В монографии представлен социологический, исторический и семиотический анализ знания о прошлом. Синтез этих подходов позволяет авторам развить современные представления о "смысле и значении" истории; отделить научное историческое знание от мифологического, религиозного, философского, эстетического. Согласно авторской концепции, все эти типы знания должны рассматриваться как имеющие самостоятельное значение и механизмы формирования, задающие разные способы конструирования образов прошлого. В книге подробно анализируются основные параметры, характеризующие специфику истории как науки о прошлой социальной реальности, включая определение ее предметной области, эмпирико-теоретические основания и когнитивные функции, а также способы структурирования исторического пространства и времени.
Для историков, социологов, культурологов и всех интересующихся теорией исторического знания
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | Наука, СПб. |
| Рік видання | 2003 |
| Кількість сторінок | 638 |
| Обкладинка | тверд |
-
3.734грн.
Схожі товари
Как рассказывают историю детям в разных странах мира
Первое издание книги "Как рассказывают историю детям в разных странах мира" вышло на русском языке в 1992 году. Оно имело успех у читателя и быстро исчезло с полок книжных магазинов. Издательство "Книжный клуб 36.6" выпускает новый перевод второго французского издания этой книги, ставшей самым известным из всех сочинений Марка Ферро. Сегодня эта книга еще более актуальна, чем двадцать лет назад. Марк Ферро заставляет нас задуматься не только о смысле науки истории, но и о том, как наука соотносится с историей, в той или иной форме "выдаваемой" всем и каждому, начиная со школьной скамьи. Задуматься о том, какова роль истории - и того, что преподается под видом истории, - в формировании взаимоотношений между людьми, группами людей, между народами. Книга Марка Ферро рассчитана на широкого читателя, именно поэтому она обрела широкую популярность во всем мире...
Цивилизация и великие исторические реки
Сборник работ известного русского ученого Льва Мечникова включает его знаменитую книгу «Цивилизация и великие исторические реки» и две статьи — «Душевная гигиена» и «Школа борьбы в социологии». Книга Мечникова посвящена одному из самых загадочных вопросов человеческой истории — зарождению цивилизации и ее пространственно-временному развитию, связанному с освоением великих рек, приморских районов и, наконец, океанов. Переведенная с французского языка на русский книга издавалась в России лишь однажды, в 1924 году, мизерным тиражом, поэтому в научном обиходе до сих пор практически отсутствует. Обе статьи с конца прошлого века не переиздавались. В первой речь идет о гармонизации между внутренним Я человека и окружающей его внешней средой, во второй обосновывается всеобщий закон разумной природы — закон кооперации...
Метаистория. Историческое воображение в Европе XIX века \Серия: Studia Humanitatis
Книга известного американского ученого, специалиста в области истории сознания Хейдена Уайта «Метаистория: Историческое воображение в Европе XIX века» вышла в свет на Западе еще в 1973 г. У нас она стала достоянием читательской аудитории лишь в 2002. Сам Уайт в предисловии к русскому изданию называет период, в который рождалась «Метаистория», структуралистским.Хейден Уайт (Hayden White, 1928), профессор истории сознания в Университете Калифорнии в Санта-Круз, автор новаторских работ Тропики дискурса (1978), Содержание формы (1987), Фигуративный реализм (1999) и др. Метаистория (1973) - первая монография Уайта, принесшая автору мировую известность. Метаистория - это проект поэтики историографии, а не философии истории, и базисной пресуппозицией этого проекта является убежденность автора в том, что пока историки продолжают использовать обычные грамотные речь и письмо, их репрезентации феноменов прошлого, равно как и мысли о них, останутся литературными - поэтическими и риторическими - отличными от всего, что считается специфически научным дискурсом...............................Введение: Поэтика истории (Фрагмент)Эта книга посвящена истории исторического сознания в Европе XIX века, но она предназначена также и для участия в современной дискуссии по проблемам исторического знания. Как таковая, она представляет собой взгляд на развитие исторического мышления в течение особого периода его эволюции и общую теорию структуры того образа мысли, который называется «историческим».Что это значит мыслить исторически и каковы уникальные характеристики собственно исторического метода исследования? Эти вопросы на протяжении XIX века обсуждались историками, философами, социальными теоретиками, но обычно в контексте того предположения, что им будут даны недвусмысленные ответы. «История» рассматривалась как особый тип существования, «историческое сознание» — как особый образ мысли, а «историческое знание» — как автономная сфера в спектре гуманитарных и естественных наук.Однако в XX веке эти вопросы рассматривались несколько менее самоуверенно и с опасением, что определённые ответы могут быть невозможными. Континентальные европейские мыслители — от Валери и Хайдеггера до Сартра, Леви-Строса и Мишеля Фуко — высказали серьёзные сомнения в ценности специфически «исторического» сознания, подчеркнули фиктивный характер исторических реконструкций и оспорили претензию истории на место среди наук.В то же время англо-американские философы написали массу книг об эпистемологическом статусе и культурной функции исторического мышления, книг, которые, взятые в целом, оправдывают серьёзные сомнения в статусе истории и как строгой науки, и как подлинного искусства2*. В результате двух этих линий исследования создается впечатление, что историческое сознание, которым западный человек так гордился с начала XIX века, может быть ничем иным, как теоретическим основанием идеологической позиции, с которой западная цивилизация рассматривает свои отношения не только с предшествующими ей культурами и цивилизациями, но и с современными и соседствующими в пространстве3*. Короче говоря, историческое сознание можно рассматривать как специфически западный предрассудок, посредством которого задним числом доказывается предполагаемое превосходство современного индустриального общества.Мой анализ глубинной структуры исторического воображения в Европе XIX века нацелен на обоснование нового взгляда на современную полемику о природе и функциях исторического знания. Этот анализ ведется на двух уровнях. Во-первых, рассматриваются труды признанных мастеров европейской историографии XIX века и, во-вторых, труды выдающихся философов истории того же периода. Главная цель состоит в определении родственных характеристик различных представлений об историческом процессе, которые реально проявляются в работах классических рассказчиков. Другая цель — определить различные возможные теории, которыми философы истории в то время обосновывали историческое мышление. Для выполнения этих целей я буду рассматривать историческую работу как то, чем она наиболее очевидно является — как вербальную структуру в форме повествовательного прозаического дискурса, предназначенную быть моделью, знаком прошлых структур и процессов в интересах объяснения, чем они были, посредством их представления 4*.Короче говоря, мой метод — формалистский. Я не буду пытаться решать, является ли работа данного историка лучшим или более верным изложением специфической совокупности событий или сегмента исторического процесса, чем какого-то другого историка; я скорее попытаюсь установить структурные компоненты этих изложений.С моей точки зрения, эта процедура оправдывает внимание к историкам и философам, отличающимся классическими достижениями, теми, чьи труды до сих пор служат признанными моделями возможных методов постижения истории: историкам Мишле, Ранке, Токвилю и Буркхардту и философам истории Гегелю, Марксу, Ницше и Кроче.Рассматривая этих мыслителей, я буду обсуждать проблему, кто из них представляет наиболее верный подход к историческому исследованию. Их статус как возможных моделей исторической репрезентации или концептуализации не зависит от природы «данных», которые они используют для подтверждения своих обобщений или теорий, привлеченных ими для объяснения; этот статус скорее зависит от последовательности, согласованности и освещающей силы их видения исторического поля. ..................................................