранцев: От истоков до наших дней
Наука об Иране не заняла место, какое бы ей полагалось, и иранский мир мы знаем поверхностно. Как будто на него накинули большое покрывало, сквозь которое просвечивают лишь отдельные огни: Сузы, Персеполь, Самарканд, Герат, Исфахан, Шираз, миниатюры, стихи... Все эти светочи должны были бы сверкать, им бы полагалось быть такими же яркими, как несравненная синева иранского неба, как обширные пустыни Ирана из золотого песка, как его обнаженные горы, как его теология света, как своды его храмов, облицованные лазурными изразцами, как его исфаханские розы, как его поэты с их "неподражаемой простотой". Для нас он расплывается в разнородном скоплении исламских стран, хоть и там проявляет сильную индивидуальность. Вместе с тем, история Ирана тесно связана со всемирной историей. Знать ее необходимо любому историку, любому образованному человеку. Как можно читать и понимать Библию, не зная о Вавилонском пленении и об освободительном указе Кира, "помазанника Яхве", по словам Второ-Исайи? Как можно изучать историю Греции, игнорируя персидские войны, Геродота, рожденного иранским подданным, Александра и его завоевание мира? Кого оставит равнодушным приход магов, иранских царей-жрецов, к колыбели Христа? Кто посмел бы забыть, сколь фундаментальное значение для Римской империи имела долгая борьба с парфянами и Сасанидами? Как бы мы воспринимали индийцев, если бы не знали, что индийский ислам, как минимум отчасти, возник под влиянием иранского? А разве куртуазная любовь нашего прекрасного средневековья зародилась не в стране катаров, до которой докатились отзвуки того, что происходило в долинах Месопотамии? Подобные, вопросы можно множить до бесконечности...