Данная работа обращена к новейшим, а во многом и непосредственно к современным страницам отечественной истории. Автор поставил перед собой задачу увидеть и осмыслить многообразные явления в судьбе страны не с точки зрения той или иной идеологической тенденции, а в свете всего ее более чем 1000-летнего пути.
В комплект вошли книги:
1. Россия. Век XX (1901-1939);
2. Россия. Век XX (1939-1964).
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | Эксмо, М. |
| Рік видання | 2002 |
| Кількість сторінок | 2тт |
| Обкладинка | тверд |
-
2.369грн.
Схожі товари
История Советского Союза. 2тт
Джузеппе Боффа — итальянский историк и журналист, один из самых авторитетных специалистов по истории стран Восточной Европы, автор двухтомного исторического исследования «История Советского Союза».Первый том рассказывает об истории Советского Союза от революции до второй мировой войны, а также о таких неоднозначных личностях, как Ленин и Сталин.Второй том охватывает период Отечественной войны и послевоенный период вплоть до падения Хрущева.Книга охватывает период с 1917 по 1964 год. По охвату событий, по оригинальности подхода этот труд не имеет аналогов в мировой историографии.Т. 1. От революции до второй мировой войны. Ленин и Сталин. 1917 - 1941 гг.Т. 2. От Отечественной войны до положения второй мировой державы. Сталин и Хрущев. 1941 - 1964 гг.М. Международные отношения 1990г. 630 с.+ 632 с. Твердый переплет, Увеличенный форматТОМ 1. От революции до второй мировой войны. Ленин и Сталин. 1917 - 1941 гг.ОглавлениеК советскому читателюКнига первая. РЕВОЛЮЦИЯI. Россия накануне революцииII. Ленин и большевизмIII. 1917 год: Февраль и ОктябрьIV. Советы и властьV. Земля и фабрикиVI. Революционный островVII. Красная армия и белые генералыVIII. Схватка с империализмомIX. Военный коммунизмX. ПартияКнига вторая. ГОДЫ НЭПАI. Тяжелый кризис 1921 г.II. Образование СССРIII. Капиталистическое окружениеIV. Завещание ЛенинаV. Экономика: подъем и проблемы развитияVI. Великое выдвижениеVII. Сталин: возвышение, взгляды и социализм в одной странеVIII. Распад «старой гвардии»Книга третья. ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЯ И КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯI. Битва БухаринаII. Призрак войныIII. Первый пятилетний планIV. Крестьяне в колхозахV. Общество и классы в ходе «революции сверху»VI. Политическая борьба «в верхах» и «на местах»VII. Попытка поворота: (1) самый критический годVIII. Попытка поворота: (2) сталинские секретариКнига четвертая. ЛИЧНАЯ ВЛАСТЬI. Коллективная безопасность и народные фронтыII. От убийства Кирова к Конституции 1936 гIII. Крупная промышленность и стахановцыIV. Компромисс в деревнеV. Массовый террор против партииVI. СталинизмVII. Между Мюнхеном и войнойVIII. Навстречу испытаниюПримечанияУказатель именТОМ 2. От Отечественной войны до положения второй мировой державы. Сталин и Хрущев. 1941 - 1964 гг.Книга пятая. ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНАI. Нацистская агрессияII. Трагическое лето 1941-гоIII. Битва под МосквойIV. Блокада ЛенинградаV. СталинградVI. Год переломаVII. Оккупация и сопротивлениеVIII. Военная экономика: «Все для фронта!»IX. Антифашистская коалицияX. Сталинское правление во время войныXI. Великие наступленияXII. Освобождение Восточной ЕвропыXIII. Ялта и сферы влиянияXIV. Победа и ее теневые стороныКнига шестая. ХОЛОДНАЯ ВОЙНАI. Опустошенная странаII. Европа, расколотая надвоеIII. Национальные пути к социализмуIV. Восстановление: успехи и диспропорцииV. Жданов и нарастающая волна национализмаVI. Экспорт сталинизмаVII. Китайская революцияVIII. Смерть СталинаКнига седьмая. ДЕСЯТИЛЕТИЕ ХРУЩЕВАI. Маленков, Берия, ХрущевII. Дипломатия мирного сосуществованияIII. XX съезд КПССIV. Кризис 1956 г. и коммунистическое движениеV. «Космическая эра»VI. Годы реформVII. Идеологический реваншVIII. Столкновение с КитаемЗАКЛЮЧЕНИЕI. Смещение ХрущеваII. СССР сегодняПОСЛЕСЛОВИЕ..
Разломанное время. Культура и общество в двадцатом веке \Corpus
Анализируя самые разные течения в искусстве и обществе - от классической музыки до художественного авангарда 1920-х, от модерна до поп-арта, от феминизма до религиозного фундаментализма - Эрик Хобсбаум точно определяет поворотные моменты эпох и устанавливает их взаимосвязь. Глубоко зная прошлое, он сумел разглядеть и предсказать многие заблуждения современного общества так проницательно, как мало кому удалось.Об авторе:Эрик Джон Эрнест Хобсбаум - британский историк, наиболее известный работами о "долгом XIX веке" ("Эпоха революций: Европа 1789-1848", "Эпоха капитала: Европа 1848-1875" и "Век империй: Европа 1875-1914") и "коротком XX веке" ("Эпоха крайностей. Короткий двадцатый век 1914-1991"), теоретик и критик национализма.Цитата:В "Разломанном времени" революционер-традиционалист проявился во всем своем блеске. Он описывает крах буржуазной культуры XIX века и исследует руины, оставшиеся от нее в ХХ-м. Хобсбаум любил обе эпохи, но хорошо понимал, почему они обречены. - The GuardianСОДЕРЖАНИЕ:БлагодарностиПредисловиеГлава 1 МанифестыЧасть I Сегодняшние затруднения «высокой культуры»Глава 2 Куда движутся искусства?Глава 3 Век культурного симбиоза?Глава 4 Зачем проводить фестивали в XXI векеГлава 5 Политика и культура в новом столетииЧасть II Культура буржуазного мираГлава 6 Итоги Просвещения: эмансипация евреев с начала XIX векаГлава 7 Евреи и ГерманияГлава 8 Судьбы Центральной ЕвропыГлава 9 Культура и гендер в европейском буржуазном обществе 1870–1914 годовГлава 10 Ар-нувоГлава 11 Последние дни человечестваГлава 12 Культурное наследиеЧасть III Неопределенность, наука, религияГлава 13 Тревожное будущееГлава 14 Наука: ее социальная функция и изменение мираГлава 15 Мандарин во фригийском колпаке: Джозеф НидэмГлава 16 Интеллектуалы: роли, функции и парадоксГлава 17 Перспективы общественной религииГлава 18 Искусство и революцияГлава 19 Искусство и властьГлава 20 Крах авангардаЧасть IV От искусства к мифуГлава 21 Из искусства в поп-арт: взрыв в культуреГлава 22 Американский ковбой: международный миф?...................................... Предисловие И мы с тобой как в смеркшейся стране,Огнем и лязгом сметены туда,Где бьется насмерть темная орда. Мэтью Арнольд. Дуврский берег Эта книга о том, что случилось с искусством и культурой буржуазного общества после того, как с уходом поколения 1914 года само это общество навсегда перестало существовать. Об одном аспекте того глобального тектонического сдвига, который постиг человечество с 1950-х, когда Средневековье внезапно закончилось для 80 % населения земного шара, о 1960-х, когда правила и условности человеческих отношений, очевидно, устарели разом и повсюду. Следовательно, эта книга также и об исторической эпохе, которая потеряла свои ориентиры и в начале нового тысячелетия с тревогой всматривается в едва различимое будущее, без карты и компаса, с растерянностью, какой я не припоминаю за всю свою долгую жизнь. Поскольку время от времени я как историк размышлял и писал о любопытном переплетении общественной реальности и искусства, в конце прошлого века ко мне обратились организаторы Зальцбургского фестиваля, этого примечательного обломка «Вчерашнего мира» Стефана Цвейга (он и сам был с фестивалем в значительной степени связан), где меня пригласили выступить с рядом лекций. Эти зальцбургские лекции составляют начало данной книги, написанной между 1964 и 2012 годами. Более половины их никогда ранее не публиковались, во всяком случае на английском языке. Книга начинается с недоверчивого восхищения в адрес манифестов ХХ века. Главы 2–5 представляют собой реалистические размышления о ситуации в искусстве в начале нового тысячелетия. Без погружения в исчезнувший мир прошлого в этом не разобраться. Поэтому главы 6–12 посвящены этому миру, сформировавшемуся в основном в Европе XIX века, где были заложены не только «классические» каноны музыки, оперы, балета и драматургии, но и в ряде стран – основы языка современной литературы. Иллюстрации я в основном черпаю из той области, которая сформировала мой собственный культурный фон – это немецкоязычная Центральная Европа, – но беру в расчет и все «бабье лето» (или belle époque) этой культуры в последние десятилетия перед 1914 годом. В конце я размышляю о культурном наследии этой эпохи. Мало что может сравниться сегодня по популярности с пророческим описанием Маркса экономических и социальных последствий капиталистической индустриализации Запада. Но когда в XIX веке европейский капитализм воцарился на земном шаре, судьбу которого ему предстояло изменить завоеваниями, техническим превосходством и глобализацией экономики, он принес с собой внушительный груз условностей и ценностей, которые, разумеется, считал более значимыми, чем все остальные. Договоримся называть это «европейской буржуазной цивилизацией», которая так и не оправилась после Первой мировой войны. Этот самоуверенный взгляд на мир отводил науке и искусству столь же значимое место, как и вере в прогресс и просвещение, и они поистине были духовным ядром, заменившим традиционную религию. Я родился и вырос в этой «буржуазной цивилизации», символом которой стало кольцо общественных зданий середины века, окружающее средневековый и имперский центр Вены: биржа, университет, Бургтеатр, монументальная ратуша, парламент в духе классицизма, колоссальные музеи истории искусств и естественной истории, стоящие друг напротив друга, и, конечно же, сердце каждого уважающего себя буржуазного города XIX века – Гранд-опера. В этих местах «культурные люди» припадали к алтарю культуры и искусства. Храмы вписывались в этот ландшафт лишь как запоздалая дань связи между церковью и императором. Несмотря на свою новизну, этот культурный ландшафт был глубоко укоренен в старой княжеской, королевской и церковной культуре до Французской революции, то есть в мире власти и чрезмерного богатства, патронирующих высокую культуру. В значительной степени он сохраняется и сегодня благодаря связи престижности в традиционном понимании и финансовой власти, демонстрируемой публично, однако эта связь уже не имеет отношения к авторитету духовному или полученному по праву рождения. Возможно, по этой причине эти ценности пережили относительный упадок Европы и по сей день остаются квинтэссенцией культуры, в которой власть и обширные расходы сочетаются с высоким социальным престижем. В этом смысле высокое искусство, подобно шампанскому, остается евроцентричным даже в эпоху глобализации. В заключение этого раздела приводятся размышления о наследии этого периода и связанных с ним проблемах. Как ХХ век пережил крах традиционного буржуазного общества и присущих ему ценностей? Этой теме посвящены восемь глав третьего раздела книги, где освещается широкий спектр реакций на конец эпохи. Среди прочего мы рассмотрим воздействие научных достижений ХХ века на цивилизацию, которая, несмотря на свою приверженность прогрессу, не смогла их до конца осознать и сама понесла от них ущерб; увидим диалектику религии в эпоху повсеместной секуляризации; проследим за тем, как искусство потеряло свои привычные ориентиры, но не смогло нащупать новые ни в рамках «модернистского» или «авангардистского» соревнования с технологиями в погоне за прогрессом, ни в союзе с властью, ни в безвольном смирении перед законами рынка. Что же пошло не так у буржуазной цивилизации? С одной стороны, ее локомотивом было производство, разрушающее и преображающее все вокруг, а с другой – все ее действия, институты, политические системы и шкалы ценностей создавались меньшинством и для меньшинства, численность которого, впрочем, могла расти – и росла. Это меньшинство как было, так и осталось по сей день по сути меритократичным, то есть отрицающим равенство и демократию. Вплоть до самого конца XIX века буржуазия (или высший средний класс) все еще представляла из себя довольно узкий слой общества. В 1875 году в хорошо оснащенной школами Германии гуманитарные гимназии (средние школы) насчитывали всего 100 000 учеников, и лишь часть из них доучивалась до экзамена на аттестат зрелости. В университетах же обучалось всего около 16 000 студентов. Даже на пороге Второй мировой войны в Германии, Франции и Британии – трех самых больших, развитых и образованных странах с общим населением в 150 миллионов человек – насчитывалось не более 150 000 университетских студентов, что составляло 0,1 % совокупного населения. Впечатляющее расширение среднего и, главным образом, высшего образования после 1945 года значительно умножило число образованных людей, т. е. людей, в целом обученных школьному минимуму XIX века, но необязательно число людей, легко ориентирующихся в этих дисциплинах. Совершенно очевидно, что опасность для этой системы должна была появиться со стороны большинства, остающегося за границами элиты. Оно могло бы стремиться к прогрессивному обществу равенства и демократии, вне- или посткапиталистическому, подобно социалистам, но последние переняли многие ценности буржуазного «модернизма» и в этом отношении уже не могли обеспечить заметной альтернативы. В самом деле, с культурной точки зрения целью «политически сознательного» активиста социал-демократических убеждений было обеспечение рабочего класса свободным доступом к этим ценностям, что и осуществляла местная власть с социалистическим уклоном. Парадоксальным образом, подлинное развитие отдельных субкультур того времени, таких как профессиональный футбол вместе с его публикой, считалось политически незначимыми и незрелыми отклонениями. Насколько мне известно, необычное пристрастие к футболу среди венского пролетариата во времена моего детства считалось чем-то само собой разумеющимся и никак не связанным со столь же одержимым голосованием за социал-демократов. Основной тезис собранных здесь статей состоит в том, что логика капиталистического развития и самой буржуазной цивилизации изначально была запрограммирована на уничтожение их собственной базы – общества и институтов, управляемых прогрессивным элитарным меньшинством с молчаливого согласия или даже одобрения большинс..
Через годы и расстояния \Мой 20 век
Говорят, что дипломат подобен айсбергу, надводная часть которого - то, что он знает. В мемуарах Олега Трояновского "айсберг всплыл на поверхность" полностью. На страницах книги - доселе неизвестные подробности Нюрнбергского процесса и Карибского кризиса,история создания и деятельности Организации Объединенных наций, тайны кулуаров Кремля и "высотки" на Смоленской площади, причины и следствия побегов на Запад высокопоставленных советских дипломатов. А среди ее персонажей - Сталин и Гитлер, Хрущев и Молотов, Рузвельт и Кеннеди, Мао Цзэдун и Дэн Сяопин... ..