Соціологія
Мир блистательного принца: придворная жизнь в древней Японии
«Мир блистательного принца» (1964) Айвана Морриса — знаменитое описание церемонного, замкнутого, меланхолического мира древней Японии, на десятилетия ставшее образцом культурологического исследования.Взяв за основу «Повесть о Гэндзи» и другие выдающиеся сочинения эпохи Хэйан, Моррис изображает политическую, общественную, религиозную действительность того времени, уделяя пристальное внимание повседневной жизни императорского двора и аристократического общества.Со скромностью ученого автор адресует свою книгу прежде всего широкому читателю; к таковому, слегка переиначивая смысл, хочется отнести как увлеченного любителя (скажем, «Записок у изголовья» Сэй-Сёнагон), так и искушенного специалиста. Айван МоррисБританский автор, преподаватель в области японских исследований. Учился в Гарварде и Лондоне, преподавал в Колумбийском университете Нью-Йорка и в Оксфорде...........Александр Мещеряков о книге английского япониста Айвана Морриса:Англичанин Айван Моррис (1926–1976) — классик мировой японистики. Он работал еще во времена «романтического» японоведения, когда широта подходов и ассоциаций не почиталась за недостаток. Сейчас большинство специалистов «углубляются» в тему, изучают ее досконально и всю оставшуюся от преподавания жизнь. Конечно же, такой подход имеет свои основания и плюсы, которые, однако, не всегда видны широкому читателю. Моррис кроил по другому лекалу: будучи несомненным знатоком, он не упивался цеховой избранностью и не сыпал с важным видом непонятными японскими словечками, но щедро делился своими знаниями, препарированными под интеллигентного не-япониста. При этом каждый его широкий мазок был расчетливо обоснован знанием текстов. В основе этой щедрости видна несомненная любовь к Японии, любовь, в которой он не стеснялся признаться. Сейчас стало считаться, что эмпатия, сочувствие к объекту изучения не способствует объективности, но настрой Морриса был совсем иным.Он написал и перевел довольно много, но славу ему обеспечили две книги: «Мир блистательного принца. Придворная жизнь в древней Японии» (1964) и «Благородство поражения. Трагический герой в японской истории» (1975). В переводе на русский язык они появились в обратном порядке: «Благородство» в 2001 году («Серебряные нити», перевод А. Г. Фесюна), а «Принц» — сейчас («Дело», перевод Д. Харитонова). Эти книги образуют дилогию, которую вполне можно охарактеризовать как своеобразную эпопею под названием «Война и мир по-японски». Или «Мир и война» — как кому больше нравится.Книга про мир — это про эпоху IX–XII веков, именованную так по названию столицы Хэйан, что означает «мир и спокойствие». Это было интересное время. Впрочем, неинтересных времен не бывает. Но время Хэйана было интересным на свой лад. Оно не всегда было абсолютно мирным, но оно стремилось к миру. Волнения и мятежи случались редко (особенно в первую половину этого периода). Императорскому двору удалось на несколько веков — виданное ли дело! — упразднить смертную казнь. Страна не стремилась к расширению своей территории, гражданские чиновники обладали (бывает же такое!) более высоким статусом, чем силовики.Моррис пленил своим Хэйаном многих западных людей. Те, кто постарше, ко времени выхода книги еще не успели отойти от кошмаров Второй мировой войны, но на них уже накатила гонка ядерных вооружений, способных уничтожить весь мир в мгновении ока. Однако опасность нового побоища ощущали тогда не только ветераны. Молодежная поп-культура по призыву патлатых битлов распевала и скандировала: make love, not war! Чем не эпиграф ко всему хэйанскому придворному дискурсу? Так что книжка Морриса пришлась кстати: она показала именно таких людей, которые не воевали, а занимались любовью. В промежутках любовались природой и сочиняли стихи. Еще они рисовали, музицировали, играли в разные игры и красиво одевались. Выпивали, конечно, как без этого обойтись сибаритам? Словом, получали удовольствие от жизни. Люди средневековья часто бранили жизнь, которая представлялась им юдолью печали. Поэтому конец земного пути казался им избавлением от страданий. Аристократы Хэйана тоже сетовали: жизнь казалась им чересчур короткой. Отчасти потому, что она им нравилась. В изложении Морриса, помноженном на ожидания публики, Хэйан представал перед европейцем в виде чудесной страны. Почти утопии. Пусть это было давно, но все-таки было же! А раз было, значит, и могло (должно?) повториться и в новейшие времена. Александр Генис, написавший предисловие к книге, признается, что начитавшись хэйанской прозы и книги Морриса, провел целый год, придерживаясь аристократических обыкновений.Обитатели Хэйана искали в мире красоту. Обнаруживая ее, старались удержать в продуктах своего жизнетворчества, часть из которых дошла и до нас. Тем самым они спасли свой мир от тлена.Основной источник, которым пользовался Моррис — это «Повесть о Гэндзи», знаменитый роман придворной дамы Мурасаки Сикибу. Впервые он был переведен на английский язык в 1925–1933 годах англичанином Артуром Уэйли. Это был даже не перевод, а пересказ, но его отличали незаурядные литературные достоинства. Уэйли был интересным человеком (неинтересные люди не занимаются переводами экзотики — а «Повесть о Гэндзи» была тогда, несомненно, экзотикой). Он ни разу не съездил в Японию — скорее всего, потому, что не хотел портить чудесную литературу современной натурой. Когда он закончил перевод, Япония стремительно превращалась в милитаристскую и тоталитарную страну, имевшую мало общего с миром блистательного принца. Уэйли решил жить в стране слов (снов?), а не в стране создавших (увидевших?) их людей.Произведение Морриса щедро уснащено прелестными цитатами из хэйанской литературы. Переводчик выбрал единственно верный путь: не стал переводить их сам, а обратился к существующим переводам на русский язык, что сильно упростило его задачу и сделало ее выполнимой. Вполне удивительно, что он не называет своих благодетелей. А они того заслуживают. Люди, работающие со старыми сочинениями, знают, что перевод бывает сделать сложнее и трудозатратнее, чем сочинить свой текст. Однако в русскоязычной библиографии приводятся лишь год и место издания. Можно подумать, что город, в котором было осуществлено издание, сделал для перевода больше, чем переводчик. Нет, Т. Л. Соколова-Делюсина сделала для перевода «Повести о Гэндзи» больше, чем стольный град Москва. То же самое касается и других переводчиков хэйанской литературы, цитированной в «Принце» (В. Н. Горегляд, В. Н. Маркова, ваш покорный слуга). Японский подход мне нравится больше: на обложке книги там непременно указывается не только автор, но и переводчик, который, как известно, всегда соавтор. Если автору повезло с переводчиком, автора станут хвалить и читать. Если удача отвернулась — беда. Поэтому переводчиков нужно уважать и всячески задабривать. Поэтому Моррис честно посвятил свою книгу именно переводчику — Артуру Уэйли. Без него он, возможно, и не написал бы своей замечательной книги.Книга Морриса про Хэйан показывает нам мир глазами женщины, ибо эта литература создавалась женщинами. Друг Морриса и одновременно знаменитый писатель Мисима Юкио попрекнул его за такую гендерную несправедливость. Результатом стала другая прекрасная книга. Теперь уже про мужчин, теперь уже про войну. Моррис нашел свой подход, открывающий нам глубины японской души. В «Благородстве поражения» он рассказывает не о героях-победителях, а о тех людях, которые проиграли свою битву. Но именно они остались в народной памяти — потому что держались до конца и делали то, что считали нужным, даже зная, что победы им не видать. В западной культуре тоже случаются такие герои, но их все-таки намного меньше. Моррис же обнаруживает примеры на протяжении всей японской истории: начиная от мифа и кончая камикадзе. Лейтмотив повествования — важно не как жить, а как умереть. Или: смерть есть продолжение жизни — как жил, так и умер. Или: достойная смерть искупает все грехи. Сам Мисима умер именно таким образом. Будучи не самым глупым человеком, он осознавал изначальную невозможность возрождения прежней императорской Японии, но все равно восстал и зарезал себя. Моррис не соглашается с идеями Мисимы, но отдает должное его последовательности, нерасхождению между словом, делом и телом.Нынешние японцы — люди мирные. Но и они судят друг друга похожей меркой. Вот этот человек не хватает звезд с неба, но он прилагает все силы, чтобы исполнить свой долг, а потому достоин уважения и самых высоких похвал… Отвратительный принцип «победитель получает всё» не прижился в Японии. Школьники участвуют в забегах и заплывах, но соревнований с определением чемпиона класса и школы не устраивается. Именно в Японии восторжествовал принцип истинного олимпизма, как его понимал Пьер Кубертен: главное — участие, а вовсе не победа. Соревноваться нужно с самим собой изо всех своих слабых сил. Моррис показывает нам, как это могло случиться.Словом, размышления Морриса наводят на размышления. Не только о японцах, но и о нас самих. Айван Моррис сделал свое дело безупречно. Когда я — давным-давно! — прочел его книги, я так сроднился с автором, что в душе всегда стал называть его по свойски — Иваном...
Источники социальной власти. В 4-х томах (5 книг, полный комплект)
Выделяя четыре источника власти в человеческих обществах (идеологический, экономический, военный и политический), этот многотомный труд прослеживает их взаимоотношения на протяжении всей истории.Т.1 ИСТОРИЯ ВЛАСТИ ОТ ИСТОКОВ ДО 1760 ГОДА Н. Э.Предметом первого тома являются взаимоотношения указанных источников власти во времена неолита, древних ближневосточных цивилизаций, классической средиземноморской эпохи и средневековой Европы вплоть до промышленной революции в Англии. В этом томе предложены объяснения происхождения государства и социальной стратификации, городов-государств, милитаристических империй, а также постоянного взаимодействия между ними, мировых религий спасения и, наконец, особого динамизма средневековой и раннесовременной Европы. В заключительных главах представлены обобщения о природе социального развития в целом, различающихся формах социальных общностей и роли классов и классовой борьбы в истории. В данный том включено новое предисловие с авторской оценкой влияния и наследия его труда.Т. 2. СТАНОВЛЕНИЕ КЛАССОВ И НАЦИЙ- ГОСУДАРСТВ, 1760–1914 ГОДЫ (в двух томах)Второй том аналитической истории социальной власти Майкла Манна посвящен отношениям власти в период между промышленной революцией и Первой мировой войной и сфокусирован на Франции, Великобритании, габсбургской Австрии, Пруссии-Германии и Соединенных Штатах. Основываясь на фундаментальных эмпирических исследованиях, автор выдвигает оригинальные теории становления наций и национализма, классовых конфликтов, современного государства и современного милитаризма. Он также подчеркивает социальную и историческую сложность рассматриваемых явлений, не боясь обобщений. Майкл Манн исследует человеческое общество как «структурированный беспорядок» и пытается разработать соответствующую такому представлению социологическую теорию. Эта теория венчает собой заключительную главу, где представлено оригинальное объяснение причин Первой мировой войны. Книга была впервые опубликована в 1993 г., новое издание второго тома включает обновленное предисловие, в котором автор проводит анализ влияния и следа, оставленного данной работой в историографии.Т. 3. ГЛОБАЛЬНЫЕ ИМПЕРИИ И РЕВОЛЮЦИЯ, 1890–1945 ГОДЫВ третьем томе аналитической истории социальной власти Майкл Манн начинает свое повествование с глобальных империй XIX в. и продолжает глобальной историей XX в. вплоть до 1945 г. Манн фокусируется на взаимосвязях развития капитализма, национальных государств и империй. В томе 3 также обсуждается Великая дивергенция между траекториями Запада и остального мира, саморазрушение европейского и японского могущества в двух мировых войнах, Великая депрессия, возвышение американской и советской власти, соперничество между капитализмом, социализмом и фашизмом, а также триумф реформированного и демократического капитализма.Т. 4. ГЛОБАЛИЗАЦИИ, 1945-2011В данном труде автор описывает и анализирует все значимые события и явления мировой истории со времени окончания Второй мировой войны и до наших дней, от становления биполярной системы мироустройства и начала «холодной войны» до мирового экономического кризиса последних лет.Книга разбита на 13 глав, каждая из которых посвящена истории и анализу мировой истории на четко очерченном отрезке времени, например, в первой главе речь идет о распаде колониального миропорядка, становлении Бреттон-Вудской валютно-финансовой системы и начале противостояния двух сверхдержав (США и СССР), во второй – анализу послевоенного экономического развития, формирования концепции «государства всеобщего благоденствия» и межрасовых конфликтов. В последних же главах говорится о мировом экономическом кризисе, проблемах глобального потепления и других насущных проблемах современности. В целом содержание книги можно увидеть даже при первом взгляде на обложку, на которой, словно на горизонтальном графике, каждым из делений которого является один год (с 1945 по 2014 гг.), перечисляются основные события мировой истории за каждый год.Новый труд Майкла Манна будет интересен для всех, кто интересуется мировой историей, политологией, социологией и международными отношениями.........................Майкл Манн является почетным профессором социологии Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе. Он автор таких книг, как «Власть в XXI столетии: беседы с Джоном А. Холлом» (2011; рус. изд.: М., 2014), Incoherent Empire (2003) и Fascists (2004). В 2006 г. его книга «Темная сторона демократии» (2004; рус. изд.: М., 2016) была удостоена премии им. Баррингтона Мура, вручаемой Американским социологическим обществом, как лучшая книга по компаративной и исторической социологии.Все указанные книги есть в наличи на нашем сайте..
Избранное: Протестантская этика и дух капитализма. \ЦГИ
Макс Вебер (1864-1920) - крупнейший немецкий социолог, оказавший большое влияние, которое в наши дни все более углубляется, на развитие всего комплекса наук об обществе. Книга, первое издание которой (1990) разошлось мгновенно, представляет собой сборник работ по социологии (среди них первое место занимает "Протестантская этика и дух капитализма") и методологии науки. В публикуемых работах нашли отражение идеи М. Вебера о связи социологии и истории, о "понимающей" социологии, концепция "идеальных типов" и др.Книга рассчитана на социологов, философов, историков и всех интересующихся вопросами теории общественного развития.СОДЕРЖАНИЕСОЦИОЛОГИЯ МАКСА ВЕБЕРА П.П.Гайденко 5Литература 41ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ 44Примечания 60ПРОТЕСТАНТСКАЯ ЭТИКА И ДУХ КАПИТАЛИЗМА 61I. Постановка проблемы 611. Вероисповедание и социальное расслоение 612. «Дух» капитализма 703. Концепция призвания у Лютера. Задача исследования 96Примечания 107II. Профессиональная этика аскетического протестантизма 1361. Религиозная основа мирского аскетизма 1362. Аскеза и капиталистический дух 184Примечания 208ПРОТЕСТАНТСКИЕ СЕКТЫ И ДУХ КАПИТАЛИЗМА 273Примечания 292ТЕОРИЯ СТУПЕНЕЙ И НАПРАВЛЕНИЙ РЕЛИГИОЗНОГО НЕПРИЯТИЯ МИРА 307Примечания 344ЧАСТЬ ВТОРАЯ «ОБЪЕКТИВНОСТЬ» СОЦИАЛЬНО-НАУЧНОГО И СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКОГО ПОЗНАНИЯ 345Примечания 415КРИТИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ В ОБЛАСТИ ЛОГИКИ НАУК О КУЛЬТУРЕ 416I. Уяснение позиций в полемике с Эдуардом Майером 416II. Объективная возможность и адекватная причинная обусловленность в историческом рассмотрении каузальности 464Примечания 486О НЕКОТОРЫХ КАТЕГОРИЯХ ПОНИМАЮЩЕЙ СОЦИОЛОГИИ 495I. Смысл «понимающей» социологии 495II. Отношение к «психологии» 499III. Отношение к догматике права 507IV Общности о ориентированное действие (Gemeinschaftshandeln) 509V Объединение в общества (Vergesellschaftung) и общественно-ориеитированное действие Gesellschaftshandeln) 511VI. «Согласие» 522VII. «Институт» и «союз» 535Примечания 545СМЫСЛ «СВОБОДЫ ОТ ОЦЕНКИ» В СОЦИОЛОГИЧЕСКОЙ И ЭКОНОМИЧЕСКОЙ НАУКЕ 547Примечании 601ОСНОВНЫЕ СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ ПОНЯТИЯ 602I Понятие социологии и «смысла» социального действия 6021. Методологические основы . 6032. Понятие социального действия 625II. Мотивы социального действия III Социальное отношение IV Типы социального поведения Нравы. Обычаи V Понятие легитимного порядка . VI. Типы легитимного порядка, условность и право ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ ПОЛИТИКА КАК ПРИЗВАНИЕ И ПРОФЕССИЯ НАУКА КАК ПРИЗВАНИЕ И ПРОФЕССИЯ «КАРТИНЫ МИРА» И ТИПЫ РАЦИОНАЛЬНОСТИ..
Глобальное неравенство. Новый подход для эпохи глобализации
Один из ведущих специалистов в мире по неравенству, Бранко Миланович, представляет новое оригинальное исследование о динамике неравенства в глобальном масштабе.«Глобальное неравенство» отправляет нас в путешествие на сотни лет назад, так далеко, насколько это позволяют данные, чтобы увидеть, что неравенство изменяется циклично вслед за войнами и эпидемиями, технологическими революциями, изменениями в доступе к образованию и перераспределению. Недавний рост неравенства на Западе был вызван технологической революцией точно так же, как промышленная революция увеличила неравенство 150 лет назад. Но хотя внутри стран неравенство выросло, между странами оно заметно снизилось, поскольку доходы среднего класса в Китае и Индии приблизились к стагнирующим доходам среднего класса развитых стран. Большая открытость к миграции снизила бы глобальное неравенство еще сильнее. Убедительное объяснение Милановича станет идеальной отправной точкой для тех, кто хочет понять, как мы оказались в таком мире, куда мы идем и какие политические меры необходимо предпринять, чтобы исправить положение дел.РЕЦЕНЗИЯДаниил Шестаков:После успеха «Капитала в XXI веке» Пикетти издатели поняли, что на книги о неравенстве есть спрос. Рынок захлестнул вал книг — более или менее удачных — от людей, работы которых раньше были известны только специалистам. Бывший экономист Всемирного банка и профессор Городского университета Нью-Йорка Бранко Миланович специалистам известен не меньше, чем Пикетти.Именно Миланович курирует крупнейшую межнациональную базу данных о неравенстве «Все индексы Джини». Но Миланович не повторяет Пикетти — книги получились очень разные. Пикетти смотрит на долгосрочную эволюцию неравенства в западных странах. Милановича больше интересует неравенство между всеми жителями нашей планеты — глобальное неравенство. Книга стала знаменитой благодаря графику, известному как «слон Милановича»: на горизонтальной оси графика отображено то, насколько богата группа людей, а по вертикальной — насколько изменилось ее богатство за последние полвека. Хвост слона — бедная и стагнирующая Африка, спина и голова — «глобальный средний класс», то есть стремительно богатеющие (но все еще бедные даже по российский стандартам) жители Индии и Китая, задранный вверх хобот — разбогатевший глобальный. ..
Богема: великолепные изгои
Художники парижского Монпарнаса, завсегдатаи кофеен в мюнхенском Швабинге, обитатели нью-йоркского Гринвич-Виллидж, тусовщики лондонского Сохо… В городской среде зародилось пестрое сообщество, на которое добропорядочный горожанин смотрел со смесью ужаса, отвращения, интереса и зависти. Это была богема, объединившая гениев и проходимцев, праздных мечтателей и неутомимых служителей муз, радикальных активистов и блистательных гедонистов. Богема явилась на мировую сцену в начале XIX века, но общество до сих пор не определилось, кого причислять к богеме и как к ней относиться. Сохраняя свою смысловую неоднозначность, это понятие чаще всего остро полемически противопоставляется ценностям промышленного капитализма и образу жизни буржуа. Книга известной исследовательницы культуры Элизабет Уилсон рассказывает о ярких представителях богемы, истории зарождения этого явления и его судьбе на протяжении трех веков.Содержание:ГЛАВА 1. ВведениеЧАСТЬ I. ЖИЗНЬ БОГЕМЫГЛАВА 2. Художники в новом миреГЛАВА 3. Богемные декорацииГЛАВА 4. Создание мифаГЛАВА 5. Безвестные эксцентрикиГЛАВА 6. Женщины богемыГЛАВА 7. Женские ролиГЛАВА 8. Дух свободыГЛАВА 9. Изгнанники среди изгнанниковЧАСТЬ II. БОГЕМНЫЕ ТЕМЫГЛАВА 10. Героизм повседневной жизниГЛАВА 11. Богемная любовьГЛАВА 12. Влечение к бесконечномуГЛАВА 13. Политика крайностейГЛАВА 14. Богема для массГЛАВА 15. Богема постмодернаБиблиографияУказатель..
Хозяйство и общество: очерки понимающей социологии. 4 тома (полный комплект)
Монументальный труд "Хозяйство и общество" социолога Макса Вебера, которого в СССР называли буржуазным Марксом, в постсоветской России печатался лишь фрагментами, пока 15 лет назад за подготовку полной русскоязычной версии не взялся профессор НИУ ВШЭ Леонид Ионин. Издание вышло в четырех томах: "Социология", "Общности", "Право", "Господство".Власть, подчинение авторитету, харизма как особая сверхчеловеческая одаренность — в книгах представлены идеи Вебера, важные для понимания мира. Издание предназначено для социологов, политологов, историков, других специалистов широкого спектра социальных и гуманитарных наук, а также для круга читателей, интересующихся проблемами социального и культурного развития современности.Это издание выпущено ограниченным тиражом......1.Книга представляет собой первый том четырехтомного издания эпохального труда Макса Вебера «Хозяйство и общество». Это первый полный перевод на русский язык. В томе I дана характеристика основных понятий понимающей социологии в целом, сформулированы принципы экономической социологии, дан краткий очерк социологии господства (в частности, харизматического и бюрократического типов господства) и намечены пути выработки новой для своего времени концепции социальной структуры и социальной стратификации. Фактически в этом томе сформулированы понятия, которые послужат читателю путеводной нитью для понимания важнейших проблем наук об обществе, рассматриваемых в последующих томах этого классического сочинения2.Книга представляет собой второй том четырехтомного издания труда Макса Вебера «Хозяйство и общество». Это первый полный перевод знаменитого сочинения на русский язык. Главы, вошедшие в настоящий том, демонстрируют становление структур рациональности, регулирующих действие общностей на разных этапах исторического развития. Рассматриваются домашняя общность, ойкос, этнические и политические образования, в частности партии и государства. Особого внимания заслуживает огромная по объему глава, посвященная религиозным общностям, представляющая собой, по существу, сжатый очерк социологии религии Вебера.3.Книга представляет собой третий том четырехтомного издания труда Макса Вебера «Хозяйство и общество». Это первый полный перевод знаменитого сочинения на русский язык. В настоящий том включены две работы, посвященные социологии права. В первой из них, статье «Хозяйство и порядки», автор характеризует различия социологического и юридического подходов к изучению социальных процессов, описывает специфику нормативных систем (порядков) разного уровня и показывает особенности их воздействия на экономику. Во второй работе, «Условия развития права», становление и развитие правовых систем (в первую очередь трех «великих систем права»: римского, английского и европейского континентального) рассматривается в контексте изменений в организации экономики и структур господства. Право выступает здесь как мощный фактор рационализации социальной жизни, в свою очередь, подвергающийся рационализирующему воздействию хозяйства и социального управления.4.Книга представляет собой четвертый, завершающий том русского издания труда Макса Вебера "Хозяйство и общество". В него включены работы, посвященные проблемам власти и господства. В первом разделе автор вводит понятие "господство" и рассматривает четыре исторически проявившихся типа господства: патриархализм, патримониализм, бюрократизм и харизматизм. Второй раздел именуется "Город"; это целостный исторический очерк становления европейского города как специфической общности, предполагающей особый тип господства. Последний, третий раздел включает статьи, в которых даются краткие характеристики четырех упомянутых выше типов господства. В отличие отпредыдущих томов, носящих преимущественно концептуальный характер, четвертый том содержит богатейший исторический материал. Почти все вошедшие в него работы на русском языке публикуются впервые.Оглавление томовТОМ 1Вступительная статья редактора русского издания 10Предисловие к первому немецкому изданию 35Предисловие ко второму немецкому изданию 37Предисловие к четвертому немецкому изданию 38Предисловие к пятому немецкому изданию 47Toм I. СОЦИОЛОГИЯ 65Глава 1. Основные социологические понятия 67§ 1. Понятия социологии и смысла социального действия 67I. Методические основания 68II. Понятие социального действия 82§2. Основания ориентации социального действия 84§ 3. Социальное отношение 86§ 4. Типы социального действия: привычка, обычай 88§ 5. Понятие легитимного порядка 90§ 6. Виды легитимного порядка: конвенция и право 92§ 7. Основы значимости легитимного порядка: традиция, вера, установление 95§ 8. Понятие борьбы 96§ 9. Общность и обобществление 98§ 10. Открытые и закрытые отношения 100§ 11. Приписывание действия. Представительские отношения 103§ 12. Понятие и виды союзов 105§ 13. Порядки союза 106§ 14. Порядки управления и регулирования 107§ 15. Предприятие и союз предприятия, объединение, учреждение 108§ 16. Власть, господство 109§ 17. Политический союз, иерократический союз 110Глава 2. Основные социологические категории хозяйствования 113§ 1. Понятие хозяйствования 113§ 2. Понятие полезности 118§ 3. Хозяйственная ориентация действия 119§4. Типичные правила рационального хозяйствования 120§ 5. Виды хозяйственных союзов 123§6. Средства обмена, средства платежа, деньги 125§ 7. Первичные последствия типичного употребления денег. Кредит 129§ 8. Рыночное положение, ликвидность, рыночная свобода, регулирование рынка 131§ 9. Формальная и материальная рациональность хозяйства 133§ 10. Рациональность денежного расчета 135§ 11. Понятие и виды доходов, капитальный расчет 138§ 12. Натуральный расчет и натуральное хозяйство 147§ 13. Условия формальной рациональности денежного расчета 154§ 14. Меновое хозяйство и плановое хозяйство 155§ 15. Типы хозяйственного разделения труда (общее) 160§ 16. Виды технического членения труда 164§ 17. Виды технического членения труда (продолжение) 166§ 18. Социальные виды разделения труда 168§ 19. Апроприация использования труда 172§ 20. Апроприация средств производства 177§ 21. Апроприация управленческого труда 183§ 22. Экспроприация средств производства у работников 184§ 23. Экспроприация средств производства у работников (продолжение) 186§24. Профессия и виды разделения профессий 187§ 24а. Главные формы апроприации и рыночные отношения 192§25. Об условиях расчета производительности труда 197§ 26. Безрасчетные трудовые общности. Формы коммунизма 201§ 27. Капитальные блага и капитальный расчет 202§ 28. Понятие «торговля» и ее формы 204§ 29. Понятие «торговля» и ее формы (продолжение) 205§ 29а. Понятие «торговля» и ее формы (окончание) 207§ 30. Условия формально высшей рациональности капитального расчета 209§ 31. Типичные направления «капиталистического» получения дохода 212§ 32. Денежная конституция современного государства и разные виды денег: оборотные деньги 214§ 33. Денежная конституция современного государства и разные виды денег: закрытые деньги 223§ 34. Денежная конституция современного государства и разные виды денег: нотальные деньги 224§ 35. Формальная и материальная значимость денег 226§ 36. Средства и цели денежной политики 228§ Зба.Экскурс о государственной теории денег 232§ 37. Немонетарное значение политических союзов для хозяйства 239§ 38. Финансирование политических союзов 240§ 39. Обратное воздействие на частное хозяйствование 245§ 40. Влияние хозяйства на образование союзов 247§ 41. Движущая сила хозяйствования 248Глава 3. Типы господства 2521. Значимость легитимности 252§ 1. Определение, условия и виды господства. Легитимность 252§ 2. Три чистых типа легитимного господства: рациональное, традиционное, харизматическое 2542. Легальное господство с бюрократическим штабом управления 256§ 3. Легальное господство: чистый тип с бюрократическим штабом управления 256§ 4. Легальное господство: чистый тип с бюрократическим штабом управления (продолжение) 259§ 5. Бюрократическо-монократическое управление 2613. Традиционное господство 264§ 6. Традиционное господство: чистый тип 264§ 7. Традиционное господство: чистый тип (продолжение) 265§ 7а. Геронтократия, патриархализм, патримониализм 269§ 8. Геронтократия, патриархализм, патримониализм (продолжение) 273§ 9. Сословно-патримониальное господство 274§ 9а. Традиционное господство и хозяйство 2754. Харизматическое господство 279§ 10. Признаки харизматического господства. Образование общностей на его основе 2795. Рутинизация харизмы 283§ 11. Рутинизация харизмы и ее последствия 283§ 12. Рутинизация харизмы и ее последствия (продолжение) 286§ 12а. Рутинизация харизмы и ее последствия (окончание) 2896. Феодализм 292§ 12Ь.Феодализм, ленный феодализм 292§ 12с. Пребендальный и иные виды феодализма 296§ 13. Смешение разных типов господства 3007. Неавторитарное переосмысление харизмы 303§ 14. Харизма вне рамок господства 3038. Коллегиальность и разделение властей 307§ 15. Коллегиальность и разделение властей 307§ 16. Специфицированное разделение властей 318§ 17. Отношения политического разделения властей к хозяйству 3199. Партии 320§ 18. Понятие и сущность партии 32010. Управление без господства и представительное правление 323§ 19. Непосредственная демократия и правление представителей 323§ 20. Правление знати 32511. Представительство 326§ 21. Сущность и формы представительства 326§ 22. Представительство интересов (в продолжение пп. 1-4 в начале § 21) 331Глава 4. Сословия и классы 3341. Понятия 334§ 1. Классовое положение, класс, класс владения 334§ 2. Класс дохода, социальный класс 336§ 3. Сословное положение, сословие 338Приложения 341Глоссарий 343Словарь иноязычных слов и выражений 355Словарь понятий Макса Вебера 359Биобиблиофафический указатель 398Список сокращений 412Именной указатель 413Предметный указатель 415Оглавление томов I—IV 439ТОМ 2Предисловие научного редактора русского издания к тому II 7Том II. ОБЩНОСТИ 17Глава 1. Хозяйственные отношения общностей (хозяйство и общество) в основных чертах 19§ 1. Сущность хозяйства. Хозяйственная, хозяйствующая и регулирующая хозяйство общности 19§ 2. Открытые и ..
Хозяйство и общество: очерки понимающей социологии. Господство т. 4.
Книга представляет собой четвертый, завершающий том русского издания труда Макса Вебера "Хозяйство и общество". В него включены работы, посвященные проблемам власти и господства. В первом разделе автор вводит понятие "господство" и рассматривает четыре исторически проявившихся типа господства: патриархализм, патримониализм, бюрократизм и харизматизм. Второй раздел именуется "Город"; это целостный исторический очерк становления европейского города как специфической общности, предполагающей особый тип господства. Последний, третий раздел включает статьи, в которых даются краткие характеристики четырех упомянутых выше типов господства. В отличие отпредыдущих томов, носящих преимущественно концептуальный характер, четвертый том содержит богатейший исторический материал. Почти все вошедшие в него работы на русском языке публикуются впервые.Том IVГОСПОДСТВОI. Социология господства ........................................................................17Господство ...................................................................................................17Бюрократизм .............................................................................................. 29Патримониализм ....................................................................................... 72Феодализм .................................................................................................137Харизматизм .............................................................................................178Преобразование харизмы .........................................................................185Сохранение харизмы ................................................................................216Государство и иерократия ....................................................................... 227II. Город ..............................................................................................................2811. Понятие и категории города .................................................................2812. Западный город .....................................................................................3013. Родовой город в Средневековье и в Античности ................................ 3234. Плебейский город ................................................................................ 350III. Статьи ......................................................................................................... 404Три чистых типа легитимного господства .............................................. 404Проблемы социологии государства .........................................................415Приложения .......................................................................................................419Глоссарий ..................................................................................................421Словарь иноязычных слов и выражений ................................................ 455Словарь понятий Макса Вебера .............................................................. 465Биобиблиографический указатель .......................................................... 499Список сокращений .................................................................................514..
Умные города: большие данные, гражданские хакеры и поиски новой утопии
В своей книге «Умные города» урбанист Энтони Таунсенд предлагает исторический взгляд на силы, которые определили планирование и устройство наших городов и информационных технологий, начиная с появления великих промышленных городов XIX века и до наших дней. Столетие тому назад телеграф и механический табулятор использовались для управления городами с миллионным населением. Сегодня сотовые сети и облачные хранилища данных образуют сложную хореографию мегарегионов, объединяющих десятки миллионов людей.По всему миру города все чаще обращаются к технологиям для ответа на традиционные вызовы управления, а также на новые масштабные и сложные вызовы. В Чикаго датчики GPS позволяют горожанам отслеживать движение снегоуборочных машин в реальном времени. В испанской Сарагосе «карта горожанина» позволяет вам бесплатно пользоваться городской сетью Wi-Fi, брать напрокат велосипеды, забирать книги из библиотеки и оплачивать проезд в автобусе. Предприниматели, мэры и авангард гражданских хакеров все время выходят на новые рубежи, и умные города рассматривают мотивацию, устремления и недостатки всех этих групп, предлагая новые принципы, которыми мы можем руководствоваться в построении нашего общего будущего.РЕЦЕНЗИИ:Таунсенд собрал восхитительные истории городского обновления и инноваций со всего света и преподнес их в виде уроков, которые очень легко усвоить.Сара Ротбард, Slate Захватывающая история героев и злодеев градостроительства, технологических прорывов и впечатляющих провалов, из-за которых мы оказались на этом распутье.Тим Смидли, New Scientist Своевременный и необходимый путеводитель по нашей эпохе Франкенгородов.Дэниел Брук, New York Times Book Review Блестящая книга Энтони Таунсенда показывает историческую связь городского и промышленного развития с новыми технологиями.Architecture Today..
Суггестия и контрсуггестия в обществе
Книга посвящена одной из важнейших проблем общественных отношений --- проблеме подчинения одних людей другим. Автор считает, что в основе подчинения лежит механизм, перешедший людям от наших животных предков --- механизм регуляции индивидуального поведения, использующий в животном мире позы, жесты, мимику, запахи, окраску и звуковые сигналы.В человеческом обществе он соединился с речью и приобрел форму суггестии. Автор рассматривает диалектику двух взаимосвязанных явлений --- суггестии и контрсуггестии, понимая под первой механизм включения инстинктивного подчинения требованиям извне, а под второй --- способы защиты от нежелательного суггестивного воздействия. Подробно анализируются проявления суггестии в разных общественных сферах и видах деятельности: в политике, манипулировании массовым поведением, воспитании, обучении, рекламе, моде, праздниках и т.д. Рассматривается также сущность контрсуггестии, дается классификация различных ее видов, знание которых может помочь людям избежать манипулирования их поведением.Оглавление:Введение. Загадка суггестии 1.Введение для неискушенного читателя 2.Введение для искушенного читателя1Понятия суггестии и контрсуггестии 1.Понятия "внушение" и "суггестия" в современной литературе 2.Суггестия как один из главных механизмов самосохранения общества2Суггестия и контрсуггестия в доцивилизованном обществе 1.Суггестия как основа регуляции поведения 2.Контрсуггестия и ее виды 3.Суггестия в первобытной магии 4.Роль суггестии в период разложения первобытных отношений 5.Развитие контрсуггестии как основа становления индивидуального субъекта3Суггестия в основе внутригрупповых и межгрупповых отношений 1.Закономерности естественно-групповых отношений 2.Суггестия в основе социального влияния и манипулирования поведением людей 3.Суггестия в основе массового поведения4Суггестия в политике 1.Суггестия в основе власти, лидерства и вождизма 2.Суггестия в политической идеологии и пропаганде 3.Суггестия в политической деятельности5Суггестия в религии 1.Суггестия в основе религиозного чувства 2.Суггестия в религиозных культах (сектах)6Суггестия в культурной жизни 1.Суггестия в воспитании 2.Суггестия в обучении 3.Суггестия в основе праздников 4.Суггестия в массовой культуре и в рекламе 5.Суггестия в гипносуггестивной терапии и гипнозе 6.Суггестия в основе феномена моды7Контрсуггестия в современном миреЗаключение. Диалектика суггестии и контрсуггестииБиблиография..
Социология науки \Жэнгра
Что представляет собой научное знание? Существуют ли социальные и культурные факторы, которые способствуют развитию науки? Какие институты содействуют или препятствуют этому развитию? Кто такие ученые? Почему возникают споры в науке? Рассматривая взаимосвязи между наукой и обществом, социологи науки ставят под сомнение сложившиеся представления об устройстве научного знания. Вопреки иногда завораживающему, иногда зловещему образу ученого, который в одиночку совершает открытия в своей лаборатории, сегодняшняя наука, как убедительно показывают социологи, является коллективным и зачастую международным предприятием. Книга адресована социологам, культурологам, философам и историкам науки...
Социология интеллектуальной жизни: карьера ума внутри и вне академии
Предлагаемая книга представляет очерк социальной теории знания XXI века. С характерной тонкостью и живостью Стив Фуллер исследует мир, в котором университеты и академическая среда уже не принимаются по умолчанию как самое лучшее место для интеллектуальной жизни. Хотя автор и защищает привилегии академиков, он очень серьезно относится к историческим расхождениям между академиками и интеллектуалами, специально обращаясь к различным типам производства знания, которые среди них ценятся.В этой книге вы найдете разбор проблематичных отношений между постмодернизмом и университетом как институцией, критический обзор новых исследовательских полей социальной эпистемологии и социологии философии, дискуссию об этике и политике публичной интеллектуальной жизни, в особенности с учетом ее импровизированного (или, как называет это сам Фуллер, «пустозвонского») характера...
Социальное общение и демократия
Что значат для демократии добровольные общественные объединения? Этот вопрос стал предметом оживленных дискуссий после краха государственного социализма и постепенного отказа от западной модели государства всеобщего благосостояния, — дискуссий, сфокусированных вокруг понятия «гражданское общество». Ответ может дать обращение к прошлому, а именно — к «золотому веку» общественных объединений между Просвещением и Первой мировой войной. Политические теоретики от Алексиса де Токвиля до Макса Вебера, равно как и не столь известные практики от Бостона до Санкт-Петербурга, полагали, что общество без добровольных объединений неминуемо скатится к деспотизму. В центре данного исследования — социальная практика в разных странах и регионах (Россия, немецкие государства, включая Австро-Венгрию, Франция, Британская империя, США), которая нередко возникала под влиянием общих идей, но политические последствия могла иметь противоположные.СодержаниеПРЕДИСЛОВИЕI. ВВЕДЕНИЕ: ТЕМА ТОКВИЛЯII. ХРОНОЛОГИЧЕСКОЕ И СИСТЕМАТИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ1. Общество социального общения — от Бостона до Санкт-Петербурга (1750–1789)2. Интимность и эксклюзивность (1820-е — 1848–1849)3. Школа нации, школа демократии? (1860–1870-е)4. Интересы, развлечения, кризисы (1890-е — 1914)5. Эпилог: ассоциации в эпоху крайностейIII. ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ ИССЛЕДОВАНИЙIV. КОММЕНТИРОВАННАЯ БИБЛИОГРАФИЯУКАЗАТЕЛИУКАЗАТЕЛЬ ИМЕНУКАЗАТЕЛЬ ГЕОГРАФИЧЕСКИХ НАЗВАНИЙПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ..
Священная завеса. Элементы социологической теории религии
Питер Бергер (1929–2017) — классик социологии ХХ века, ставший таковым еще при жизни. В работах он (совместно с Томасом Лукманом в книге "Социальное конструирование реальности" ) развивает конструкционистское направление в социологии, предполагающее, что индивиды в обществе одновременно и создают, и воспринимают созданную ими социальную реальность. В книге «Священная завеса» Бергер излагает свою концепцию религии и пытается показать, какую роль религия играет в процессе конструирования человеком социальной реальности, и тем самым раскрыть функции и роль религии в обществе. СодержаниеПредисловие ЧАСТЬ I. СИСТЕМАТИЧЕСКИЕ ЭЛЕМЕНТЫ Глава 1. Религия и конструирование мира Глава 2. Религия и поддержание мира Глава 3. Проблема теодицеи Глава 4. Религия и отчуждение ЧАСТЬ II. ИСТОРИЧЕСКИЕ ЭЛЕМЕНТЫ Глава 5. Процесс секуляризации Глава 6. Секуляризация и проблема достоверности Глава 7. Секуляризация и проблема легитимации Приложение I Социологические определения религии Приложение II Социологическая и теологическая перспективы Именной указатель ..
Политические элиты в малых странах
В монографии рассматриваются теоретико-методологические вопросы изучения политических элит в малых странах на примере стран Прибалтики в контексте региона Восточной Европы. Исследуется проблематика воздействия внешнеполитических факторов на действия властных групп; разрабатывается понятие институционализации политической элиты. Дан аналитический обзор основных теоретико-методологических подходов к изучению политических элит в Восточной Европе и Прибалтике, с опорой на который предложен теоретический подход к анализу структуры и действий властных групп. Анализируются механизмы и закономерности деятельности политических элит в малых странах. ..
Отцы и дети. Фамилии и история социальной мобильности
Насколько наша судьба связана с социальным статусом наших родителей и родителей наших родителей? Насколько это влияет на наших детей? Больше, чем нам хотелось бы думать. Хотя принято было считать, что жесткие классовые структуры постепенно размывались, уступая место большему социальному равенству, Грегори Кларк показывает, что движение по социальной лестнице мало изменилось за восемь веков: уровень мобильности ниже, чем принято считать, в разных обществах он остается примерно одинаковым и является устойчивым к социальной политике. Хорошая новость в том, что эти закономерности обусловлены наследованием способностей и происхождение не создает незаслуженных преимуществ. Плохая новость в том, что наша судьба во многом предопределена происхождением. Кларк утверждает, что, поскольку наше место в мире в существенной степени предопределено, мы должны избегать создания обществ, в которых победитель получает все...
От мобилизации к революции
Известный американский исторический социолог Чарльз Тилли рассматривает проблемы коллективного действия, иллюстрируя свои теоретические выкладки, концептуальный аппарат и модели разнообразными историческими и современными примерами. Выделяя четыре интеллектуальные традиции исследования коллективного действия, восходящие к Марксу, Веберу, Дюркгейму и Миллю, Тилли разрабатывает собственную традицию, синтезирующую Маркса, Милля и Вебера, каузальный и целевой подходы к объяснению коллективного действия, организационный и ресурсный подходы, модель политической системы и модель коллективного выбора. Он показывает, каким образом исторические макропроцессы — коммерциализация, урбанизация, индустриализация, государственное строительство, демократизация, развитие коммуникационных технологий — до неузнаваемости меняют репертуар и формы коллективного действия, трансформируя интересы и организационный потенциал его участников наряду с макроструктурами, дающими возможности и одновременно ограничивающими их. В книге также представлена оригинальная теория революции как особой формы насильственного коллективного действия.Издание адресовано социологам, историкам, политологам, философам.ОглавлениеПредисловие . . . . . . . . . . . . . 9Глава 1Вводная . . . . . . . . . . . . . . 12Природа коллективного действия . . . . . . . . . . 12Теория коллективного действия . . . . . . . . . . . 18Компоненты коллективного действия . . . . . . . . . 20Группы, события и движения. . . . . . . . . . . . 23О том, что вы найдете в этой книге . . . . . . . . . . 25Глава 2Основные теории и подходык коллективному действию . . . . . . . . 27Маркс о 1848 годе . . . . . . . . . . . . . . . 27Дюркгейм . . . . . . . . . . . . . . . . . . 32Дюркгеймианская традиция . . . . . . . . . . . . 37Милль и утилитаристы. . . . . . . . . . . . . . 42Коллективный выбор . . . . . . . . . . . . . . 45Стратегическое взаимодействие . . . . . . . . . . . 50Милль и псевдо-Милль. . . . . . . . . . . . . . 56Вебер . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 59Общественные движения . . . . . . . . . . . . . 62Марксовский анализ после Маркса . . . . . . . . . . 67Коллективная история коллективного действия . . . . . . 72Наша задача . . . . . . . . . . . . . . . . . 76Глава 3Интересы, организация и мобилизация . . . . . 80Элементарные модели . . . . . . . . . . . . . . 80Простое описание коллективного действия . . . . . . . 84Интересы . . . . . . . . . . . . . . . . . . 89Организация . . . . . . . . . . . . . . . . . 93Мобилизация . . . . . . . . . . . . . . . .101Измерение мобилизации . . . . . . . . . . . . .115Общие условия мобилизации. . . . . . . . . . . .118От мобилизации к коллективному действию . . . . . . .123Выявление и измерение коллективногодействия . . . . . . . . . . . . . . . . . .130Глава 4Возможность совместного действия . . . . 140От мобилизации к возможности . . . . . . . . . . .140Репрессия и помощь . . . . . . . . . . . . . .142Репрессивные и толерантные правительства . . . . . . .152Власть . . . . . . . . . . . . . . . . . . .162Стороны . . . . . . . . . . . . . . . . . .165Интересы . . . . . . . . . . . . . . . . . .166Взаимодействия . . . . . . . . . . . . . . . .168Измерение власти . . . . . . . . . . . . . . .169Власть и членство в политической системе . . . . . . .175Обнаружение изменений в членствев политической системе . . . . . . . . . . . . .177Возможность/угроза . . . . . . . . . . . . . .187Взаимодействие мобилизациии возможности . . . . . . . . . . . . . . . .193Глава 5Изменение форм кол лективногодействия . . . . . . . . . . . . . 200Формы борьбы . . . . . . . . . . . . . . . .200Репертуары коллективного действия . . . . . . . . .211В качестве примера: забастовка . . . . . . . . . . .221Выборы, демонстрации и политическиесистемы . . . . . . . . . . . . . . . . . .232Глава 6Коллективное насилие . . . . . . . . . 239Британские драки как коллективное насилие . . . . . . .239Насилие: понятие и реальность . . . . . . . . . . .242Некоторые очертания насилия . . . . . . . . . . .246Насилие в Америке . . . . . . . . . . . . . . .247Политическое действие и вовлеченность в насилие . . . . .250Изменение контекстов коллективного насилия . . . . . .256Глава 7Революция и восстание . . . . . . . . 263Революционные ситуации и результаты революции. . . . .263Революционные ситуации. . . . . . . . . . . . .265Результаты революции . . . . . . . . . . . . . .268Комбинация ситуаций и результатов . . . . . . . . .270Непосредственные причины революционных ситуаций . . .277Альтернативы существующей политической системы . . . .280Принятие альтернативных требований. . . . . . . . .283Бездействие правительств . . . . . . . . . . . .290Непосредственные причины революционных результатов . . .294Коалиции между членами политическойсистемы и претендентами . . . . . . . . . . . . .295Контроль над существенными силами . . . . . . . . .298Революционные события и коллективное насилие . . . . .300Революционные результатыи дальнейшие структурные изменения . . . . . . . . .305Глава 8Зак лючения и новые начинания . . . . . . 309Возвращаясь к XVIII веку . . . . . . . . . . . . .309Теоретизирование о коллективных действиях . . . . . .315Важность истории . . . . . . . . . . . . . . .320История коллективного действия в современной Франции . . .326В качестве последнего примера:сельское коллективное действие в Бургундии . . . . . .331Приложение IПроцеду ры исследования забастовоки коллективного насилия во франции . . . . 336Приложение IIматериалы исследованияколлективного насилия во франции . . . . . 349Приложение IIIПроцеду ры исследования конк у рентныхсобраний в великобритании . . . . . . . 370Приложение IVматериа лы исследования конк у рентныхсобраний в великобритании . . . . . . . 388Библиография . . . . . . . . . . . 408..
Основные понятия в социологии
Социальная жизнь постоянно меняется, и социология не может позволить себе стоять на месте. Сегодня эта дисциплина необычайно разнообразна в теоретическом отношении, охватывает множество тем и использует обширный методологический инструментарий. Важную роль в изучении социальной жизни играют ключевые понятия и идеи, которые позволяют социологам осмыслять общества. Однако толкование этих понятий постоянно эволюционирует и меняется. Книга вводит в основные понятия, благодаря которым социология сформировалась как научная дисциплина. Не ограничиваясь краткими словарными определениями, Энтони Гидденс и Филип Саттон подробно рассматривают каждое понятие, исторические и теоретические контексты его возникновения и бытования, показывают значения и интерпретации, обращая внимание на критику и развитие в современных исследованиях и теориях. Издание адресовано специалистам широкого спектра социальных и гуманитарных наук.СОДЕРЖАНИЕВВЕДЕНИЕ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 9ТЕМА 1. МЫСЛИТЬ СОЦИОЛОГИЧЕСКИ . . . . . . . . . . . 14ГЛОБАЛИЗАЦИЯ (GLOBALIZATION) . . . . . . . . . . . . . . . . 14ДИСКУРС (DISCOURSE) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 19МОДЕРН (MODERNITY) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 24ОБЩЕСТВО (SOCIETY) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 28ПОСТМОДЕРН (POSTMODERNITY) . . . . . . . . . . . . . . . . . 33РАЦИОНАЛИЗАЦИЯ (RATIONALIZATION) . . . . . . . . . . 38СТРУКТУРА — ДЕЙСТВИЕ (STRUCTURE/AGENCY) . . . . 43ТЕМА 2. ДЕЙСТВОВАТЬ СОЦИОЛОГИЧЕСКИ . . . . . . . 49ИДЕАЛЬНЫЙ ТИП (IDEAL TYPE) . . . . . . . . . . . . . . . . . . 49КОЛИЧЕСТВЕННЫЕ И (ИЛИ)КАЧЕСТВЕННЫЕ МЕТОДЫ(QUALITATIVE/QUANTITATIVE METHODS) . . . . . . . . . . 53НАУКА (SCIENCE) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 58РЕАЛИЗМ (REALISM) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 63РЕФЛЕКСИВНОСТЬ (REFLEXIVITY) . . . . . . . . . . . . . . . . 68СОЦИАЛЬНЫЙ КОНСТРУКТИВИЗМ(SOCIAL CONSTRUCTIONISM) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 72ТЕМА 3. ОКРУЖАЮЩАЯ СРЕДА И УРБАНИЗМ . . . . . 78ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЯ (INDUSTRIALIZATION) . . . . . . 78МИГРАЦИЯ (MIGRATION) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 82ОКРУЖАЮЩАЯ СРЕДА (ENVIRONMENT) . . . . . . . . . . . 88ОТЧУЖДЕНИЕ (ALIENATION) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 92РИСК (RISK). . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 96УРБАНИЗМ (URBANISM) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 101УСТОЙЧИВОЕ РАЗВИТИЕ(SUSTAINABLE DEVELOPMENT) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 106ТЕМА 4. СТРУКТУРЫ ОБЩЕСТВА . . . . . . . . . . . . . . . . . . 112БЮРОКРАТИЯ (BUREAUCRACY) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 112КАПИТАЛИЗМ (CAPITALISM) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 117КОНСЬЮМЕРИЗМ (CONSUMERISM) . . . . . . . . . . . . . . . 122ОБРАЗОВАНИЕ (EDUCATION) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 127ОРГАНИЗАЦИЯ (ORGANIZATION) . . . . . . . . . . . . . . . . . 131РАЗДЕЛЕНИЕ ТРУДА (DIVISION OF LABOUR) . . . . . . . 137РЕЛИГИЯ (RELIGION) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 141ТЕМА 5. НЕРАВЕНСТВО ЖИЗНЕННЫХШАНСОВ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 147БЕДНОСТЬ (POVERTY) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 147ГЕНДЕР (GENDER) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 152ИНТЕРСЕКЦИОНАЛЬНОСТЬ(INTERSECTIONALITY). . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 156КЛАСС (CLASS) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 161ПАТРИАРХАТ (PATRIARCHY) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 166РАСА И ЭТНИЧНОСТЬ (RACE AND ETHNICITY) . . . . 171СОЦИАЛЬНАЯ МОБИЛЬНОСТЬ(SOCIAL MOBILITY) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 176СТАТУС (STATUS) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 182ТЕМА 6. ОТНОШЕНИЯ И ЖИЗНЕННЫЙ ПУТЬ . . . . . 187ЖИЗНЕННЫЙ ПУТЬ (LIFE COURSE) . . . . . . . . . . . . . . . 187СЕКСУАЛЬНОСТЬ (SEXUALITY) . . . . . . . . . . . . . . . . . . 191СЕМЬЯ (FAMILY) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 196СЕТЬ (NETWORK) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 201СООБЩЕСТВО (COMMUNITY) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 205СОЦИАЛИЗАЦИЯ (SOCIALIZATION) . . . . . . . . . . . . . . 209ТЕМА 7. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕИ КОММУНИКАЦИЯ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 214ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ (INTERACTION) . . . . . . . . . . . . . . 214ИДЕНТИЧНОСТЬ (IDENTITY) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 218ИДЕОЛОГИЯ (IDEOLOGY) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 222КУЛЬТУРА (CULTURE) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 227МАССМЕДИА (MASS MEDIA) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 232ПУБЛИЧНАЯ СФЕРА (PUBLIC SPHERE) . . . . . . . . . . . . 237ТЕМА 8. ЗДОРОВЬЕ, БОЛЕЗНЬ И ТЕЛО . . . . . . . . . . . . 242БИОМЕДИЦИНА (BIOMEDICINE) . . . . . . . . . . . . . . . . . 242МЕДИКАЛИЗАЦИЯ (MEDICALIZATION) . . . . . . . . . . . . 246РОЛЬ БОЛЬНОГО (SICK ROLE) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 250СОЦИАЛЬНАЯ МОДЕЛЬ ИНВАЛИДНОСТИ(SOCIAL MODEL OF DISABILITY) . . . . . . . . . . . . . . . . . . 255СОЦИАЛЬНАЯ САМОСТЬ (SOCIAL SELF) . . . . . . . . . . 259СТИГМА (STIGMA) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 263ТЕМА 9. ПРЕСТУПНОСТЬИ СОЦИАЛЬНЫЙ КОНТРОЛЬ . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 268АНОМИЯ (ANOMIE) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 268ВОССТАНОВИТЕЛЬНОЕ ПРАВОСУДИЕ(RESTORATIVE JUSTICE) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 273ДЕВИАЦИЯ (DEVIANCE) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 277МОРАЛЬНАЯ ПАНИКА (MORAL PANIC). . . . . . . . . . . . 282НАКЛЕИВАНИЕ ЯРЛЫКОВ (LABELLING) . . . . . . . . . . . 286СОЦИАЛЬНЫЙ КОНТРОЛЬ (SOCIAL CONTROL) . . . . 291ТЕМА 10. ПОЛИТИЧЕСКАЯ СОЦИОЛОГИЯ . . . . . . . . 296ВЛАСТЬ (POWER) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 296ГОСПОДСТВО (AUTHORITY) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 300ГРАЖДАНСКОЕ ОБЩЕСТВО (CIVIL SOCIETY) . . . . . . 305ГРАЖДАНСТВО (CITIZENSHIP) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 310ДЕМОКРАТИЯ (DEMOCRACY) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 315КОНФЛИКТ (CONFLICT) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 320НАЦИОНАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВО (NATION STATE) . . 324СОЦИАЛЬНОЕ ДВИЖЕНИЕ (SOCIAL MOVEMENT) . . 329..
Неравенство: как с ним быть?
Проблема неравенства — одна из важнейших социальных проблем современности. Несколько приглушенная в десятилетия, минувшие после окончания Второй мировой войны, эта проблема недавно проявилась с удвоенной силой. Масштабы проблемы хорошо известны: сопоставление доходов 99 % и 1 % населения является общим местом публичных дискуссий. Однако мало сказано о том, что, кроме отчаяния, мы можем ей противопоставить. Как считал выдающийся экономист Энтони Аткинсон, мы способны на гораздо большее, чем полагают скептики.Аткинсон всегда находился на переднем крае исследований в области экономического неравенства, применяя к решению его разнообразных проблем свой теоретический и практический опыт. На этот раз автор предлагает комплексный набор стратегий, способных привести к подлинному сдвигу в распределении доходов в развитых странах.Книга предназначена для широкого круга читателей, интересующихся экономикой и политикой............. Энтони Аткинсон - британский экономист, интересовавшийся в особенности вопросами социальной справедливости и государственной политики. Аткинсон писал на научно-экономические темы начиная с 1960-х гг., когда вышла его первая книга, посвященная проблемам бедности в Великобритании, а затем вторая — о неравномерном распределении богатства. В последние годы Аткинсон сосредоточил усилия на анализе высоких доходов и мониторинге растущего неравенства в мире, которые привели к созданию Всемирной базы данных о богатстве и доходах...
О разделении общественного труда \Канон-96
Эта работа принесла основателю французской социологической школы Э.Дюркгейму мировую известность. Книга переведена на многие языки и по праву относится к числу шедевров литературы по социологии. Содержание книги гораздо шире ее названия и по сути дела представляет собой общую теорию социальных систем и их развития. Особое внимание автор уделяет нравственно-правовым аспектам в развитии общества.Социолог Григорий Юдин рекомендует книгу Дюркгейма об идеале единого человеческого общества, основанного на сотрудничестве:"Это может показаться странным, но к началу XX века науки под названием «социология», по большому счету, не существовало. Само слово «социология» вызывало неоднозначное отношение. В середине XIX века его главным спонсором был гениальный, но крайне экстравагантный французский мыслитель Огюст Конт, который за свою жизнь успел сначала сформулировать основные принципы научного взгляда на мир, а потом стать основателем и пророком собственной религии. Когда молодой доцент из Бордо по фамилии Дюркгейм решил добиться, чтобы социология была признана как наука, эта ставка выглядела весьма рискованной.В содержательном плане Дюркгейму понадобилось на решение задачи меньше пяти лет. В своей первой книге «О разделении общественного труда» (1893) он показал, почему необходимость в социологии возникает только в развитом индустриальном мире и почему без этой дисциплины общество не сможет далее развиваться. В его второй книге «Правила социологического метода» (1895) изложены принципы, которые позволяют отличить социологическую науку от псевдонаучных рассуждений и в то же время делают ее независимой от других наук. В третьем исследовании «Самоубийство» (1897) Дюркгейм доказал, что только социология способна объяснить главный выбор человека — выбор расстаться с жизнью, и, как бы он ни объяснял себе свое решение, в действительности оно полностью определяется социальными причинами. К этому моменту у Дюркгейма уже была собственная кафедра социологии, а вскоре начал выходить «Социологический ежегодник», давший начало одному из самых мощных движений в европейской науке ХХ века — Французской социологической школе.Название «О разделении общественного труда» обманчиво: за этой вывеской скрывается полномасштабная теория устройства общества, ответ на вопрос «Что держит людей вместе?». Конечно, на решение этой проблемы давно претендовала теория общественного договора. Но что заставит участников договора соблюдать его? Почему мы вообще считаем необходимым исполнять закон? Слишком часто теоретики общественного договора объясняли это насилием и страхом. Но насилие и страх — ненадежные союзники, они неспособны сдерживать вражду слишком долго. За договором должна стоять более внушительная сила: «В договоре не все договорно», — констатировал Дюркгейм.Этой силой является общественная мораль, и она действует по своим собственным законам. Дюркгейм обращается к анализу тех явлений социальной жизни, которые кажутся нам непонятными и иррациональными. Порой безобидная выходка вдруг оказывается «оскорблением коллективных чувств» и порождает волну негодования во всем обществе. Последствия этой реакции будут выходить далеко за пределы исходного инцидента и ощущаться еще долго. Почему это происходит в одних случаях и не происходит в других? При каких условиях мы можем ожидать такой реакции?Дюркгейм направляет предостережение всем реформаторам, озабоченным экономическим развитием: рост благосостояния сам по себе не создает предпосылок для общественной стабильности. Более того, он может оказаться для нее разрушительным. Именно здесь на сцену выходит разделение общественного труда. Политической экономии со времен Адама Смита хорошо известно, что разделение труда является двигателем прогресса; но вот способно ли оно обеспечить согласие в обществе? Возрастающая специализация подталкивает каждого заниматься своим делом и видеть в окружающих лишь конкурентов и партнеров по обмену. Но возникающий в результате моральный дефицит неизбежно рано или поздно будет заполнен: только общество способно дать индивиду моральные ориентиры и наделить его жизнь смыслом.Моральное сознание наций не ошибается; оно предпочитает немного справедливости всем промышленным усовершенствованиям в миреПроизводство общественной солидарности — это специальное искусство, которое требует знания законов функционирования общества. Простейшей формой солидарности является механическая солидарность, которая подчиняет сознание отдельных индивидов коллективному сознанию. Общество диктует всем индивидам, что им следует думать и чем заниматься, а следовательно, содержание их мыслей и действий идентично. Механическая солидарность существует преимущественно на ранних стадиях развития общества. Однако всякий раз, когда общество начинает рассыпаться, а индивиды — терять моральные ориентиры, они ищут спасения в установлении единообразия, в уничтожении индивидуальных различий и подчинении коллективному сознанию. После этого общество встает на охрану однообразия от индивидуальности, изобретательности и новизны, и экономический рост перестает иметь для него значение.Как пройти между крайностями социального распада с одной стороны и тоталитаризма с другой? Для этого необходима более сложная форма организации общества — органическая солидарность. Эта форма не подавляет человеческую индивидуальность, но ставит ее на службу общественному организму. Каждый специализируется на своем занятии, и теперь индивиды относятся друг к другу как органы единого общественного тела: каждый знает, что его дело приносит обществу пользу и будет обществом оценено. Есть принципиальная разница между врачом и учителем, которые исполняют свой долг перед обществом и получают от него заслуженную компенсацию, и врачом и учителем, которые ставят качество лечения и обучения в зависимости от платы пациента или ученика. В первом случае это поведение профессионала, способствующее развитию органической солидарности, во втором — поведение торговца, несущее ущерб общественному единству.Отличить механическую солидарность от органической проще всего по тому, как наказываются преступления против морали. Для механической солидарности важнее всего сохранить одинаковость, и поэтому отклонения от нормы она будет карать репрессиями. Органическая солидарность, напротив, ориентирована на поддержание функционирования общественного организма, и поэтому на нарушения она будет реагировать требованием восстановления исходного состояния (реституции). Если вы встречали людей, которые верят, что предотвратить оскорбление коллективных чувств можно, если ввести за него как можно более жесткое уголовное наказание, — знайте, что в деле механическая солидарность.Роль [наказания] не в том, в чем ее обыкновенно видят. Оно не служит — или служит только второстепенным образом — исправлению виновного или устрашению его возможных подражателей; с обеих точек зрения польза его по справедливости сомнительна и, во всяком случае, незначительна. Его истинная функция — сохранить целостность общественной связи, поддерживая всю ее жизненность в общем сознанииСтиль Дюркгейма предельно строг и академичен, то есть как раз таков, каким должен быть стиль человека, вознамерившегося утвердить новую науку. Начав с моральной загадки, которую разделение труда ставит перед современными обществами, Дюркгейм ставит читателя на путь к итоговому результату и лишает любых возможностей свернуть в сторону. Он обладает ответами на все мыслимые вопросы и контраргументы и неумолимо приводит к своему итоговому нравственному выводу — к идеалу единого человеческого общества, основанного на сотрудничестве. Дюркгейм становится одним из первых идеологов единой Европы за сотню лет до ее формирования.Над европейскими народами стремится образоваться самопроизвольным движением европейское общество, обладающее отныне некоторым самосознанием и первоначальной организациейСегодня, когда успели оправдаться и смелые мечтания Дюркгейма, и его самые серьезные опасения, чтение «О разделении общественного труда» остается превосходным упражнением для дисциплины ума, логическим ключом для каждого, кто желает надежного знания о том, как устроена реальность общества."Взято отсюда: https://postnauka.ru/books/63185..
Как правильно задавать вопросы + Как люди отвечают на вопросы. 2 тома \введение в проектирование массовых обследований +применение когнитивного анализа в массовых обследованиях
Фундаментальный двухтомник по теории и практике массовых обследований.Том1. Как правильно задавать вопросы: введение в проектирование массовых обследованийМ.: Институт Фонда «Общественное мнение», 2002. — 382 с.В монографии профессоров университета штата Иллинойс рассматривается процесс преобразования программного вопроса в вопросы, предъявляемые респондентам. Основная идея книги может звучать так: «Все время спрашивайте себя: «Почему я задаю этот вопрос?», и тогда вы сможете понять, насколько анкетный вопрос связан с программным». Книга предназначена для специалистов по проектированию опросного инструмента, а также для изучающих социологию, социальную психологию и теорию коммуникации.Содержание:Предисловие к русскому изданию Предисловие Глава 1. Форма вопроса в социальном контекстеГлава 2. Нейтральные поведенческие вопросы Глава 3. Поведенческие вопросы, вызывающие опасения респондента Глава 4. Вопросы о знаниях Глава 5. Измерение установок: формулирование вопросов Глава 6. Измерение установок: регистрация ответов Глава 7. Демографические вопросы Глава 8. Последовательность вопросов Глава 9. Формат вопросникаГлава 10. Проектирование вопросников для телефонных интервью и письменных опросов Глава 11. С самого начала и до конца Приложения Приложение А. Словарь используемых терминов Приложение Б. Вопросник для жителей определенной местности Приложение В. Вопросник по использованию энергии ветраПриложение Г. Опрос Ассоциации юристов штата Иллинойс Библиография Предметный указательТом 2. Как люди отвечают на вопросы. Применение когнитивного анализа в массовых обследованияхМ.: Институт Фонда «Общественное мнение», 2003. — 304 с.Ежегодно в различных странах мира опрашиваются миллионы людей. Опросы населения стали необходимым звеном политических систем, маркетинга, социальной работы, массовой информации.В книге содержатся систематическое изложение когнитивного подхода к анализу и оценке качества полевых исследований, а также практические рекомендации по контролю достоверности социологической информации.На основе обширного экспериментального материала анализируется инструментарий, используемый в массовых опросах, обсуждаются типичные ошибки, допускаемые при проектировании и проведении исследований.Книга предназначена для специалистов по изучению общественного мнения: психологов, социологов, исследователей рынка, журналистов.Она может быть использована также в качестве учебного пособия для студентов и аспирантов социологических и психологических факультетов.Содержание:Предисловие к русскому изданию 7Предисловие 9Об авторах 12Глава 1. Введение в проблематику массовых опросов 14Содержание книги 15Краткая история исследований 17Использование когнитивной теории в конструировании вопросника 24Заключение 27Глава 2. Методы изучения когнитивных процессов и тестирования вопросника 28Обзор методов 30Интерпретация вопроса 32Стратегии поиска в памяти информации 45Формирование суждения 59Редактирование ответа 63Заключение 64Практические рекомендации составителю вопросника 64Глава 3. Когнитивные и коммуникативные особенности ответа на вопрос 67Обзор задач, стоящих перед респондентами 68Понимание вопроса 70Вспоминание или формирование суждений 80Форматирование ответа 83Редактирование ответа 84Самовоспроизводящаяся валидность: влияние участников опроса 85Заключение 87Глава 4. Психологические причины контекстуальных эффектов в опросах 90Контекстуальные эффекты 90Контекстуальные эффекты на стадии понимания вопроса 93Контекстуальные эффекты на стадии формирования суждения 94Контекстуальные эффекты на стадии форматирования ответа 102Контекстуальные эффекты на стадии редактирования. 108Заключение 109Глава 5. Направление контекстуальных эффектов: что приводит к ассимиляции или контрасту в измерении установок? 110Модель включения/исключения 110Применение теоретической модели к построению вопросника 122Применение когнитивного анализа вопроса в теории установок 132Заключение 138Глава 6. Эффекты порядка: предъявление вариантов ответа 139Ограничения памяти 143Когнитивная обработка 146Усложнение: эффекты контрастного суждения 157Вопросы о поведении 161Словесные ранговые шкалы 164Заключение 165Практические рекомендации составителю вопросника 168Глава 7. Автобиографическая память 170Модели памяти 172Организация автобиографической памяти 174Забывчивость или сбои поиска? 179Память и время 181Модель поиска информации 185Ошибки в воспоминаниях 186Заключение 190Глава 8. Датирование событий 192Модели датирования 193Уменьшение временных сдвигов 200Заключение 201Практические рекомендации составителю вопросника 201Глава 9. Подсчет и оценка 203Обзор исследований 204Когда применяется оценка? 205Точность методов подсчета и оценки 214Улучшение точности оценки 219Использование вариантов ответа в оценке 222Заключение 227Практические рекомендации составителю вопросника 228Глава 10. Сообщения о других 231Теоретическое различие между сообщениями о себе и о других 232Результаты когнитивных экспериментов 236Точность сообщений о других 238Заключение 246Практические рекомендации составителю вопросника 246Глава 11. Разработка опросного инструмента и концептуализация интервью в опросе общественного мнения 247Социально-когнитивное представление ответов, полученных в массовых обследованиях 247Практические рекомендации составителю вопросника 259Заключение 267На будущее 268Библиография 270Предметный указатель 292Сеймур Садмен - почетный профессор маркетинга и социологии, ведущий специалист лаборатории массовых опросов Университета штата Иллинойс. В 1949 г. окончил математический факультет Университета Рузвельта. Докторскую диссертацию защитил в Чикагском университете. С 1962-го по 1968 г. руководил отделом проектирования выборки в Национальном центре изучения общественного мнения при Чикагском университете. С. Садмен был членом Американской статистической ассоциации, Американской ассоциации маркетинга, Американской ассоциации изучения общественного мнения (в 1981-1982 гг. избирался ее президентом). В числе книг С. Садмена - написанные в соавторстве с Н. Брэдберном монографии «Реактивные эффекты в массовых обследованиях» (1974), «Метод интервью и проектирование опросного инструмента» (1979). Совместно с Н. Брэдберном и Т. Шварцем он издал книгу «Исследование ответов» (1996). Перу С. Садмена также принадлежат книги «Прикладные вопросы выборочного исследования» (1976), «Потребительские панели» и многие другие труды.Профессор С. Садмен ушел из жизни в апреле 2000.Норман Брэдбери - почетный профессор факультета психологии и Высшей школы социальной политики имени Харриса при Чикагском университете. В течение многих лет он возглавлял Национальный центр изучения общественного мнения при Чикагском университете. Окончил Чикагский университет (1952) и Оксфордский университет (1955). Специализировался по клинической психологии. Степень Ph.D по социальной психологии получил в 1960 г. в Гарвардском университете. С 1960 г. преподает в Чикагском университете. В 1970-1971 гг. стажировался в качестве стипендиата Фонда Гумбольдта в Кельнском университете. В настоящее время Н. Брэдбери является заместителем директора Национального научного фонда США по социальным, поведенческим и экономическим наукам. Кроме книг, написанных в соавторстве с С. Сад-меном, Н. Брэдбери опубликовал монографию «Слова о счастье» (совместно с Д. Кэпловицем, 1965), «Структура психологического благополучия» (1969), а также другие книги и статьи.Он является членом Американской статистической ассоциации, Американской академии наук и искусств, Международного статистического института, Американской ассоциации изучения общественного мнения (избирался ее президентом), Международной ассоциации изучения общественного мнения. В 1993-1998 гг. Н. Брэдбери был председателем комитета по национальной статистике Национального научного совета США.В 1987 г. С. Садмен и Н. Брэдбери были удостоены премии Американской ассоциации изучения общественного мнения за выдающийся вклад в массовые обследования. ..
Социология повседневности и теория фреймов
Теория фреймов — подход, зародившийся в психологии коммуникаций, достигший пика своего развития в изучении форм повседневных взаимодействий и активно использующийся в современных прикладных исследованиях социологами, политологами и лингвистами. Начиная с конца 70-х гг. XX в. и по настоящее время фрейм-анализ остается, прежде всего, теоретическим направлением и методом социологии повседневности (микросоциологии).Какова история анализа фреймов, его конечный словарь, базовые метафоры и аксиоматические основания? Каково его положение среди родственных микросоциологических концепций (феноменологии, символического интеракционизма, теории практик)? Как использовать теорию фреймов для интерпретации данных и организации прикладных фрейм-аналитических исследований (при изучении устойчивых форм социальных взаимодействий: от голосования до шопинга)?Этим вопросам посвящена данная книга.Содержание:ВведениеАксиоматика и оптика«Практика» vs. «фрейм»: альтернативные проекты исследования повседневного мира Теория практик: по ту сторону «внутреннего» и «внешнего» Здесь-и-сейчас социология Теория фреймов: контексты и метаконтексты практических действий Метафора «фигуры и фона» в теории практик. контекст как фоновая практика Между «фигурой» и «фоном». контекст как форма Теория фрейм-анализа Ирвинга ГофманаИрвинг Гофман: события жизни Теоретическое наследие И. Гофмана: два прочтения Замысел, проблема и категориальный аппарат анализа фреймов Фрейм-анализ как теория относительности «повседневного» «Релятивистская программа» в социологии повседневностиФрейм как схема интерпретации: исследование «неудобной классики» Фреймы повседневного обихода науки и замкнутые модели классичности Репрезентативность классики Стратегии фреймирования «неудобной классики» «Мир идей» и повседневный обиход науки Фреймы повседневного событияАналитическая социология повседневности Фреймы повседневного жеста Феномен нетранзитивности Логика сигнификации и «релятивистская программа» К аналитике физического контекста Теория фреймов об элементарном составе повседневности: «поэтика социального» Аксиоматика и оптика: подведение итогов Прагматика исследованияАнализ фреймов голосования: транспонирование электоральных событий Транспонирование подсчета голосов: игра и состязаниеТранспонирование голосования Рефрейминг и производство этничности на избирательном участке Предварительные выводы: фрейм-аналитическая рефлексия Анализ фреймов телепросмотра: режимы вовлеченности Постановка проблемы: как мы смотрим телевизор? План фрейм-аналитического эксперимента Результаты исследования: режимы вовлеченности Вовлеченность vs. внимательность Анатомия вовлеченности Фрейм и ритм Режимы просмотра и плотность контакта с рекламным сообщением Просмотр рекламы: реальный и воображаемый Триггеры и рефрейминг Фреймы городского пространства. место как метакоммуникативное сообщение Постановка проблемы: изучение социальной логики места Две интуиции места: локал и сайт Между формальной и практической рациональностью: место как метакоммуникативное сообщениеВместо заключения: о пейнтболе и трансценденции Литература ..