В книге предложена современная концепция новейшей истории Германии, разработанная на основе анализа новых историографических направлений. Подробно рассматриваются проблемы массового национального сознания и культуры. Большое внимание уделяется социально-психологическим процессам в послевоенной Германии. Не обойдена стороной и тема экономического развития Германии в период после мировых войн.
Содержание:
Введение.
Кайзеровская Германия в начале XX в. (1900-1914).
Под грохот "Большой Берты" (1914-1918).
Рождение республики (1918-1923).
Хрупкая стабилизация (1924-1929).
Коллапс демократии (1930-1933).
Культура и быт Веймарской Германии.
Национал-социализм в Германии (1933-1939).
Культура по-арийски.
Европейская стратегия Гитлера (1933-1939).
Вторая мировая война (1939-1945).
Холокост (1933-1945).
Путь к расколу (1945-1949).
Время Конрада Аденауэра (1949-1961).
"Лучшее государство в немецкой истории" (1961-1989).
Временное государство на востоке Германии (1949-1989).
Не разделенная Эльбой культура.
"И обрушилась стена до своего основания" (1989-1990).
Новая страна в новом мире (1990-2000).
Заключение.
Приложение:
Краткая хронология истории Германии в XX в.
Германские канцлеры.
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | Дрофа, М. |
| Рік видання | 2004 |
| Кількість сторінок | 432 |
| Обкладинка | тверд |
-
809грн.
Схожі товари
История советского государства (2006)
Учебник современного французского историка Н. Верта впервые был издан на русском языке в самом конце 1992 г. Благодаря объективности и стройности изложения книга стала одним из наиболее популярных и востребованных курсов истории России XX века. Книга выдержала пять изданий во Франции, кроме русского, переведена также на английский, болгарский и итальянский языки. Новое третье русское издание включает все изменения, внесенные автором в последнее французское издание. Рекомендуется преподавателям истории средней и высшей школы, студентам вузов, абитуриентам и ученикам старших классов.Содержание -От издательстваК российскому читателю ГЛАВА I. РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ В НАЧАЛЕ XX В.I. Политические, экономические и социальные противоречияII. Оппозиционные движения ГЛАВА II. ПРОВАЛ ПОЛИТИЧЕСКОЙ АЛЬТЕРНАТИВЫ (1905—1914)I. Революция 1905—1907 гг.: «Великая европейская революция, остановившаяся на полпути»II. Столыпинские реформы: провал просвещенного консерватизма ГЛАВА III. ОТ ВОЙНЫ ДО РЕВОЛЮЦИИ (1914—1917)I. Российская империя в войнеII. Февральская революция и падение царизмаIII. Революция в России ГЛАВА IV. ГОДЫ ВЫЖИВАНИЯ И ФОРМИРОВАНИЯ ГОСУДАРСТВА(1918—1921)I. Превращение большевизма в государственную структуруII. Брест-Литовский договор и его последствияIII. Гражданская война и иностранная интервенцияIV.«Военный коммунизм»V. Кризис «военного коммунизма» ГЛАВАV. ГОДЫ НЭПА (1921—1928)I. Образование СССР: национальные интересы и культурная революцияII. «Союз рабочих и крестьян»III. Политическая борьбаIV. Конец нэпа ГЛАВА VI. ТРИДЦАТЫЕ ГОДЫ. РЕШАЮЩЕЕ ДЕСЯТИЛЕТИЕI. «Великий перелом» (1929—1933)II. Разрыв и заговор (1934—1939)III. Итоги решающего десятилетия ГЛАВА VII. ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА СОВЕТСКОГО ГОСУДАРСТВА (1921—1941)I. Новая концепция международных отношенийII. Основные направления советской внешней политики в годы нэпа (1921—1928)III. Борьба против «социал-фашизма» и «обострение капиталистических противоречий» (1928—1933)IV. Советская дипломатия и «коллективная безопасность» (1934—1939)V. Эра советско-германского пакта и его последствия (1939—1941) ГЛАВА VIII.СОВЕТСКИЙ СОЮЗ В ВОЙНЕ (1941—1945)I. Нацистское нашествиеII. Поворот в войне (лето 1942 — лето 1943)III. Размышления о крутом поворотеIV. К победе (лето 1943 — май 1945 г.) ГЛАВА IX. ПОБЕДОНОСНЫЙ СТАЛИНИЗМI. Возврат к довоенной модели экономического развитияII.Усиление контроля во всех сферахIII. СССР в послевоенных международных отношенияхIV. «Развитой» сталинизм ГЛАВА X. ХРУЩЕВСКИЕ ГОДЫ (1953—1964)I. Борьба за сталинское наследие и начало хрущевских реформ (1953—1957)II. Пределы и перехлесты хрущевских проектов (1958—1964) ГЛАВА XI. ЭПОХА «РАЗВИТОГО СОЦИАЛИЗМА» ИЛИ «ГОДЫ ЗАСТОЯ» (1965—1985) ?I. Политический компромисс: косность и консерватизмII. Кризис «развитого социализма»III. Изменения в общественной жизниIV. СССР в миреV. «Междуцарствие» ГЛАВА XII. РЕВОЛЮЦИЯ ГОРБАЧЕВАI. Раскрепощенное словоII. Экономические реформыIII.Политические реформы Библиография..
Гражданская история безумной войны. 2007\2010
Эта книга впервые излагает историю Гражданской войны как страшную и удивительную сказку, случившуюся в реальности. Фантастические судьбы, необыкновенные приключения, благородные мечты и моря крови. Легкий разговорный язык, ирония и честность на грани цинизма делают книгу незаменимым чтением для каждого, кто слышал слово «Россия»...
Разломанное время. Культура и общество в двадцатом веке \Corpus
Анализируя самые разные течения в искусстве и обществе - от классической музыки до художественного авангарда 1920-х, от модерна до поп-арта, от феминизма до религиозного фундаментализма - Эрик Хобсбаум точно определяет поворотные моменты эпох и устанавливает их взаимосвязь. Глубоко зная прошлое, он сумел разглядеть и предсказать многие заблуждения современного общества так проницательно, как мало кому удалось.Об авторе:Эрик Джон Эрнест Хобсбаум - британский историк, наиболее известный работами о "долгом XIX веке" ("Эпоха революций: Европа 1789-1848", "Эпоха капитала: Европа 1848-1875" и "Век империй: Европа 1875-1914") и "коротком XX веке" ("Эпоха крайностей. Короткий двадцатый век 1914-1991"), теоретик и критик национализма.Цитата:В "Разломанном времени" революционер-традиционалист проявился во всем своем блеске. Он описывает крах буржуазной культуры XIX века и исследует руины, оставшиеся от нее в ХХ-м. Хобсбаум любил обе эпохи, но хорошо понимал, почему они обречены. - The GuardianСОДЕРЖАНИЕ:БлагодарностиПредисловиеГлава 1 МанифестыЧасть I Сегодняшние затруднения «высокой культуры»Глава 2 Куда движутся искусства?Глава 3 Век культурного симбиоза?Глава 4 Зачем проводить фестивали в XXI векеГлава 5 Политика и культура в новом столетииЧасть II Культура буржуазного мираГлава 6 Итоги Просвещения: эмансипация евреев с начала XIX векаГлава 7 Евреи и ГерманияГлава 8 Судьбы Центральной ЕвропыГлава 9 Культура и гендер в европейском буржуазном обществе 1870–1914 годовГлава 10 Ар-нувоГлава 11 Последние дни человечестваГлава 12 Культурное наследиеЧасть III Неопределенность, наука, религияГлава 13 Тревожное будущееГлава 14 Наука: ее социальная функция и изменение мираГлава 15 Мандарин во фригийском колпаке: Джозеф НидэмГлава 16 Интеллектуалы: роли, функции и парадоксГлава 17 Перспективы общественной религииГлава 18 Искусство и революцияГлава 19 Искусство и властьГлава 20 Крах авангардаЧасть IV От искусства к мифуГлава 21 Из искусства в поп-арт: взрыв в культуреГлава 22 Американский ковбой: международный миф?...................................... Предисловие И мы с тобой как в смеркшейся стране,Огнем и лязгом сметены туда,Где бьется насмерть темная орда. Мэтью Арнольд. Дуврский берег Эта книга о том, что случилось с искусством и культурой буржуазного общества после того, как с уходом поколения 1914 года само это общество навсегда перестало существовать. Об одном аспекте того глобального тектонического сдвига, который постиг человечество с 1950-х, когда Средневековье внезапно закончилось для 80 % населения земного шара, о 1960-х, когда правила и условности человеческих отношений, очевидно, устарели разом и повсюду. Следовательно, эта книга также и об исторической эпохе, которая потеряла свои ориентиры и в начале нового тысячелетия с тревогой всматривается в едва различимое будущее, без карты и компаса, с растерянностью, какой я не припоминаю за всю свою долгую жизнь. Поскольку время от времени я как историк размышлял и писал о любопытном переплетении общественной реальности и искусства, в конце прошлого века ко мне обратились организаторы Зальцбургского фестиваля, этого примечательного обломка «Вчерашнего мира» Стефана Цвейга (он и сам был с фестивалем в значительной степени связан), где меня пригласили выступить с рядом лекций. Эти зальцбургские лекции составляют начало данной книги, написанной между 1964 и 2012 годами. Более половины их никогда ранее не публиковались, во всяком случае на английском языке. Книга начинается с недоверчивого восхищения в адрес манифестов ХХ века. Главы 2–5 представляют собой реалистические размышления о ситуации в искусстве в начале нового тысячелетия. Без погружения в исчезнувший мир прошлого в этом не разобраться. Поэтому главы 6–12 посвящены этому миру, сформировавшемуся в основном в Европе XIX века, где были заложены не только «классические» каноны музыки, оперы, балета и драматургии, но и в ряде стран – основы языка современной литературы. Иллюстрации я в основном черпаю из той области, которая сформировала мой собственный культурный фон – это немецкоязычная Центральная Европа, – но беру в расчет и все «бабье лето» (или belle époque) этой культуры в последние десятилетия перед 1914 годом. В конце я размышляю о культурном наследии этой эпохи. Мало что может сравниться сегодня по популярности с пророческим описанием Маркса экономических и социальных последствий капиталистической индустриализации Запада. Но когда в XIX веке европейский капитализм воцарился на земном шаре, судьбу которого ему предстояло изменить завоеваниями, техническим превосходством и глобализацией экономики, он принес с собой внушительный груз условностей и ценностей, которые, разумеется, считал более значимыми, чем все остальные. Договоримся называть это «европейской буржуазной цивилизацией», которая так и не оправилась после Первой мировой войны. Этот самоуверенный взгляд на мир отводил науке и искусству столь же значимое место, как и вере в прогресс и просвещение, и они поистине были духовным ядром, заменившим традиционную религию. Я родился и вырос в этой «буржуазной цивилизации», символом которой стало кольцо общественных зданий середины века, окружающее средневековый и имперский центр Вены: биржа, университет, Бургтеатр, монументальная ратуша, парламент в духе классицизма, колоссальные музеи истории искусств и естественной истории, стоящие друг напротив друга, и, конечно же, сердце каждого уважающего себя буржуазного города XIX века – Гранд-опера. В этих местах «культурные люди» припадали к алтарю культуры и искусства. Храмы вписывались в этот ландшафт лишь как запоздалая дань связи между церковью и императором. Несмотря на свою новизну, этот культурный ландшафт был глубоко укоренен в старой княжеской, королевской и церковной культуре до Французской революции, то есть в мире власти и чрезмерного богатства, патронирующих высокую культуру. В значительной степени он сохраняется и сегодня благодаря связи престижности в традиционном понимании и финансовой власти, демонстрируемой публично, однако эта связь уже не имеет отношения к авторитету духовному или полученному по праву рождения. Возможно, по этой причине эти ценности пережили относительный упадок Европы и по сей день остаются квинтэссенцией культуры, в которой власть и обширные расходы сочетаются с высоким социальным престижем. В этом смысле высокое искусство, подобно шампанскому, остается евроцентричным даже в эпоху глобализации. В заключение этого раздела приводятся размышления о наследии этого периода и связанных с ним проблемах. Как ХХ век пережил крах традиционного буржуазного общества и присущих ему ценностей? Этой теме посвящены восемь глав третьего раздела книги, где освещается широкий спектр реакций на конец эпохи. Среди прочего мы рассмотрим воздействие научных достижений ХХ века на цивилизацию, которая, несмотря на свою приверженность прогрессу, не смогла их до конца осознать и сама понесла от них ущерб; увидим диалектику религии в эпоху повсеместной секуляризации; проследим за тем, как искусство потеряло свои привычные ориентиры, но не смогло нащупать новые ни в рамках «модернистского» или «авангардистского» соревнования с технологиями в погоне за прогрессом, ни в союзе с властью, ни в безвольном смирении перед законами рынка. Что же пошло не так у буржуазной цивилизации? С одной стороны, ее локомотивом было производство, разрушающее и преображающее все вокруг, а с другой – все ее действия, институты, политические системы и шкалы ценностей создавались меньшинством и для меньшинства, численность которого, впрочем, могла расти – и росла. Это меньшинство как было, так и осталось по сей день по сути меритократичным, то есть отрицающим равенство и демократию. Вплоть до самого конца XIX века буржуазия (или высший средний класс) все еще представляла из себя довольно узкий слой общества. В 1875 году в хорошо оснащенной школами Германии гуманитарные гимназии (средние школы) насчитывали всего 100 000 учеников, и лишь часть из них доучивалась до экзамена на аттестат зрелости. В университетах же обучалось всего около 16 000 студентов. Даже на пороге Второй мировой войны в Германии, Франции и Британии – трех самых больших, развитых и образованных странах с общим населением в 150 миллионов человек – насчитывалось не более 150 000 университетских студентов, что составляло 0,1 % совокупного населения. Впечатляющее расширение среднего и, главным образом, высшего образования после 1945 года значительно умножило число образованных людей, т. е. людей, в целом обученных школьному минимуму XIX века, но необязательно число людей, легко ориентирующихся в этих дисциплинах. Совершенно очевидно, что опасность для этой системы должна была появиться со стороны большинства, остающегося за границами элиты. Оно могло бы стремиться к прогрессивному обществу равенства и демократии, вне- или посткапиталистическому, подобно социалистам, но последние переняли многие ценности буржуазного «модернизма» и в этом отношении уже не могли обеспечить заметной альтернативы. В самом деле, с культурной точки зрения целью «политически сознательного» активиста социал-демократических убеждений было обеспечение рабочего класса свободным доступом к этим ценностям, что и осуществляла местная власть с социалистическим уклоном. Парадоксальным образом, подлинное развитие отдельных субкультур того времени, таких как профессиональный футбол вместе с его публикой, считалось политически незначимыми и незрелыми отклонениями. Насколько мне известно, необычное пристрастие к футболу среди венского пролетариата во времена моего детства считалось чем-то само собой разумеющимся и никак не связанным со столь же одержимым голосованием за социал-демократов. Основной тезис собранных здесь статей состоит в том, что логика капиталистического развития и самой буржуазной цивилизации изначально была запрограммирована на уничтожение их собственной базы – общества и институтов, управляемых прогрессивным элитарным меньшинством с молчаливого согласия или даже одобрения большинс..