Руднев В.П.
Метафизика футбола. Исследования по философии текста и патографии
В новой книге русского философа, автора интеллектуальных бестселлеров "Винни Пух и философия обыденного языка" и "Энциклопедический словарь культуры XX века" развиваются идеи, изложенные в двух предыдущих монографиях автора - "Морфология реальности" (1996) и "Прочь от реальности" (2000). В "Метафизике футбола" преобладает патографический подход, то есть понимание явлений культуры с точки зрения скрыто содержащихся в них психопатологических симптомов - сексуальности, истерии, обсессии, деперсонализации, психоза, шизофрении.В издании с патографических позиций анализируются такие различные тексты, как "Гроза" Островского, "Логико-философский трактат" Витгенштейна, "Школа для дураков" Саши Соколова, "Бесконечный тупик" Галковского; интерпретируются любовь и смерть, как они предстают в языке, тема ног в культуре и, конечно же, футбол.Книга будет чрезвычайно интересна психологам, психиатрам и их пациентам, философам, филологам и культурологам, поэтам, прозаикам и драматургам, а также всем, кто любит родную речь...
Новая модель бессознательного.
..
Новая модель времени
Что такое новая модель времени? 1. Мифологическая модель времени. Время это просто круг. Объект ноль. Такая модель времени сохраняется всегда. В этом смысле мы всегда будем продолжать жить в мифологическом времени и мышлении навсегда останемся первобытными людьми. Но миф это не просто круг - это цикл, в котором совершается множество интереснейших вещей. Каких именно вещей? Ну, например ритуалов, таких как Элевсинские мистерии. Здесь главенствующую роль играет культ умирающего и воскресающего Бога. Аграрный культ. Ницше. "Рождение трагедии из духа музыки". При этом можно сказать, что мифологическое время это Мегаломаническое время. 2. Эсхатологическое время тоже было всегда, хотя оно и началось с Грехопадения. Его можно назвать парадигмой Августина. Здесь время выстраивается в Луч Творения это объект ноль второго порядка. Здесь формируются точки полифуркации. Это время бреда воздействия. 3. Энтропийное время. Парадигма Рейхенбаха. Течение времени совпадает со вторым законом термодинамики...
Новая модель реальности
Книга посвящена конструированию новой модели реальности, в основе которой лежит понятие нарративной онтологии. Это понятие подразумевает, что представления об истинном и ложном не играют основополагающей роли в жизни человека.Простые высказывания в пропозициональной логике могут быть истинными и ложными. Но содержание пропозициональной установки (например, «Я говорю, что…», «Я полагаю, что…» и т.д.), в соответствии с правилом Г. Фреге, не имеет истинностного значения. Таким образом, во фразе «Я говорю, что идет дождь» истинностным значением будет обладать только часть «Я говорю…». Отсюда первый закон нарративной онтологии: мы можем быть уверены только в том факте, что мы что-то говорим. Второй закон нарративной онтологии гласит: неважно, имело ли место то или иное событие, важно, насколько оно для нас интересно. Реальность рассказывает нам о чем-то. Если мы правильно прочтем ее послания, то сумеем понять смысл жизни...
Новая модель шизофрении
..
Педантизм и магия
..
Принцип преопределенности. Жизнь против жизни в параллельных мирах
Новая книга В.П. Руднева - российского философа и психолога, автора более тридцати книг, среди которых такие интеллектуальные бестселлеры, как Энциклопедический словарь культуры ХХ века и Энциклопедический словарь безумия, посвящена новой интерпретации одной из самых старых философских проблем - проблеме предопределенности.Автор формулирует в своей книге принцип предопределенности, в соответствии с которым случайность лишь обратная ее сторона. Мы не видим предопределенности событий, потому что наши глаза ограничены шорами сознания. Нам кажется, что мы живем в одном-единственном мире, в то время как еще Лейбниц подозревал, что все возможные миры на самом деле являются действительными мирами. Данные современной многомировой концепции квантовой физики подтверждают это. Для того чтобы увидеть все параллельные миры одновременно, вовсе не обязательно отключать сознание при помощи психоактивных веществ или ярких сновидений. Для того чтобы жить в параллельных мирах, надо жить против жизни. Это не значит, что надо отказаться от повседневных забот. Для современного человека это невозможно. Жить против жизни - это значит накапливать культурную информацию и избывать энтропию. Для этого просто нужно быть открытыми коллективному бессознательному, синонимом которого в определенном смысле является культура.Книга написана живым, увлекательным языком и будет интересна не только философам, специалистам по психологии, семиотике, культурологии и поэтике, но и всем интеллектуальным читателям, кому небезразличны проблемы человеческого бытия...
Реальность как ошибка
Вадим Руднев философ, психолог и психотерапевт. Автор книг: «Винни Пух и философия обыденного языка». М., 1994, 1996, 2001, 2010, «Морфология реальности: Исследования по «философии текста». М., 1996, «Энциклопедический словарь культуры XX века». М., 1997, 1999, 2001, 2009, «Прочь от реальности: Исследования по философии текста». II. М., 2000, «Метафизика футбола: Исследования по философии текста и патографии». М., 2001. «Характеры и расстройства личности: Метапсихология и патография». М., 2002, «Божественный Людвиг: Витгенштейн — формы жизни», М., 2002, «Тайна курочки Рябы: Безумие и успех в культуре», М., 2004, «Словарь безумия» М., 2005, «Апология нарциссизма: Исследования по психосемиотике», М, 2007, «Философия языка и семиотика безумия: Избранное», М., 2007, «Гурджиев и современная психология». М., 2010, «Полифоническое тело». М., 2010, «Введение в шизореальность», М., 2011.Книга публикуется в авторской редакции.Представим себе берег реки, на берегу пасутся дикие кабаны. Светит солнце, лес шумит от порывов ветра и так далее. По нашему мнению, это не является картиной реальности, пока в нее не введен наблюдатель — человек. Реальность — свойство человеческого мышления. Понятие реальности придумано человеком, причем высокоорганизованным человеком, различающим имена (берег, река, кабаны, ветер) и предикаты (пастись, течь, светить, шуметь).Более того: чтобы можно было сформулировать человеческую идею реальности как внешнего мира, нужно, чтобы в языке существовали пропозициональные установки. Он видит, как на берегу реки пасутся дикие кабаны. Понятие реальности, таким образом, это результат занимающего многие тысячелетия процесса развития языка.Реальность, таким образом, — это в принципе языковое явление, результат постепенного соглашения между людьми, которое развивалось на протяжении многих тысячелетий...
Словарь безумия
"Словарь безумия", написанный российским философом, автором ставшего интеллектуальным бестселлером "Энциклопедического словаря XX века", посвящен всестороннему освещению самых разных аспектов человеческого безумия - истерии, фобии, обсессии, депрессии, паранойе, шизофрении. Он подробно затрагивает такие проблемы, как этиология бреда и галлюцинаций, сновидения, субличности, деперсонализация; проблему человеческого характера; взаимодействие с идеей безумия таких общефилософских категорий, как язык, время, пространство, реальность, любовь. Психологической интерпретации подвергаются повседневные объекты - футбол, деньги, реклама, грибы. Безумие рассматривается в широком контексте человеческой культуры, от которой оно неотделимо. При этом в "Словаре безумия" применяются самые разные подходы и методы: клиническая и экзистенциальная психиатрия, классический психоанализ, характерология, аналитическая психология К.Г.Юнга, трансперсональная психология С.Грофа, аналитическая философия Л.Витгенштейна, теория речевых актов, семантика возможных миров, структурная лингвистика и поэтика. Книга будет интересна не только психологам, психиатрам, философам, психотерапевтам, культурологам, но и всем интеллектуальным читателям, интересующимся проблемами человеческой личности, а также всем любителям интерактивного гипертекста. ..
Странные объекты
Настоящая, по выражению автора «странная», книга посвящена исследованию психологии взаимодействия человека с окружающими его обычными и в то же время странными объектами, будь то телевизор, компьютер, книга, просто фотография; такими, которые могут оказывать на него сильное интеллектуально-психологическое действие. По мнению автора, помимо странных объектов существуют также странные факты, то есть объекты, реально существующие лишь включенными в событие, ситуацию и языковую игру, а также странные концепты, теории, тексты, странные жизни. Книга написана живо и увлекательно, доступным языком, не перегруженным научными терминами из области психологии и философии. Адресуется психологам, философам, культурологам, а также широкому кругу читателей, интересующихся философией человека...
Философия языка и семиотика безумия
Вадим Руднев — доктор филологических наук, филолог, философ и психолог. Автор 15 книг, среди которых «Энциклопедический словарь культуры XX века» (переиздавался трижды), «Прочь от реальности: Исследования по философии текста» (2000), «Характеры и расстройства личности» (2002), «Божественный Людвиг. Витгенштейн: Формы жизни» (2002), «Словарь безумия» (2005), «Диалог с безумием» (2005).Настоящая книга представляет собой монографию по психосемиотике — междисциплинарной науке, включающей в себя психоанализ, аналитическую философию, теоретическую поэтику, семиотику, мотивный анализ — которая разрабатывается В. Рудневым на протяжении последнего десятилетия. Суть авторского подхода состоит в философском анализе таких психических расстройств, как депрессия, невроз навязчивых состояний, паранойя, шизофрения и их составляющих: педантизма и магии, бреда преследования и величия, галлюцинаций. Своеобразие его заключается в том, что в каждом психическом расстройстве автор видит некую креативную силу, которая позволяет человеку, выпавшему из повседневной нормы, создавать совершенные произведения искусства и совершать гениальные открытия. В частности, в книге анализируются художественные произведения, написанные под влиянием той или иной психической болезни. С присущей ему провокативностью автор заявляет, что болен не человек, а текст.Книга будет интересна психологам, философам, культурологам, филологам — всем, кто интересуется загадками человеческого сознания.СодержаниеПредисловие 11Введение. Болен не человек — болен текст 21Текст и реальность: Направление времени в культуре 36Феноменология события 53Исследование экстремального опыта 67Франц Кафка. «Отъезд». Девять интерпретаций 821. Джон Остин 822. Людвиг Витгенштейн 843. Карл Густав Юнг 864. Людвиг Бинсвангер 885. Виктор Шкловский 916. Жак Лакан 937. Зигмунд Фрейд 968. Михаил Бахтин 999. Послесловие 102Смысл как травма 106Истина и безумие 125Педантизм и магия 1651. «Ученый малый, но педант…» 1652. Убил свою тещу 1683. Аккуратность и садизм 1704. Анальное, слишком анальное 1725. «Нас мыть, и мыть, и мыть…», или От ананкаста к маньяку 1766. «Как прекрасен этот мир»: Магия ананказмов и суеверий 1837. От навязчивости к бреду 1868. Резюме. Как же педантизм связан с магией? 190Обсессия и психоз: Навязчивое повторение в клинике и культуре 1971. О том, как Человек-Волк «остался с носом» 1972. Испражнялся ли Бог, или Невроз или психоз? 2013. «Туда-сюда-обратно — тебе и мне приятно» 209Понимание депрессии 2181. Депрессия и психоанализ 2182. Депрессия и десемиотизация 2243. Депрессивное время 236Депрессивный дискурс в романе Гончарова «Обломов» 240Язык паранойи 243Феноменология галлюцинаций 2631. Экстраекция и проекция 2642. Экстраекция и шизофрения 2673. Экстраекция и модальность 2764. Экстраекция и реальность (вместо заключения) 286Диалектика преследования 288Бред величия: Об экстраективной идентификации 307О природе психических заболеваний 340Философия шизофрении 3721. Введение 3722. Символ и бессознательное 3753. «Роза Мира» Даниила Андреева 3794. Смысл и денотат: модальности 3895. Эуген Блейлер 3926. «Мелкий бес» Федора Сологуба: От паранойи к шизофрении 3967. Классический психоанализ шизофрении: Отто Фенихель 4128. Шизофреногенная мать: «Психоз» Альфреда Хичхока 4149. Экзистенциальный анализ шизофрении: Людвиг Бинсвангер 42010. «Хазарский словарь» Милорада Павича 42411. Антипсихиатрия Рональда Лэйнга: «Расколотое Я» 43112. «Школа для дураков» Саши Соколова 43813. Лакан и «Малхолланд драйв» Дэвида Линча 45314. «Девушка с мухами»: Вэйкко Тэхкэ о шизофрении и ее лечении 45915. Психотический мир «Чевенгура» Андрея Платонова 46316. Шизофрения в культуре XX века 504Литература 511..
Энциклопедический словарь культуры XX века \Руднев
Вадим Петрович Руднев (р. 1958) — известный российский культуролог, семиотик и специалист в области психоанализа. Эта книга представляет собой уникальный словарь-гипертекст, предлагающий взгляд на историю культуры XX века как на единый синхронический срез. В ней содержится более 180 статей, посвященных понятиям и текстам, игравшим важнейшую роль в исследованиях и интеллектуальных дискуссиях ушедшего века. Перед нами как бы словарь языка интеллектуала, но адресованный широкой читательской аудитории — от студентов гуманитарных вузов до научных сотрудников. При этом большая часть включенных в словарь понятий продолжает широко использоваться как в науке, так и в масс-медиа. Автор доступно и в то же время глубоко истолковывает «деконструкцию» и «постмодернизм», «карнавализацию» и «семиосферу», «эдипов комплекс» и «экзистенциализм». Помимо этого, словарь содержит анализ ключевых, с точки зрения автора, художественных произведений XX века («Волга-Волга», «Мастер и Маргарита», «Доктор Фаустус» и др.), а также статьи, посвященные культовым фигурам в развитии гуманитарных дисциплин (З. Фрейд, Л. Витгенштейн, Ю. Лотман и др.).Несколько статей:АВТОКОММУНИКАЦИЯ (ср. индивидуальный язык) - понятие, подробнопроанализированное в рамках семиотической культурологии Ю. М.Лотмана. При обычной коммуникации общение происходит в канале Я- Другой. При А. оно происходит в канале Я - Я. Здесь наспрежде всего интересует случай, когда передача информации от Як Я не сопровождается разрывом во времени (то есть этоне узелок завязанный на память) Сообщение самому себе ужеизвестной информации имеет место во всех случаях, когда рангкоммуникации, так сказать, повышается. Например, молодой поэтчитает свое стихотворение напечатанным в журнале. Текстостается тем же , но, будучи переведен в другую системуграфических знаков, обладающую более высокой степеньюавторитетности в данной культуре, сообщение получаетдополнительную значимость. В системе Я - Я носитель информации остается тем же, асообщение в процессе коммуникации приобретает новыйсмысл. В канале Я - Я происходит качественнаятрансформация информации, которая в результате может привести ктрансформации сознания самого Я. Передавая информацию сам себе,адресат внутренне перестраивает свою сущность, посколькусущность личности можно трактовать как индивидуальный наборзначимых кодов для коммуникации, а этот набор в процессе А.меняется. Ср. приводимый Ю.М. Лотманом пример из "ЕвгенияОнегина": И что ж? Глаза его читали, Но мысли были далеко; Мечты, желания, печали Теснились в душу глубоко. Он меж печатными строками Читал духовными глазами Другие строки. В них-то он Был совершенно углублен. Одним из главных признаков А., по Лотману, являетсяредукция слов языка, их тенденция к превращению в знакислов. Пример А. такого типа - объяснение в любви междуКонстантином Левиным и Кити (которых в данном случае можнорассматривать почти как одно сознание) в "Анне Карениной" Л.Н.Толстого: "- Вот, - сказал он и написал начальные буквы: к, в, м, о:э, и, м, б, з, л, э, н, и, т? Буквы эти значили: "когда вы мнеответили: этого не может быть, значило ли это, что никогда илитогда?" [...] - Я поняла, - сказала она, покраснев. - Какое это слово? - сказал он, указывая на н, которымозначалось слово никогда. - Это слово значит никогда [...]". В. А., как пишет Ю. М. Лотман, "речь идет о возрастанииинформации, ее трансформации, переформулировке. Причем вводятсяне новые сообщения, а новые коды, а принимающий и передающийсовмещаются в одном лице. В процессе такой автокоммуникациипроисходит переформирование самой личности, с чем связан весьмаширокий круг культурных функций - от необходимого человеку вопределенного типа культурах ощущения своего отдельного бытиядо самопознания и аутопсихотерапии" (см. изменеиныесостояния сознания). Как компромисс между коммуникацией и А., между смыслом иритмом Ю. М. Лотман рассматривает двухканальныйпоэтический язык, который на содержательный код накладывает кодритмический, носящий автокоммуникативный характер (см. такжесистема стиха). Лит.: Лотман Ю.М. Автокоммуникация: "Я" и "Другой" как адресаты Лотмам Ю.М. Внутри мыслящих миров: Человек. Текст.Семиосфера. История. - М., 1996.АКМЕИЗМ (древнегр. akme - высшая степень расцвета, зрелости) -направление русского модернизма, сформировавшееся в1910-е гг. и в своих поэтических установках отталкивающееся отсвоего учителя, русского символизма. Акмеисты, входившие вобъединение "Цех поэтов" (Анна Ахматова, Николай Гумилев, ОсипМандельштам, Михаил Кузмин, Сергей Городецкий), были"преодолевшими символизм", как их назвал в одноименной статьекритик и филолог, будущий академик В. М. Жирмунский. Заоблачнойдвумирности символистов А. противопоставил мир простыхобыденных чувств и бытовых душевных проявлений. Поэтомуакмеисты еще называли себя "адамистами", представляя себяпервочеловеком Адамом, "голым человеком на голой земле".Ахматова писала: Мне ни к чему одические рати И прелесть элегических затей. По мне, в стихах все быть должно некстати, Не так, как у людей. Когда б вы знали, из какого сора Растут стихи, не ведая стыда, Как желтый одуванчик у забора, Как лопухи и лебеда. Но простота А. с самого начала была не той здоровойсангвинической простотой, которая бывает у деревенских людей.Это была изысканная и безусловно аутистическая (см.аутистическое сознание, характерология) простотавнешнего покрова стиха, за которым крылись глубины напряженныхкультурных поисков. Вновь Ахматова; Так беспомощно грудь холодела, Но шаги мои были легки Я на правую руку надела Перчатку с левой руки Ошибочный жест, "ошибочное действие", если воспользоватьсяпсихоаналитической терминологией Фрейда из его книги"Психопатология обыденной жизни", которая тогда была уже изданав России, передает сильнейшее внутреннее переживание. Можноусловно сказать, что вся ранняя поэзия Ахматовой - это"психопатология обыденной жизни": Я сошла с ума, о мальчик странный, В среду, в три часа! Уколола палец безымянный Мне звенящая оса. Я ее нечаянно прижала, И, казалось, умерла она, Но конец отравленного жала Был острей веретена. Спасение от привычно несчастной любви в одном -творчестве. Пожалуй, лучшие стихи А. - это стихи о стихах, чтоисследователь А. Роман Тименчик назвал автометаописанием:МУЗА Когда я ночью жду ее прихода, Жизнь, кажется, висит на волоске. Что почести, что юность, что свобода Пред милой гостьей с дудочкой в руке. И вот вошла. Откинув покрывало, Внимательно взглянула на меня. Ей говорю: "Ты ль Данту диктовала Страницы Ада?" Отвечает: "Я". Первоначально сдержанной, "кларичной" (то естьпрокламирующей ясность) поэтике А. был верен и великий русскийпоэт ХХ в. Мандельштам. Уже первое стихотворение егознаменитого "Камня" говорит об этом: Звук осторожный и глухой Плода, сорвавшегося с древа, Среди немолчного напева Глубокой тишины лесной... Лаконизм этого стихотворения заставляет исследователейвспомнить поэтику японских хокку (трехстиший), принадлежащуюдзенской традиции (см. дзэнское мышление),- внешняябесцветность, за которой кроется напряженное внутреннеепереживание: На голой ветке Ворон сидит одиноко... Осенний вечер! &nb..