В настоящей монографии предпринята попытка реконструкции и лингвокультурологического описания концептосферы русской повседневности. Анализируя философские и социологические исследования категории "повседневность", автор выявляет ее "константы", то есть такие ее свойства, которые не зависят от этноса и языка, и показывает, как эти свойства преломляются в русском обыденном языковом сознании.
Автор предлагает свое понимание широко используемых сегодня в лингвистике терминов и понятий: "наивная" языковая картина мира, значение и смысл, концепт, языковое сознание. Особое внимание уделяется собственно реконструкции и описанию концептов русской повседневности.
В исследовании используется нетривиальный материал - ассоциативно-вербальная сеть среднего русского, материализованная в "Русском ассоциативном словаре" и признанная коррелятом обыденного языкового сознания. Приведены различные методики интерпретации этого материала.
Монография предназначена для широкого круга лингвистов, культурологов и обществоведов, преподавателей русского языка как иностранного, аспирантов и студентов старших курсов гуманитарных специальностей.
| ПРЕДИСЛОВИЕ | |||
| Раздел 1. | Социально-философская категория "повседневность" и обыденное языковое сознание русских | ||
| 1.1. | "Константы" повседневности в современной социологии и философии | ||
| 1.1.1. | Самоочевидность, реальность мира повседневности для обыденного сознания | ||
| 1.1.2. | Интерсубъективность: "другой" ("другие") в повседневном существовании. Категория "социального Я" | ||
| 1.1.3. | Стереотипность, ролевая и сценарная структуризация повседневности | ||
| 1.1.4. | Роль языка в повседневной жизни | ||
| 1.1.5. | Повседневность и история | ||
| 1.2. | Языковое преломление "констант" повседневности | ||
| 1.2.7. | Отражение самоочевидности мира повседневности в русском обыденном языковом сознании | ||
| 1.2.2. | Категории "Я" и "другой" ("другие") в русском обыденном языковом сознании | ||
| 1.2.3. | Русская история в языковом сознании рядового носителя | ||
| 1.2.4. | "Наивная" лингвистика и основные функции языка-способности | ||
| Раздел 2. | Концептосфера русской повседневности: лингвокультурологическое описание | ||
| 2.1. | Категория "повседневность" в обыденном языковом сознании русских | ||
| 2.2. | Два "измерения" концептосферы русской повседневности | ||
| 2.3. | Повседневность и быт | ||
| 2.3.1. | Дом (жилище) | ||
| 2.3.2. | Семья(дом) | ||
| 2.3.3. | Работа, учеба | ||
| 2.3.4. | Отдых, досуг, развлечения | ||
| 2.4. | Социальные роли, маски ("слова -- другие люди") | ||
| 2.5. | "Вещный мир" повседневности ("слова-вещи") | ||
| 2.6. | Типичные ситуации русской повседневности ("слова-ситуации") | ||
| ЗАКЛЮЧЕНИЕ | |||
| БИБЛИОГРАФИЯ | |||
| ПРИЛОЖЕНИЯ | |||
| Приложение 1. Ассоциативные поля ядерных концептов повседневности | |||
| Приложение 2. Базовые концепты повседневности | |||
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | ЛКИ (УРСС), М. |
| Рік видання | 2007 |
| Кількість сторінок | 256 |
| Обкладинка | м'яка |
-
1.199грн.
Схожі товари
Первый, второй и третий человек
В книге рассматриваются архетипические фигуры первого, второго и третьего человека в их разнообразных воплощениях. Второй человек происходит из первого, а третий из второго (с частичным возвратом к первому). Главные черты первого человека - самостоятельность и способность к творчеству, второго - зависимость и подражательность, третьего - посредничество. Первый связан с рождением, возникновением, утверждением, второй со смертью, разрушением, отрицанием, третий с возрождением, восстановлением. В каждом из нас есть и первый человек и второй и третий, но в разном соотношении. Это соотношение меняется не только от человека к человеку, но и в одном человеке от возраста к возрасту. Сходным образом различаются народы и эпохи.СОДЕРЖАНИЕ:Предисловие1. Первые и вторые людиИмена и воплощения первого и второго человекаПришвин и Достоевский о первом и второмчеловекеСальериТри рода людейНародДуракСмехЛюбовьМужчина и женщинаКрасота2. Первый человекЛидер, гений, поэтДар и заслугаРод, рождение, роднойРебёнокПростой человекДурной первый человекПравдаЗаконПраздник3. Второй человекМережковскийГений и талантБрюсовРиторикаЧехов и другиеГоголь и другиеВторой человек в литературе4. Первое и второеПовторНикто и ничтоНольЧёртЛицоРоссия и ЗападИнтеллигенты и нигилистыКоммунизмТоталитаризмРеволюцияВластьНаукаПисьмоКультураИскусствоПервое и второе в пространстве5. Третий, четвёртый, последнийТретий человекЗритель, свидетель, судьяПервый-второй-третийТрое в одномСреднийЧетвёртыйПоследний человек6. РазноеЕщё о первом и второмСмысл жизниСальеризмИнверсияПошлостьОт второго человека к третьемуСмысл и толкУказатель имёнУказатель заметокСокращения..
Язык города
На большом лингвистическом материале, извлеченном из самых разных источников, автор повествует о судьбе и жизни русского слова на "стогнах града", преимущественно Санкт-Петербурга, не только его, но прежде всего его - новой столицы империи, в которой образовались условия для ускоренного развития нового языка, языка интеллектуального действия. Поучительные истории и малоизвестные факты помогают понять, как в большом городе перемалывается весь словесный материал, полученный из народных говоров, книжных текстов, непривычных иностранных разговоров и прочих форм человеческой речи, и на этой основе - в своем цветении - возникает великий литературный язык России. Возникает из смеси социальных групп, исторических традиций и тенденций развития, из художественных предпочтений и политических капризов моды. Книга будет интересна как филологам и специалистам по истории языка, так и широкому кругу читателей...
Японцы
Книга знакомит читателей с особенностями японского национального характера. Используя обширный фактический материал и личные наблюдения, авторы выявляют национально-психологическую специфику речевой коммуникации японцев, установления с ними межличностных отношений и другие особенности их социального поведения. В книге в аспекте национальной психологии отмечается специфика управления промышленным производством и анализируется система образования...