Історія як наука
Твори в 5 томах (6-ти книгах). Комплект 6 тт. \Кримський А.Е.
А. Ю. Кримський. Твори: в п'яти томах, шести книгах.Київ: «Наукова думка», 1972-1974.Українською та російською мовами.Редколегія: І. К. Білодід (голова) та ін.Палітурка тверда, звичайний формат(84x108¹/32); Фотоілюстрації.Агата́нгел Юхи́мович Кри́мський — український історик, сходознавець, мовознавець, вчений, орієнталіст, письменник і перекладач, поліглот, один з організаторів Академії наук України (1918). Український науковець походив з кримськотатарського роду, що прийняли православ'я. Жертва сталінського терору...
Історія Австрії \Цьольнер
Еріх Цьольнер - відомий австрійський історик. Його книжка «Історія Австрії» мала вісім видань, охоплює історію австрійського краю від найдавніших часів до 1988року, містить матеріал, який розкриває нові зміни не тільки в австрійській, а й в європейській історії. Автор не обмежується історією австрійської державности, а подає нам якнайдетальнішу картину багатогранних зв ’язків між культурним та історичним розвитком Австрії.Еріх Цьольнер. Історія Австрії / Пер. з нім. Р.Дубасевич, Х.Назаркевич, А.Онишко, Н.Іваничук. — Львів: Літопис, 2001. — 712 с.Передмова до першого виданняПередмова до восьмого виданняВСТУП. Основи географіїІ. ПРАІСТОРІЯІІ. АВСТРІЯ У РИМСЬКУ ДОБУ (XV ст. до н.е. — кінець V ст.)ІІІ. ГЕРЦОҐСТВО ПЛЕМЕНИ БАВАРЦІВ І ФРАНКСЬКА МАРКА (VІ-X ст.)ІV. БАБЕНБЕРҐИ І ПРОЦЕС СТАНОВЛЕННЯ АВСТРІЙСЬКИХ ЗЕМЕЛЬ (976–1246)V. ПІЗНЄ СЕРЕДНЬОВІЧЧЯ (1246–1526) І ГАБСБУРЗЬКЕ «ВОЛОДІННЯ АВСТРІЄЮ»VІ. РЕФОРМАЦІЯ І КОНТРРЕФОРМАЦІЯ (1526–1648)VІІ. АВСТРІЯ СТАЄ НАДДЕРЖАВОЮ (1648–1740)VІІІ. РЕФОРМИ, РЕАКЦІЯ І РЕВОЛЮЦІЯ (1740–1848)ІХ. ЕПОХА ФРАНЦА ЙОСИФА І КІНЕЦЬ МОНАРХІЇ (1848–1918)Х. СІМДЕСЯТ РОКІВ ВІД ПЕРШОЇ ДО ДРУГОЇ РЕСПУБЛІКИ (1918–1988)ДЖЕРЕЛА І ЛІТЕРАТУРАКАРТИ І ТАБЛИЦІПОКАЖЧИК ІМЕН ТА ПРІЗВИЩ..
Украина: История \Субтельний.Україна: Історія (рос.мовою)
Яркое, образное изложение украинской истории, нетрадиционная ее концепция, современный научный уровень и прежде всего сквозная идея — идея национального возрождения — все это обеспечило широкую популярность книге канадского историка и политолога Ореста Субтельного, выдержавшей в украинском переводе три издания. Цель настоящей версии-дать возможность тем, кто еще недостаточно активно владеет украинским языком, глубже познать многовековую историю Украины, проникнуться чувством национального самосознания.Для историков, а также всех, интересующихся отечественной историей.Содержание:Зачин: древнейшие временаДревнейшие жителиГреческие колонии в УкраинеЧасть первая. Киевская Русь1. Расцвет и упадок киевской РусиВосточные славянеНорманская теорияОснование КиеваПервые киевские князьяРасцвет КиеваУпадок Киева2. Общество и культура Киевской РусиПолитическое устройствоОбщественный укладХозяйственная деятельностьКультура Киевской Руси3. Галицко-Волынское княжествоЭпоха удельных княжествЮго-запад Украины: Галичина и ВолыньЧасть вторая. Польско-Литовский период4. Под властью Польши и ЛитвыЛитовская экспансияПольская экспансияПольско-литовская унияЛюблинская уния 1569 года5. Изменения в экономике и общественном укладеУкраинцы в Речи ПосполитойСословная система в УкраинеТрадиционное хозяйствоЗасилье шляхтыЗакрепощение крестьян6. Религия и культураДела духовныеПолонизация украинской знатиВозрождение православияБрестская уния 1596 годаЧасть третья. Эпоха казачества7. Становление казачестваНа южных рубежахКазакиПервые восстанияЦерковь и культура8. Великое восстаниеКанун Великого восстанияБогдан ХмельницкийПереяславский договорЭпилог Великого восстания9. РуинаНовый укладИзменения в общественном устройствеНачало РуиныЛевобережье под властью РоссииРаздел УкраиныПод властью РоссииПод властью ПольшиКультурная жизньИзменения в церкви10. ГетманщинаКазацкое управлениеПереломный моментПадение украинской автономииИмперская экспансия11. Общество, экономика и культураЭкономикаСоциальные изменения в ГетманщинеОткрытие ЮгаДемографическая и территориальная статистикаПравобережье под властью ПольшиКультурная жизньЧасть четвертая. Под властью империй12. Украина в составе российской и австрийской империйРоссийская империяПолитические событияРеформы в Российской империиАвстрийская империяУкраинцы под властью ГабсбурговРеформы Габсбургов и западные украинцы13. Рост национального самосознанияКонцепция нацииИнтеллигенция«Строительные блоки» национальной идентичностиТарас ШевченкоКирилло-Мефодиевское обществоРост национального самосознания западных украинцев14. Имперские РеформыПеремены в Австрийской империиПеремены в Российской империи15. Социально-экономические измененияПореформенное селоИндустриализацияНациональные меньшинства в Украине16. Деятельность интеллигенцииУкраинофилыРусское революционное движение в УкраинеУкраинские политические партииРеволюция 1905 годаРазвитие культуры17. Восточная Галичина: оплот украинстваСоциально-экономические аспектыНовый политический порядокРеакция украинцевОрганизационный подъемПольско-украинское противостояниеБуковина и ЗакарпатьеЧасть пятая. Украина в XX веке18. Война и революцияУкраинцы в первой мировой войнеРусские революцииРеволюция в УкраинеБольшевистский переворот и Центральная Рада19. Украинская революцияГетманатАнархияДиректорияБольшевикиБорьба на западеРазвязкаПобеда большевиков20. Советская Украина: новаторские 20-еВоенный коммунизм и нэпСоздание Советского СоюзаУкраинизацияНационал-коммунизмПодъем культурыЦерковная жизнь21. Советская Украина? Драматичные 30-еСталин и сталинизм«Великий перелом»Голодомор 1932—1933 годовБольшой террорКонец украинизации22. Западная Украина между мировыми войнамиНовый статус западных украинцевУкраинская политика поляковСоциально-экономические условияРеакция украинцевРеволюционное движениеУкраинцы под властью РумынииУкраинцы в Чехословакии23. Украина во Второй мировой войнеВойна в Украине: первый периодВойна в Украине: второй периодНацистская власть в УкраинеДвижение СопротивленияОУНВозвращение Советов в Украину24. ВосстановлениеТерриториальные и демографические измененияВосстановлениеПоглощение Западной УкраиныРенессанс сталинизма25. ОттепельНовое руководствоУкраина: «вторая средь равных»ДесталинизацияЭксперименты в экономике«Шестидесятники»Реакция26. Застой и попытки реформЛюди в «верхах»ДиссидентыРусификацияСоциально-экономические измененияПерестройка27. ЭмиграцияПервая волна: эмиграция до 1914 г.Вторая волна: межвоенный периодТретья волна: вторая мировая война и «перемещенные лица»28. Украинская диаспораАмериканские украинцыКанадские украинцыУкраинские общины за пределами Северной АмерикиУкраинцы в Восточной Европе29. Новая эраРеформы: неожиданные результатыНезависимость..
Самураи. История и легенды \1999 цветн.
В книге Хироаки Сато органично сплетаются в единое целое разные источники: мифы и исторические хроники, произведения самих самураев и художественные произведения, проза и поэзия. Все вместе они создают яркую и многоплановую картину жизни самураев, исполненной великих подвигов и свершений, верности традициям и заветам предков......ВступлениеСамурай в широкополой шляпе идет по пустынному полю. Вдруг из зарослей травы выскакивают десять разбойников с обнаженными мечами. Они окружают его и требуют немедленно отдать им оружие и деньги. Самурай выказывает покорность и начинает снимать хаори, верхнее платье. Разбойники теряют бдительность. И тут он вдруг выхватывает свой меч и с молниеносной быстротой расправляется с несколькими из них. Оставшиеся в живых убегают, моля о пощаде. Самурай достает кусочек ткани, вытирает меч и кладет его обратно в ножны. Затем, как ни в чем не бывало, он продолжает свой путь.Знаменитый фехтовальщик наносит визит даймё. Оказавшийся там же ронин, самурай, лишившийся господина, уверен в своем мастерстве. Узнав о посетителе, он просит его «преподать» ему несколько уроков. Это означает серьезный поединок. Мастер меча отказывается, но даймё проявляет интерес и уговаривает его. В конце концов, он соглашается на поединок на деревянных мечах. Два воина выходят в сад и становятся лицом друг к другу. Через мгновение они ударяют друг друга мечами.«Вы довольны?» – спрашивает мастер меча.«Ничья», – говорит ронин, явно довольный таким результатом поединка с великим фехтовальщиком.Но мастер спокойно говорит: «Нет, я победил».Смущенный и разгневанный, ронин просит о реванше. Мастер соглашается, но происходит то же самое: оба ударяют одновременно.Ронин вновь говорит, что итог поединка – ничья, а фехтовальщик утверждает, что победил именно он.Ронин выходит из себя. Даймё же, наполовину не веря словам мастера, не отрываясь следит за тем, что будет дальше. Ронин настаивает еще на одной схватке – на этот раз на настоящих, стальных мечах. Фехтовальщик отказывается, но даймё снова уговаривает его. Но как только воины встают лицом друг к другу, поединок заканчивается: ронин падает, его голова рассечена надвое. Фехтовальщик идет к даймё и показывает свое плечо. Лишь верхнее платье слегка разрезано. Нижняя же одежда в целости.Наверное, читатель именно так представляет себе самурая: безжалостная машина-убийца, владеющая невероятной техникой меча. Впрочем, и в нынешней Японии подобных самурайских историй множество. Мы привели лишь две из них в самом начале с двоякой целью.Во-первых, предназначение данной книги, «Самураи. Подлинные истории и легенды», – показать с различных углов зрения облик японского воина, поэтому она представляет собой не просто собрание историй, повествующих о боевом искусстве самураев. Последние занимают лишь меньшую часть книги и включены, в основном, в первый ее раздел.Во-вторых, мы пытались отдавать предпочтение не современным пересказам, а тем версиям, которые приближены по времени создания к реальным событиям. Тем не менее трудности остаются. Даже если бы мы совсем не говорили об одном из мифических героев, Ямато Такэру, временной промежуток все-таки остается очень большим. Например, говоря о Ёродзу, будущем «защитнике императора», составители «Нихон сёки» («История Японии») описывали в 720 г. событие 140-летней давности. К тому же в любую эпоху люди склонны превращать человека или его деяния в легенду, либо следуя обычаям повествования, либо будучи не в силах отказаться от желания пофантазировать. Нередко это скрывает то, что происходило на самом деле и что думали о данном событии современники.Два приведенных выше рассказа, об одном и том же человеке – мастере меча Ягю Дзюбэ Мицуёси (1607–1650), полностью подтверждают нашу точку зрения. Слава Мицуёси как отчаянного рубаки способствовала тому, что уже вскоре после его смерти о нем стали ходить будоражащие воображение легенды, в которых вымысла нередко было намного больше, чем правды. Современный писатель Кайондзи Тёгоро, включив второй эпизод в свой очерк «Хэйхося» («Мастера военного искусства»), приводит весьма интересное замечание. Он говорит, что в период Токугава (1603–1868) воин мог убить человека только в четырех случаях: преступника или опасного человека по приказу своего господина или сёгуна; из мести; во время ссоры; или же если он встречался с грабителем или разбойником, покушавшимся на его жизнь. Хороший фехтовальщик должен был тщательно избегать любых споров, которые могли закончиться схваткой. Среди грабителей и разбойников едва ли встречались искусные воины, поэтому, случись настоящему мастеру столкнуться с ними, он бы одолел их и не убивая. Что касается мести, то этому чувству поддавалось не так уж много великих воинов. Наконец, конкретные приказы убить такого-то отдавались властями лишь в начале периода Токугава. Поэтому, заключает Кайондзи, многие знаменитые фехтовальщики за свою жизнь не убили ни одного человека.Поклон перед мечомМы начали предисловие рассказами о фехтовальщиках, но фехтовальщик и самурай – не синонимичные понятия. Конечно, меч оставался для последнего главным оружием. Однако вплоть до XIV–XV вв., когда в битвах всадников стала сменять пехота и искусство фехтования оказалось особенно востребованным, первым оружием самурая был лук со стрелами. В одном из эпизодов «Хэйкэ моногатари» («Сказание о Хэйкэ»), самом известном японском военном повествовании, окончательно оформившимся в XIV в., рассказывается, как в 1185 г., во время сражения на берегу у Ясима, главнокомандующий Минамото-но Куро Ёсицунэ (1159–1189) уронил в воду свой лук и бился, чтобы вернуть его, хотя воины противника с лодок пытались выбить командующего из седла, а свои воины умоляли забыть об оружии. Когда, наконец, он смог достать свой лук и вернулся на берег, старые ветераны открыто сказали:«Это было ужасно, господин. Ваш лук может стоить тысячу, десять тысяч золотых, но разве он стоит того, чтобы подвергать риску вашу жизнь?»Ёсицунэ ответил:«Дело не в том, что я не хотел расставаться со своим луком. Если бы у меня был лук, подобный луку моего дяди Тамэтомо, который могли натянуть только два, а то и три человека, я, быть может, даже намеренно оставил бы его врагу. Но мой лук плохой. Если бы враги завладели им, они бы смеялись надо мной: “Посмотрите, и это лук полководца Минамото Куро Ёсицунэ!” Я не хотел бы этого. Поэтому я рисковал жизнью, чтобы вернуть его».В «Хогэн моногатари» («Сказание об эпохе Хогэн»), где описываются военные действия 1156 г., о Тамэтомо (1139–1170), дяде Ёсицунэ, говорится как о лучнике столь сильном, что, после того как его взяли в плен, ему выбили долотом руки из плечевых суставов, чтобы он больше не мог выстрелить из лука. Звание «лучника» (юмитори) оставалось почетным титулом для отличившегося самурая еще долго после того, как на смену луку пришел меч. Так, например, военачальника Имагава Ёсимото (1519–1560) называли «Первым лучником Восточного моря».Самураи: истокиСлово самурай происходит от глагола сабурау – «охранять, служить», и первоначально имело значение «личный слуга». Остается неясным, когда смысл его сузился до понятия «вооруженный слуга», в то время – определенный тип воина. Тем не менее этот изначальный смысл слова определил путь самурая и в дальнейшем: даже когда в XII в. de facto он стал правителем Японии, de jure он подчинялся высшему гражданскому лицу – императору. Высший пост, которого он мог достичь, – сэй-и тай-сёгун, «главнокомандующий, подчиняющий варваров», или просто сёгун, – на деле означал не более чем помощник императора по военным делам в случае особой необходимости.Воины в Японии, как и в большинстве стран, существовали с незапамятных времен. Но появление того типа воина, которому суждено будет создать правительство, независимое от императорского двора, приписывается VII–VIII вв., когда были предприняты попытки создать центральные органы управления и заимствована государственная система танского Китая.Одно из восьми учрежденных ведомств называлось Хёбусё, «Ведомство военных дел». По китайскому же образцу были сформированы и многочисленные местные военные подразделения. Однако, в отличие от Китая, в Японии, значительно меньшей по площади и располагающейся на островах, существовало лишь несколько военных соединений, представлявших потенциальную угрозу центральным властям. В то же время, на каждого, призванного на службу, налагалось тяжелое бремя. Воин не имел права заниматься во время службы какой-либо иной деятельностью. Набор военного снаряжения, утвержденный законом, перечень которого представлял собой огромный список, каждый должен был приобретать и содержать на свои средства. «Один человек взят, один дом разорен», – говорили в те времена.Со временем количество военных постов и занимавших их воинов сократилось, и свободным от службы людям разрешили вернуться к сельскому хозяйству. На их место были набраны люди из достаточно состоятельных семей, умевшие и править лошадью, и стрелять из лука. Власти выдали каждому провизию и по два пехотинца в сопровождение. От них требовалось лишь неустанно совершенствовать свое мастерство. Хотя впоследствии происходили и другие изменения, именно эти благородные воины считаются непосредственными предшественниками самураев.К X в. некоторые из этих воинов сформировали почти автономные местные соединения. Кое-кто пользовался дурной славой преступника, как, например, Тайра-но Масакадо (ум. 940), дошедший до того, что объявил себя императором. Другие, такие как Минамото-но Мицунака (913–997), чье обращение в буддизм описывается не без иронии во многих источниках, создали свои сферы влияния и накопили богатства, но при этом не теряли тесных связей с центральными властями и часто служили губернаторами провинций. В любом случае, в целом они были ориентированы на единство страны. Говорят, что Масакадо выступил против императорского двора и создал свой собственный, ибо желал укрепить свое положение в правительстве, но не смог получить желанный пост в императорской гвардии. Он был убит посланниками двора.Как и можно было ожидать, внутри каждой группы развивалис..
Идеалы самураев. Сочинения японских воинов \1999 цветн.
В данном издании американским японистом Уильямом Скоттом Уилсоном собраны редкие и никогда не переводившиеся на русский язык памятники средневековой японской литературы XII—XVII вв., относящиеся к своеобразному жанру «духовных завещаний» или «наставлений потомкам». Хотя авторами здесь предстают не только такие значительные фигуры японской истории как, например, Такэда Сингэн или Курода Нагамаса, но и простые самураи, объединяет все эти небольшие произведения яркость и чистота языка, образность и глубина мысли.Кинга снабжена необходимыми предисловиями к каждому из разделов и комментариями...
Хроники. В 2-х томах (т.1:1325-1340; т.2:1340-1350гг.) \856+655стр.,больш.формат\2008-2012 гг.
"Хроники" Жана Фруассара (ок. 1337 - 1410?) справедливо считаются одним из самых важных и интересных источников по истории Столетней войны (1337 - 1453).С юных лет и до самой смерти Фруассар счастливо сочетал в себе таланты поэта и историографа. Пользуясь покровительством своих высокородных заказчиков, он совершал поездки в разные регионы Западной Европы и собирал материал о войне, которая шла между Англией и Францией, а также их союзниками. В итоге ему удалось создать хроникальную эпопею, не имеющую аналогов по широте тематического охвата и художественной ценности."Хроники" состоят из четырех книг. Первую из них Фруассар неоднократно переписывал и редактировал в течение всей своей жизни.В 2-х томах: СПб. РХГА - Ювента 2008 - 2012г.;656 с.+ 856 с., карты, твердый переплет, увеличенный (180x245 мм) формат. Том 1. Издание, предлагаемое вниманию читателя, включает в себя перевод трех основных редакций Книги Первой: "Амьенского манускрипта", "Римского манускрипта" и манускриптов "семейства А/В". Сопоставляя эти редакции, можно проследить, как с ходом времени менялись социально-политические взгляды Фруассара, его представления о творческих методах и целях, которых должен придерживаться историограф. Представленные разделы "Хроник" содержат увлекательный рассказ о предыстории Столетней войны и самой ранней ее стадии, завершившейся подписанием Эсплешенского перемирия в 1340 г. Издание снабжено вводной статьей, подробными научными комментариями и богатым вспомогательным материалом в виде генеалогических таблиц и историко-географических карт.Том 2. Издание является продолжением русского перевода "Хроник" Жана Фруассара, опубликованного в 2008 году. В нем представлены три основные редакции Книги Первой ("Амьенский манускрипт", "Римский манускрипт", манускрипты "семейства А/В") и освещаются события Столетней войны, происходившие с 1340 по 1350 г. В центре внимания Фруассара - борьба за бретонское наследство между Блуаским и Монфорским домами; военные действия в Аквитании (1345-1346); поход Эдуарда III по землям Северной Франции, итогом которого стала битва при Креси и завоевание города Кале (1346-1347); англо-шотландское противостояние, обернувшееся сокрушительным поражением для шотландцев в битве при Невилз-Кроссе (1346); эпидемия чумы, охватившая Западную Европу в 1348 г., а также многие другие исторические события, случившиеся в указанный период.Основной текст "Хроник" Фруассара дополняет обширное приложение, в котором помещены переводы нарративных и документальных источников XIV столетия. Издание снабжено подробными научными комментариями, генеалогическими таблицами и историко-географическими картами...
Иисус, свидетельствующий о себе.
..
Естествознание. Об искусстве \чуть б/у
..
История Норвегии \Наука-1980
Это первое в советской и зарубежной науке систематическое изложение истории Норвегии с древнейших времен до конца 70-х годов нашего века с позиций исторического материализма. Авторы рассказывают о набегах и завоеваниях норвежских викингов, выясняют причины упадка страны в XIV-XV вв., а затем ее хозяйственного возрождения после Великих географических открытий, подробно останавливаются на крутом повороте в судьбе Норвегии, наступившем вслед за Великой французской революцией и поражением Наполеона в России. Часть книги посвящена XX в., превращению Норвегии в развитое промышленное государство, особенностям социального и политического движения страны, социальным завоеваниям, борьбе норвежского народа с гитлеровскими оккупантами, развитию международных отношений Норвегии. Книга заканчивается обзором важнейших достижений культуры норвежского народа.Содержание:От редколлегииИсториографическое введениеНорвежская историографияИзучение древности и средневековьяИзучение новой историиИзучение новейшей историиРусские и советские труды по истории НорвегииПервобытнообщинный стройПоходы викингов (конец VIII — первая половина XI в.)Образование раннефеодального государства (конец IX — начало XIII в.)Расцвет Норвежской монархии в XIII в.Упадок Норвегии. От унии со Швецией к унии с Данией (XIV—XV вв.)Реформация. Начало экономического подъема. Норвегия в составе Датской державы (1536-1600 гг.)Норвегия в составе датско-норвежской абсолютной монархииНационально-освободительная революция 1814 г. в НорвегииОт мануфактурного к «свободному» капитализму. Либеральные реформы (1815—1850-е годы)Норвегия во второй половине XIX в. Начало индустриализации и установление буржуазно-демократического строяНорвегия в межвоенное двадцатилетие. Начало перехода от монополистического капитализма к государственно-монополистическомуНорвегия в годы Второй мировой войныНорвегия в 1945-1960 гг.Норвегия 60—70-х годов: научно-техническая революция, противоречия «общества благополучия», курс на интеграцию и его замедлениеИз истории культурыЯзыкЛитератураИзобразительное искусствоМузыкаОрганизация и достижения наукиХронологическая таблицаБиблиографияСписок иллюстрацийУказатель имен..