В настоящем издании исследуется проблема функционирования языковых единиц в процессе речевого общения человека. Рассматривается вопрос о диалектическом единстве номинации и коммуникации как основе структуры и смыслообразования высказывания в логическом, прагматическом и грамматическом аспектах. Определяется функциональное место текста в речевой коммуникации как единицы высшего уровня, в которой сосредоточивается взаимодействие всех интра- и экстралингвистических факторов, создающее предпосылку для достижения адекватного взаимопонимания коммуникантов.
Книга предназначена для филологов разных специальностей, философов, психологов, преподавателей иностранных языков и всех, кто интересуется проблемами речевого общения.
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | ЛКИ (УРСС), М. |
| Рік видання | 2007 |
| Кількість сторінок | 176 |
| Обкладинка | м'яка |
-
1.199грн.
- Артикул: 6760
- Наявність: В наявності
Схожі товари
Мысль и язык
Книга выдающегося украинского филолога-слависта А. А. Потебни посвящена аналитическому исследованию общетеоретических проблем, относящихся к истории развития языка и мышления в их взаимосвязи. ..
Ключевые идеи русской языковой картины мира
Каждый естественный язык отражает определённый способ восприятия устройства мира, или «языковую картину мира». Совокупность представлений о мире, заключённых в значении разных слов и выражений данного языка, складывается в единую систему взглядов, которую, сами того не замечая, принимают все носители данного языка. Реконструкции такой системы представлений, заложенной в русском языке, посвящена данная книга. В неё вошли статьи трёх авторов, в которых анализируются ключевые слова русской языковой картины мира — такие, как душа, судьба, тоска, счастье, разлука, справедливость, обида, попрёк, собираться, добираться, постараться, сложилось, довелось, заодно и др. «Ключевыми» эти слова являются потому, что они дают «ключ» к пониманию русской языковой картины мира; одновременно они являются лингвоспецифичными, так как содержат в своём значении концептуальные конфигурации, отсутствующие в готовом виде в других языках (сравнение проводится с наиболее распространенными языками Западной Европы). Работы, собранные в данной книге, написаны в период с 1994 по 2003 год; они объединены общностью наиболее важных методологических установок, при этом различаются по жанру и стилю и отчасти по используемому метаязыку.Статьи объединены в тематические разделы, соответствующие фрагментам русской языковой картины мира. В Приложении помещена статья Анны Вежбицкой, к чьим идеям в значительной степени восходит направление исследований, представленное в данной книге. ОглавлениеОт авторов 9I. Вместо введенияА. Д. Шмелев. Можно ли понять русскую культуру черезключевые слова русского языка? 17А. Д. Шмелев. Лексический состав русского языка как отражение «русской души» 25И. Пространство и времяАнна А. Зализняк, А. Д. Шмелев. Время суток и виды деятельности . .'. 39А. Д. Шмелев. Широта русской души 51И. Б. Левонтина, А. Д. Шмелев. Родные просторы 64И. Б. Левонтина, А. Д. Шмелев. На своих двоих: лексика пешего перемещения в русском языке ... . 76Анна А. Зализняк. Преодоление пространства в русской языковой картине мира 96А. Д. Шмелев. В поисках мира и лада . ПОIII. Человек: душа и телоА. Д. Шмелев. Дух, душа и тело в свете данных русского языка 133Анна А. Зализняк. Счастье и наслаждение в русской языковой картине мира 153Анна А. Зализняк, И. Б. Левонтина, А. Д. Шмелев. О пошлости и. прозе жизни , 175IV. Чувства и отношенияАнна А. Зализняк. Любовь и сочувствие: к проблеме универсальности чувств и переводимости их имен 205Анна А. Зализняк, И. Б. Левонтина. С любимыми не расставайтесь 226И. Б. Левонтина. Милый, дорогой, любимый 238И. Б. Левонтина. «Достоевский надрыв» 247И. Б. Левонтина, А. Д. Шмелев. Хорошо сидим! (Лексиканачала и конца трапезы в русском языке) 259И. Б. Левонтина. Помилосердуйте, братцы! 270Анна А. Зализняк. Заметки о словах: общение, отношение,просьба, чувства, эмоции 280А. Д. Шмелев. Дружба в русской языковой картине мира . . . 289V. Намерения и делаАнна А. Зализняк, И. Б. Левонтина. Отражение «национального характера» в лексике русского языка 307И. Б. Левонтина. Ното р18ег 336И. Б. Левонтина, А. Д. Шмелев. Русское «заодно» как выражение жизненной позиции : . 345VI. Этические концептыИ. Б. Левонтина. Звездное небо над головой 353И. Б. Левонтина, А. Д. Шмелев. Попречный кус 358И. Б. Левонтина, А. Д. Шмелев. «За справедливостью пустой» 363Анна А. Зализняк. О семантике щепетильности {обидно, совестно и неудобно на фоне русской языковой картинымира) 378А. Д. Шмелев. Плюрализм этических систем в свете языковых данных 398А. Д. Шмелев. Терпимость в русской языковой картине мира 410Анна А. Зализняк, А. Д. Шмелев. Компактность \$. рассеяниев метафорическо м пространств е русског о язык а ..... . 42 4VII. Вместо заключенияА. Д. Шмелев. Некоторые тенденции семантического разви- .тия русских дискурсивных слов {на всякий случай, есличто, вдруг) 437А. Д. Шмелев. Сквозные мотивы русской языковой картинымира 452VIII. ПриложениеА. Вежбицка {Канберра). Русские культурные скрипты и ихотражение в языке 467А. Д. Шмелев. Комментарии к статье Анны Вежбицкой ... . 500Указатель лексем 511 Литература 525ФРАГМЕНТ ТЕКСТААнна А. Зализняк, А. Д. ШмелевВремя суток и виды деятельности*Обоим авторам статьи приходилось отмечать про себя некоторую неуместность приветствия «Доброе утро!», с которым многиезападные слависты, даже хорошо знающие русский язык, обращаются к своему коллеге из России, встречая его на работе дополудня. Как мы постараемся показать, эта неуместность вызванане просто различием в употреблении этикетных формул, но коренится непосредственно в значени и слова утро.Часто обращают внимание на то, что границы между временами суток не совпадают в представлении носителей разных языков.Так, для говорящих на английском или французском языке утро(тогпт§, тайп) — это часть суток от полуночи до полудня (ср.англ. опе т гНе тогпгщ, франц. ипе Неиге Аи таНп); для носителей русского языка время, непосредственно следующее за полуночью, — это ночь, а не утро, ср. час ночи, два часа ночи, но не:*час утра, *два часа утра. Однако такого рода поверхностнымиразличиями специфика представлений о времени не исчерпывается. Чрезвычайно важной, на наш взгляд, является та особенностьрусской языковой картины мира, что в ней языковое обозначениевремени суток в значительной степени определяется деятельно*стью, которая его наполняет. Обоснованию этого тезиса и посвящена настоящая статья.Данные русского языка позволяют восстановить соответствующий фрагмент языковой картины мира следующим образом. Деньзаполнен деятельностью; утро начинает дневную деятельность, авечер кончает; ночь — это как бы «провал», перерыв в деятельности. Ночью нормально человек спит; утро для человека наступает,когда он просыпается после ночного сна. Если же человек ночьюне спал, то утро наступает, когда просыпаются окружающие люди(или природа) и вокруг возобновляется жизнь.Представление об утре как о начале дня (а о вечере как о конце)отражено в метафорах, связанных со словами утро и вечер. Так, встихотворении Пушкина «Телега жизни» выражение с утра отсылает к молодости (началу жизни), а под вечер — к старости (концу):(...)С утра садимся мы в телегу;Мы рады голову сломатьИ, презирая лень и негу,Кричим: пошел!..Но в полдень нет уж той отваги;Порастрясло нас; нам страшнейИ косогоры и овраги;Кричим: полегче, дуралей!Катит по-прежнему телега;Под вечер мы привыкли к нейИ, дремля, едем до ночлега —А время гонит лошадей.Впрочем, это представление не является специфичным для русского языка. Та же метафора использована, например, в знаменитой загадке, загаданной Сфинксом Эдипу: «Кто ходит утром начетырех ногах, днем на двух, а вечером — на трех?»Связь утра с идеей начала, а вечера — с идей конца проявляется в сочетаемости соответствующих слов русского языка. Мыговорим рано утром, поздно вечером, поздно ночью, но не говорим*рано днем, *рано ночью. По-видимому, дело в том, что параметры'рано' и 'поздно' применяются к суткам в целом, а не к отрезкам,обозначаемым словами утром, вечером, ночью. Сами наречия ранои поздно имеют при этом особое значение: 'в начале' и 'в конце' —а не 'раньше нормы' и 'позже нормы', как при независимом употреблении (ср.: Он рано начал говорить, поздно женился, раноумер; Он лег спать рано, а проснулся поздно понимается как то,что он лег спать вечером раньше, чем обычно ложатся, а проснулся утром позже, чем обычно просыпаются). Итак, рано утромзначит 'в самом начале (дня)', а поздно вечером и поздно ночью —'в самом конце (дня или суток)'. Наоборот, сочетания рано вечером и поздно утром, использованные, например, в стихотворенииЛ. Мартынова «Первый снег», звучат странно и находятся на грани допустимости:Ушел он рано вечером,Сказал: «Не жди. Дела...»(...)Вернулся поздно утром онВ двенадцатом часу...Прилагательные ранний и поздний в этом же значении обладаютболее свободной сочетаемостью:(1) Я в этот день почти не обедал и с раннего вечера просиделу одного инженера (Достоевский, Сон смешного человека);(2) Поздним утром, когда... над избами столбами поднималсялиловый дым, в деревню ворвались пять троек с колокольчиками(Гладков, БАС).Прилагательные ранний и поздний имеют те же два значения,что и наречия рано и поздно: 'наступивший раньше/позже нормы'и 'начинающийся'/'приближающийся к концу'. При этом здесьимеется определенный параллелизм в обозначении трех типов временных циклов: сутки, год и человеческая жизнь. В первом значении ('наступивший раньше/позже нормы') прилагательные ранний и поздний сочетаются с обозначением любого события, приуроченного, в нормативной картине мира, к определенному времени суток, времени года или возрасту. Так, поздний ужин означаетужин, происходящий позже некоторого нормального для ужинавремени дня, ранние холода — холода, наступившие в этом году раньше обычного, ранний брак — вступление в брак раньшетого возраста, когда люди обычно женятся, и т.д. Прилагательные ранний и поздний в этом значении могут применяться также к временам года и к жизненным фазам, ср.: ранняя старость(старость, наступившая раньше положенного срока), поздняя весна и т. п. В сочетаниях типа раннее прощанье или поздние словаимеется в виду несоответствие некоторому предполагаемому илижелаемому сроку.В значении 'начинающийся'/'приближающийся к концу' прилагательное ранний сочетается со словами утро, весна, детство,молодость, а поздний — со словами вечер, ночь и осень (о сочетаниях ранний вечер и позднее утро см. выше; вместо поздняястарость по-русски говорят глубокая старость, а сочетания глубокая ночь и глубокая осень существуют наряду с поздняя ночь ипоздняя осень). Слова день, лето и зрелость не сочетаются ни стем ни с другим прилагательным: во всех трех временных циклахэтот срединный этап концептуализируется как «плато», т.е. какнечто статическое, неизменное на всем своем протяжении, неградуируемое — в отличие от «начальных» (утро, весна, молодость) и«конечных» (..
Субстанция мышления: ЯЗЫК КАК ОКНО В ЧЕЛОВЕЧЕСКУЮ ПРИРОДУ. Пер. с англ.
В новой блестящей работе <Субстанция мышления> известный канадско-американский лингвист и психолог Стивен Пинкер исследует работу человеческого сознания в совершенно новом стиле --- через пристальное изучение нашей речи: от бытовых разговоров, шуток и сквернословия до юридических споров, от детских неуклюжих выражений до сленга, от политического дискурса до поэзии. Объясняя сложные идеи с помощью точных и остроумных примеров, Пинкер задает увлекательный тон изложению науки о языке.Исходный посыл книги --- помочь нам понять, кто мы такие и что нами движет. Что говорят ругательства о нашей эмоциональности? Что могут рассказать двусмысленные фразы во время ухаживаний о наших социальных отношениях? Как смысловые тонкости и оговорки --- наподобие тех, что доставили немало проблем многим политическим лидерам, --- раскрывают наши представления об ответственности и справедливости? Как в языке преломляются научные понятия? Автор предлагает ответы на эти и многие другие интереснейшие вопросы, виртуозно демонстрируя умение прояснять предмет и вовлекать читателя в процесс осмысления.Язык --- как показывает Пинкер --- тесно переплетен с самой человеческой жизнью,он поистине является окном в природу человека. Эта великолепная работа захватывает с первых же строк, подводя читателя к изумительному открытию: как много, оказывается, мы можем узнаем о нашем естестве, если осмыслим, как мы облекаем свои мысли и чувства в слова!Предисловие и благодарностиГлава 1.Слова и миры Слова и мысли Слова и реальность Слова и общество Слова и эмоции Слова и социальные отношенияГлава 2.Вниз по кроличьей норе Степени числа десять Парадокс детской речи Изменение концептуальной структуры (фрейма) Мысли о движении и изменении Мысли об обладании, знании и содействии Мысли о действии, намерении и каузировании Сообразительные говорящие или сообразительный язык? Язык мышления? Наши когнитивные причудыГлава 3.Пятьдесят тысяч врожденных понятий (и другие радикальные теории языка и мышления) Экстремальный нативизм Радикальная прагматика Лингвистический детерминизмГлава 4.Рассекая воздух Измельчение, расфасовка, приклеивание ярлыков: мысли о материи Игра на дюймы: мысли о пространстве Цифровые часы: мысли о времени Магическая сила: мысли о причинности Чистая и прикладнаяГлава 5.Метафора метафоры Зануды и мессии Метафора важна Мессия метафоры Глубже, чем метафора Хороший, плохой, злой Метафоры и разумГлава 6.Что значит имя? В мире или в голове? Цацки, блоги и блурбы: откуда берутся новые слова? Матери неудавшихся изобретений: тайны неназванного и того, что нельзя назвать Возвращение к проекту "Стив"Глава 7.Семь слов, которые нельзя произносить на телевидении Сквернословы Мозг-богохульник Семантика сквернословия: мысли о божествах, болезнях, грязи и сексе Пять способов сквернословия Сквернословие -- за и противГлава 8.Игры, в которые играют люди Тет-а-тет Осторожно, чувства: логика вежливости Как можно больше запутать: неопределенность, отрицание и другие стратегии конфликта Дележка, ранжирование, обмен: мысли о взаимоотношениях Пройти тест на смех: логика не слишком убедительного отрицания Выбирая незнание: парадокс рационального неведенияГлава 9.Выбираясь из пещерыПримечанияБиблиографияИменной указатель..