Філософія
Сумерки богов.
В книгу включены произведения видных западных мыслителей - Ф.Ницше, 3.Фрейда, Э.Фромма, А.Камю, Ж.П.Сартра, которые подвергают критике религиозные идеи. Некоторые из этих произведений публикуются на русском языке впервые.Рассчитана на пропагандистов, преподавателей и студентов вузов, на всех интересующихся атеистической проблематикой...
Сочинения в 2 кн (черный)
..
Современная западная философия
В учебном пособии дана общая панорама современной философской мысли. Рассмотрены основные направления, школы, концепции западной философии XX в. Пособие ориентировано на учебные планы и возможные вопросы к экзаменам по философии. Для студентов и аспирантов...
Сверхчеловек. Против супер-эго
Фридрих Ницше - немецкий философ, поставивший под сомнение базисные принципы действующих форм морали, религии, культуры и общественно-политических отношений. Главное понятие в философской теории Ницше - образ сверхчеловека, который по своему могуществу должен превзойти современного человека настолько, насколько последний превзошел обезьяну. Сверхчеловек - это творец, могущественная воля которого направляет вектор исторического развития.Зигмунд Фрейд - австрийский психолог, психиатр и невролог, - наиболее известен как основатель психоанализа, который оказал значительное влияние на психологию, медицину, социологию, антропологию, литературу и искусство XX века. Среди достижений Фрейда наиболее важным является разработка модели психики, состоящей из "Оно", "Я" (или "Эго") и "Сверх-Я" (или "Супер-Эго"). Эти три компонента находятся в постоянном взаимодействии, притом, что "Супер-Эго" отводится главная роль в формировании человеческой личности.Что ближе к истине - целостный образ ницшеанского "сверхчеловека" или раздробленный противоречивый человек Фрейда? Читателю представляется право самому сделать выбор на основе произведений этих двух великих философов...
Рождение трагедии
В данном произведении Ницше развертывает впечатляющую картину продолжающегося воздействия на мышление, вообще на человечество, мира греческих богов. Два из них - Аполлон и Дионис, являются для Ницше олицетворением непримиримой противоположности двух начал - аполлонического и дионисического. Первое из них - это мир мечты, красоты, совершенства, но прежде всего упорядоченности. Дионисическое это варварское, возвращающееся обратно в природу, присущее индивиду, чувствующему себя произведением искусства, соответственно нарушающему всякую меру. Тем самым это безграничность, беспорядок. Греческая трагедия, по Ницше, родилась из ритуальных хороводов культа Диониса, причем дионисическое позднее включается в аполлоническое. Когда аттическая трагедия достигла своего расцвета, она подверглась разрушительному воздействия критического духа Сократа, и нашла свое прибежище лишь в музыке, а наше время, говорит Ницше, прежде всего в музыке Рихарда Вагнера... Для студентов и всех интересующихся истоками современной философии...
Прогресс: история идеи
Идея прогресса в значительной степени определила облик западной цивилизации. Человечество развивается, "движется вперед", причем это движение понимается в двух аспектах - как накопление знания и как наращивание материального богатства. Рождение идеи прогресса - результат взаимодействия христианства с античными представлениями. Первоначально она была вариацией на тему линейного представления об истории, свойственного иудео-христианской религиозной традиции. В период с 1750 примерно до 1900 г. происходит отделение идеи прогресса от религиозных корней и "срастание" понятий прогресса и науки.Этот процесс сопровождался угрожающими явлениями: если первоначально прогресс трактовался как расширение человеческой свободы, то примерно со второй половины XIX в. он все более стал пониматься как расширение "управляемости" - попросту говоря, власти абстрактного государства над человеком и природой. Книга представляет собой классический труд по социальной философии и является одной из наиболее известных и цитируемых работ, написанных в традиции так называемой консервативной школы в американской социологии. Она будет полезна социологам, политологам, общественным деятелям, политикам, студентам и преподавателям гуманитарных дисциплин - всем, кого интересуют духовные и идейные корни современной цивилизации...
Полное собрание сочинений в 13 томах. Том 12: Черновики и наброски 1885-1887 гг
Этим томом открывается издание полного собрания сочинений великого немецкого философа Фридриха Ницше (1844-1900). Этот и следующий (13-й) тома в основном включают материалы незавершенного исследования, над которым философ работал в последние годы жизни. Попытка редакторской реконструкции этого замысла, глубоко повлиявшая на интеллектуальную и политическую историю XX века, известна под названием «Воля к власти». Предлагаемый перевод воспроизводит все содержание рабочих тетрадей Ницше, в частности, авторскую версию набросков к будущему трактату, которая оставалась неизвестной до 1970-х гг. прошлого столетия. Выполнен по немецкому академическому изданию под редакцией Л.Колли и М.Монтинари. На русском языке издается впервые...
Политические учения Древней Греции
В работе исследуются основные направления политической и правовой мысли от времени ее зарождения до эпохи эллинизма, дается анализ политико-правовых воззрений мыслителей Древней Греции...
По ту сторону добра и зла. К генеалогии морали
"По ту сторону добра и зла" (1886) - этапная работа Фридриха Ницше, которая знаменует перелом в мировоззрении и, шире, во всем строе мысли, мироотношении философа, наступивший после написания книги "Так говорил Заратустра", и предваряет заключительный, наиболее интенсивный период его творчества, отмеченный подведением философских итогов истории человечества и предчувствием духовных катаклизмов века XX. Не случайно работа имеет подзаголовок "Прелюдия к философии будущего". Ницше создает совершенно новый, невиданный в истории мировой философии тип произведения. Уже поколение, нарождавшееся в момент написания книги, и перешагнувшее порог XX столетия в момент своего духовного становления, воспринимало ее как норму духовности - "некую тревожно гудящую сирену, врывающуюся в новый век предвестием чудовищных аварий во всех сферах жизни", пугающий "дар Кассандры". В книге - отчаяние и почти восторг, предчувствие, "как недалеко, как близко уже то время, когда будет иначе!", и вера в то, что найдутся адекватные иному способы мышления "по ту сторону добра и зла"...
По ту сторону добра и зла \Антолог.Мысли\1999 б/у\+Заратустра+Человеческое+К генеалогии морали+Антихрист+Сумерки идолов
Знаменитый немецкий философ Фридрих Ницше, чья физическая жизнь и духовные метания пришлись на XIX столетие, был сполна востребован XX веком. Переоценка ценностей и упразднение нормы; свободный ум, обретающийся по ту сторону добра и зла; сверхчеловек, преодолевающий "тварь дрожащую" в себе - ради творца в себе. Нам еще предстоит осмыслить, чем обернулось минувшее столетие - воплощением или профанацией идей Ницше. Фридрих Ницше предвосхитил все грядущие катаклизмы, оказал самое значительное из всех философов влияние на декадентское искусство, пронизал своими идеями живопись модернизма, дал импульс экзистенциализму. ..
По ту сторону добра и зла \Антолог.Мысли\+Человеческое+Заратустра+Сумерки идолов+Атрихр+К генеалогии Морали
Знаменитый немецкий философ Фридрих Ницше, чья физическая жизнь и духовные метания пришлись на XIX столетие, был сполна востребован XX веком. Переоценка ценностей и упразднение нормы; свободный ум, обретающийся по ту сторону добра и зла; сверхчеловек, преодолевающий "тварь дрожащую" в себе - ради творца в себе. Нам еще предстоит осмыслить, чем обернулось минувшее столетие - воплощением или профанацией идей Ницше. Фридрих Ницше предвосхитил все грядущие катаклизмы, оказал самое значительное из всех философов влияние на декадентское искусство, пронизал своими идеями живопись модернизма, дал импульс экзистенциализму. ..
![По ту сторону добра и зла \Антолог.Мысли\](https://academplus.com/image/cache/catalog/9603-120x196.jpg "По ту сторону добра и зла \Антолог.Мысли\")
По ту сторону добра и зла \Антолог.Мысли\
Сборник объединяет четыре работы одного из самых оригинальных мыслителей XIX века. Для широко круга читателей...
О пользе и вреде истории для жизни. Сумерки кумиров, или как философствовать молотом. О философах. Об истине и лжи…
"Мне, во всяком случае, ненавистно все, что только поучает меня, не расширяя и непосредственно не оживляя моей деятельности". Эти слова Гете, это его задушевное ceterum censeo могло бы служить вступлением к нашему рассуждению о положительной или отрицательной ценности истории. Ибо в этом рассуждении мы намерены показать, почему поучение без оживления, почему знание, сопряженное с ослаблением деятельности, почему история, как драгоценный избыток знания и роскошь, нам должны быть, по выражению Гете, серьезно ненавистны, - а именно потому, что мы нуждаемся еще в самом необходимом, и потому, что все излишнее есть враг необходимого. Конечно, нам нужна история, но мы нуждаемся в ней иначе, чем избалованный и праздный любитель в саду знания, с каким бы высокомерным пренебрежением последний ни смотрел на наши грубые и неизящные потребности и нужды. Это значит, что она нужна нам для жизни и деятельности, а не для удобного уклонения от жизни и деятельности или еще менее для оправдания себялюбивой жизни и трусливой и дурной деятельности. Лишь поскольку история служит жизни, постольку мы сами согласны ей служить; а между тем существует такой способ служения истории и такая оценка ее, которые ведут к захирению и вырождению жизни: явление, исследовать которое в связи с выдающимися симптомами нашего времени теперь настолько же необходимо, насколько, может быть, и тягостно". Фридрих Ницше ..
Метафилософия: теория историко-философского процесса
Историко-философский процесс, нередко уподобляемый комедии ошибок, блужданию в лабиринте, анархии систем и системок, образует одно из важнейших измерений интеллектуального прогресса человечества. Поиски правильного мировоззрения и трагические заблуждения, дивергенция философских учений и их поляризация на взаимоисключающие направления, борьба направлений, которая иной раз воспринимается как перманентный философский скандал, - всё это не только искания, муки и заблуждения отдельных философствующих индивидов. Это - духовная драма всего человечества, и те, кому она представляется фарсом, по-видимому, истолковывают трагическое лишь как idola theatric...
Мера и категория. Пер. с англ.
В настоящей книге изучаются важные понятия теории меры и теории множеств. Наиболее подробно рассматриваются понятия множества первой категории и множества меры нуль. Излагаются многочисленные приложения этих понятий в различных областях анализа.Книга написана в хорошем стиле и при небольшом объеме затрагивает широкий круг вопросов. Она дает ценный материал для начальных семинаров по теории множеств и особенно полезна как учебное пособие при изучении основ теории множеств, теории меры и теории функций.Книга рассчитана на широкий круг читателей, начиная от учащихся математических школ и студентов младших курсов университетов и педагогических институтов...
Мастера иллюзий. Как идеи превращают нас в рабов
Книга кандидата исторических наук Ильи Носырева, рассматривающая развитие религии с точки зрения меметики, в которой автор доказывает, что идеи, якобы служащие людям, могут являться своего рода информационными вирусами, а наиболее успешные из них решают собственные задачи даже в ущерб своим человеческим носителям. Этот взгляд позволяет объяснить многие феномены религии, долгие десятилетия являвшиеся загадкой для религиоведов.ПредисловиеЧасть I. Эгоистическая религияГлава 1 Что такое религия?Глава 2 Мемы — «живые» культурные идеиЧасть II. Сатурн, пожирающий своих носителейГлава 3 Самое странное из человеческих сообществГлава 4 Аскет и семьянинЧасть III. Жизнь за веруГлава 5 Религия нового типаГлава 6 Честная церковь, коварная религияГлава 7 Почему религия нетерпимаГлава 8 Запертые без ключа и дверейГлава 9 Как религиям удаётся меняться, не меняясьВместо послесловия: как разбить идоловФрагмент текстаТекст против мысли: почему догма так живучаПоказательно, что тенденцию если не к запрету на новые откровения, то уж точно ких обесцениванию можно обнаружить и за пределами монотеистических религий: так,уже у греков, несмотря на видную роль оракулов, большее значение имели пророческиестихи — chresmologoi, — которые либо заучивали наизусть и передавали из уст в уста,либо записывали в книги. Религия даосов, выросшая из шаманистических верований ипрактик, в период Поздней Хань постепенно отмежевывается от них, а в V веке н.э.начинает откровенно преследовать шаманов, претендующих на общение с духами;отмежевание от шаманских практик совпадает по времени с формированием даосскогоканона — сборника 250 наиболее важных текстов «Дао цзан». Что касается буддизма, то,несмотря на свою кажущуюся открытость для новых текстов и интерпретаций, он вомногим подобен авраамическим религиям: указание Буддой истинного пути спасения, посути, играет ту же роль, что и Откровение, — оно заранее обесценивает любойдальнейший поиск других путей. Если индуистские подвижники могли получатьрелигиозное знание в процессе общения с божествами, то в буддизме последние утратилисвою роль, ведь спасение от них уже не зависит; говорить в сверхъестественном мирестало не с кем и незачем.Закрепощающая мышление догма, призывающая верующего: «не испытывай, аверуй», — антипод философии и аналитического, научного мышления: она ограничиваеткругозор и запирает адепта в узком выдуманном мирке. Но если сравниватьжизнеспособность догматического учения и философии, сравнение окажется не в пользупоследней. Философские школы древней Греции были ориентированы на поиск истиныпутем диалога между различными позициями, на критический подход к собственнойточке зрения. Философские учения постоянно обогащались новыми идеями и выводами— т. е. постоянно мутировали. «Всякий философ по самому существу философии долженбыть еретиком». В отличие от них мемплекс догматического учения не мутирует ипоэтому обнаруживает стойкость во времени; из-за единообразия такого учения его легкорастиражировать, а благодаря глубинным особенностям человеческого восприятия(известно, что в среднестатистической группе человек демонстрирует конформность,готовность принять точку зрения, высказываемую большинством) растиражированнаяинформация выглядит убедительнее. Более того, суживая горизонты мышления, догмасоздает собственную, чрезвычайно узкую логику, действуя в рамках которой невозможнони опровергнуть ее, ни выйти за ее пределы — к новой идее. Это хорошо иллюстрируетсредневековая схоластика, оттачивающая логические приемы внутри замкнутого поляхристианской мифологии. И все же неверно было бы противопоставлять христианскуюсхоластику и античную философию как полностью свободную от догмы — большинствоавторитетных философских школ античности демонстрирует.......................Но если в современных тоталитарных сектах добровольная блокада прямо связана синтересами духовных вождей — сохраняя твердость верующих в навязанных имубеждениях и препятствуя их выходу из общины, она спасает авторитет и кошелеклидера, то в мировых религиях это прежде всего средство сохранения самого учения: чеммощнее граница между общиной и окружающим миром, тем меньше вероятностьпроникновения идей из внешнего мира и размывания собственного вероучения. Вавраамических религиях, где мотив нарушения запрета и воздаяния за это является однимиз центральных, данный механизм прослеживается четче, чем в других вероучениях.Учениями, наиболее успешно справившимися с задачей сохранения в точности своейинформации, совсем не случайно оказались именно те, которые несли «не мир, норазделение» (т. е. монотеистические), сумевшие надежно забаррикадироваться отпосторонней информации. В подавляющем большинстве монотеистических религиозныхсообществ общение с иноверцами не поощрялось или даже полностью запрещалось.У меня нет никаких сомнений, что Ефрем Сирин, утверждавший, что«еретичествующие... не именова человеки, но псы, и волки, и свинии, и антихристы, и сними не подобает ниже купно молитися, ниже купно ясти, да делом тех лукавых несообщимся»1, или пророк Мухаммед, требовавший от имени Аллаха: «О вы, которыеуверовали! Не вступайте в дружбу с врагом Моим и вашим. Вы предлагаете им дружбу,тогда как они отвергают истину, которая явилась вам»2, — прекрасно сознавали, зачемони запрещают своей пастве поддерживать отношения с язычниками и еретиками. Дажето, что ими двигали иные мотивы, чем лидерами современных общин, — ведь онибеспокоились не об утрате своего авторитета и не о денежных интересах, а лишь о том,что «овцы» могут отвратиться от истинной веры, прилепившись к ереси или вернувшись кязычеству, — не меняет намеренного характера этих запретов. Конечно, они действовалив интересах своего вероучения (читай: мемплекса), но это не что иное, как проявление«феномена Эркеля», о котором я говорил в первых главах. Для целей нашей книги былобы гораздо важнее обнаружить бессознательный, в полном смысле слова естественныйотбор тех мемов, которые вели бы к информационной закрытости.Можно ли обнаружить примеры такого отбора? Вне всяких сомнений. Для началанапомним, что еще до того, как отцы церкви сформулировали первые запреты насообщение с язычниками, и ессейские, и раннехристианские общины уходили в пустыню,чтобы избежать греховной жизни, которая, как им казалось, неизбежно опутала бы их,останься они в родных местах, видевшихся им средоточием стяжательства, разврата,жестокости. Точно такой же страх «потерять веру», т. е. допустить искажениепервоначальных религиозных представлений, подталкивал старообрядцев к зачастуюсовершенно спонтанному бегству на окраины России — в дикие северные леса, на Урал, вСибирь. Однако нетерпимость и желание спастись от греха — не единственная мотивацияинформационной замкнутости общин: когда мемплексу удается убедить носителей всвоей сверхценности, заставить много и напряженно размышлять о заложенных в немидеях, носители испытывают потребность в уединении, чтобы не прерывать работу мыслисуетными делами и посторонними разговорами: индийские ашрамы устраивались в горахили непроходимых джунглях, чтобы в тишине и спокойствии можно было изучать текстыи практиковать медитацию, требующую сосредоточения. Наконец, уход от мира мог бытьвызван и.....
Максимы и мысли \Мудрость мира
В юности, еще не будучи воинственным императором, Наполеон Бонапарт увлекался литературой и журналистикой. Кроме полемических произведений, сохранился его роман "Клиссон и Евгения". Снова взявшись за перо находясь в изгнании на острове Святой Елены, гениальный полководец и хитроумный правитель оставил потомкам две книги: "Воспоминание об истории с Наполеоном" и афористические зарисовки "Максимы и мысли". Изречения эти - остроумные и язвительные, касающиеся политической истории, литературы, философии, - удивительно актуальны для нашего времени и блестяще характеризуют Наполеона, человека необычайной храбрости и огромного самомнения.Вниманию читателей предлагаются собственноручные записи императора, его высказывания, записанные современниками и размышления Наполеона, ставшие плодом его нелегких раздумий в последнем пристанище на острове Святой Елены...
Избранные переводы из Ницше профессора Перцева \Заратустра+Человеческое+Веселая наука
Книга содержит фрагменты из избранных произведений Ф. Ницше: первую книгу "Так говорил Заратустра", а также афоризмы из "Человеческого, слишком человеческого" и "Веселой науки". Из последних двух книг исключено то, что было написано на злобу дня и касалось давно забытых ныне людей и событий.Афоризмы, представленные в книге, относятся к тому периоду в жизни Ф. Ницше, когда он "соперничал" с Ларошфуко. В приведенных в книге афоризмах Ницше выступает как продолжатель французских афористов-острословов. По его мнению, именно аристократы, острившие в салонах, были предшественниками психологов: смех, которым сопровождались их шутки, был критерием истины - все признавали таким образом правоту сказанного о людях...
Воля к власти. Опыт переоценки всех ценностей
Эта книга великого немецкого философа Фридриха Ницше (1844-1900) не была завершена им самим и вышла в свет только после его смерти в реконструкции, предпринятой сотрудниками Архива Ницше. Именно в такой, неавторизованной, версии книга стала событием мировой культуры, оказавшим сильнейшее воздействие не только на развитие философии, но и на саму историю XX столетия. Попытка осмыслить этот феномен предпринята в послесловии Н.Орбела. Полный текст книги "Воля к власти" переводится впервые.Ницше Ф. "Воля к власти. Опыт переоценки всех ценностей",изд. Культурная революция, 2005г., 880 стр., полное издание. Твердый переплет (13х20см), белая плотная бумага, качественная полиграфия, издательский оригинал...
Воля к власти \Антолог.Мысли\Рождение трагедии+Эссе Хомо+Филос.в трагич.эпоху+О пользе и вреде истории+Штраус+Вагнер
Быть великим — значит давать направление" - эта цитата Ницше как нельзя лучше характеризует его творчество. Фридрих Ницше, пожалуй, один из самых известных мыслителей XIX века. Его самобытная и афористическая философия до сих пор будоражит умы научно-философского сообщества и просвещенных людей. В сборник известной философской серии "Золотая библиотека мудрости" вошли следующие произведения великого философа: "Антихрист", "Ecce Homo", "Воля к власти" и "Рождение трагедии, или Эллинизм и пессимизм"..