От Платона да Маркса политическая мысль предстает перед нами как практическое применение теорий, раскрывавших сущность общества и истории.
Основанная на онтологии тождества, для которой быть всегда означало быть обусловленным, она затемняла само существо общественно-исторического как радикально преобразующего воображаемого.
В своей книге К.Касториадис показывает, как могло случиться, что Маркс - пленник этой онтологии - сам заглушил ростки нового, содержащиеся в его философии.
Поскольку революционный проект выходит за рамки любого "рационального обоснования", то в организации общества им предполагается преодоление институционализированного разума, так что речь ведется о том, чтобы рассматривать историю как творчество, а общественно-историческое - как открывающийся в действии воображения способ существования, неведомый унаследованным от прошлого формам мысли.
Вторая часть исследования ("Социальное воображаемое и общественные институты") раскрывает в общественно-историческом измерении онтологического генезиса, непрерывного творчества, самоизменения, оформляющегося как установление.
Это установление - мира, индивидов, объектов - основанное на природном начале, по существу своему есть творчество из магмы воображаемых социальных смыслов.
Общество обычно не осознает себя как самостоятельная структура: в этом проявляется отчуждение.
Вера во внесоциальное происхождение данной структуры и ее рационализация в традиционной мысли - лишь проявления этого отчуждения.
Революционный проект, проект ясно выраженной самоорганизации общества, зависит лишь от социальной активности людей, существенным компонентом которой является политическая мысль - мысль самоструктурирующегося общества.
8 Воображаемое установление общества. Пер с фр./Пер Г. Волковой, С. Офертаса. Москва:
Издательство "Гнозис", Издательство "Логос", 2003,480 с.
СОДЕРЖАНИЕ
Предисловие 7
Марксизм и революционная теория 13
I. Марксизм: предварительный итог 15
1. Историческая ситуация марксизма и понятие ортодоксии /15 2. Марксистская теория истории /21 (Экономический
детерминизм и борьба классов /37; Субъект и объект исторического познания /41; Дополнительные замечания к
марксистской теории истории /45) 3. Марксистская философия истории /50 (Объективистский рационализм /50;
Детерминизм /52; Последовательная связь значений и «хитрость разума» /54; Диалектика и «материализм» /64) 4. Две
составляющие марксизма и их историческая судьба /67 (Философские основания упадка марксистской теории /79)
II. Теория и революционный проект 83
1. Praxis и проект /83 (Знание и действие /83; Praxis и проект /87) 2. Корни революционного проекта /92 (Социальные
корни революционного проекта /92; Революция и рационализация /98; Революция и социальная тотальность /99;
Субъективные корни революционного проекта /104; Логика революционного проекта /109) 3. Автономия и отчуждение
/116 (Смысл автономии. Индивид /116; Социальное измерение автономии /122; Институционализированная
гетерономия: отчуждение как социальный феномен /124; Мифическое значение «коммунизма» /126)
III. Институт и воображаемое: первое приближение 131
Институт: экономико-функциональный взгляд /131; Институт и символическое /133; Символическое и воображаемое
/143; Отчуждение и воображаемое /149; Воображаемые социальные значения /153; Роль воображаемых значений /164;
Воображаемое в современном мире /175; Воображаемое и рациональное /179
Примечания к 1-й части 185
Социальное воображаемое и институционализация 217
IV. Общественно-историческое 219
Возможные типы традиционных ответов /222; Общество и схемы сосуществования /229; История и схемы
преемственности /236; Философская институционализация времени /240; Время и творение /250; Социальная
институционализация времени /258; Отождествляющее время и время воображаемое /266; Нерасторжимость
социального и историчного. Абстракции синхронии и диахронии /273
V. Общественно-историческое установление: legein и teukhein 279
Отождествляющая логика и множества /279; Социальное установление множеств /286; Опора общества на природу /289;
Legein и язык как код /299; Аспекты legein /307; «Legein», детерминированность, рассудок /322; Аспекты teukhein /325;
Историчность «legein» и «teukhein» /335
VI. Общественно-историческое установление:
индивид и вещь 340
Способ бытия бессознательного /341; Вопрос об истоке представления /349; Психическая реальность /362; Единичное
ядро изначального субъекта /364; Разлом единичности и троичная фаза /372; Создание реальности /380; Сублимация и
социализация психики /385; Общественно-историческое содержание сублимации /390; Индивид и представление в
общем /395; Предрассудок восприятия и исключительность «вещи» /406; Представление и мышление /414
VII. Воображаемые социальные значения 418
Магмы /418; Значения в языке /423; Воображаемые социальные значения и «действительность» /434; Воображаемые
социальные значения и институционализация мира /440; Способ бытия воображаемых социальных значений /446;
Первичное воображаемое, общество, создающее институты, общество институционализированное /452
Примечания ко II -и части 458
Материалы к «воображаемому установлению общества»... 475
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | Гнозис/Логос |
| Рік видання | 2003 |
| Кількість сторінок | 480 |
| Обкладинка | м'яка |
-
1.784грн.
Схожі товари
Всемогущее правительство
В книге представлена неотразимая критика политических, социальных и экономических идеологий, определявших историю Западной Европы и США в течение последних 200 лет. Автор подробно анализирует, как в специфических исторических и географических обстоятельствах в Германии эти идеологии (этатизм и национализм) породили стремление к автаркии и завоеванию требующегося для этого "жизненного пространства", став причиной Второй мировой войны, а также как те же самые идеологии помешали другим западноевропейским странам предотвратить надвигавшуюся общеевропейскую катастрофу. Мизес первым показал, что нацизм и фашизм представляют собой тоталитарные коллективистские системы, имея гораздо больше общего с коммунизмом, чем с капитализмом свободного рынка. Более того, они являются логическим следствием необузданного этатизма и милитаризма дофашистских обществ. В пропитанной марксизмом интеллектуальной атмосфере 1940-х годов установленная Мизесом связь фашизма с марксистским социализмом стала настоящим шоком. Последняя глава содержит пророческую критику идеи мирового правительства, включая всемирные торговые соглашения. Особую актуальность для нашего времени представляет объяснение автором природы современного протекционизма как необходимого следствия вмешательства государства в экономику вообще и социального законодательства в особенности...
Этнические группы и социальные границы
Сборник "Этнические группы и социальные границы" под редакцией выдающегося норвежского антрополога Фредрика Барта - одна из наиболее знаменитых работ в социальных науках второй половины XX века, заложившая основы изучения феномена этничности и сместившая фокус антропологического анализа с внутреннего устройства и истории отдельных этнических групп на социальные границы между этносами и механизмы их поддержания...
Создавая мир без бедности: социальный бизнес и будущее капитализма
В своей книге лауреат Нобелевской премии мира Мухаммад Юнус предлагает новую экономическую модель - "социальный бизнес". Согласно этой модели цель бизнеса не в извлечении прибыли, а в создании социальных благ: например, в том, чтобы накормить бедняков. Однако речь не идет о благотворительности, поскольку инвесторам возвращают их начальные вложения, но при этом вся прибыль реинвестируется в тот же бизнес, напрямую связанный с социальной целью. Автор также предлагает подход микрофинансирования, когда небольшие суммы денег выдаются в качестве кредитов беднякам на создание и развитие малого бизнеса. Это позволяет им получить доход и обеспечить себе достойную жизнь. Экономическая модель профессора Юнуса не абстракция - он в первую очередь практик, создавший множество предприятий у себя на родине в Бангладеш, а также в развивающихся странах по всему миру, что позволило миллионам людей избавиться от бедности...