| Про книгу | |
| Видавництво, місто | Полигон, СПб |
| Рік видання | 2000 |
| Кількість сторінок | 637 |
| Обкладинка | тверд |
-
2.056грн.
- Артикул: 23171
- Наявність: В наявності
Схожі товари
Легенда о Сан-Микеле
Легенда о Сан-Микеле` Акселя Мунте (1857-1949), шведа по происхождению и врача по профессии, регулярно переиздается на разных языках уже более 70 лет. Но чем притягивает к себе книга - загадка до сих пор. Ведь умения владеть словом и строить сюжет - слишком мало для успеха. Нужно что-то особенное, что дается только избранным. Аксель Мунте написал автобиографическую повесть. Правда, книгу можно назвать и записками врача, и записками мистика, и записками пересмешника... И записками ребенка, не захотевшего стать взрослым. Прочтите `Легенду о Сан-Микеле`, и, быть может, именно вам удастся разгадать ее загадку.В первый раз книга Акселя Мунте выходила на русском языке в 1969 году. Теперь у вас в руках - иллюстрированное издание и полный перевод!Фрагмент текста:ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРАКритики как будто не знают, к какому жанру следует отнести «Легенду о Сан-Микеле», да и не удивительно. Одни называли ее «автобиографией», другие — «воспоминаниями врача». Насколько я могу судить, это ни то и ни другое. Ведь история моей жизни вряд ли заняла бы пятьсот страниц, даже если бы я не опустил наиболее печальных и значительных ее глав. Могу только сказать, что я вовсе не хотел писать книгу о самом себе — наоборот, я постоянно старался избавиться от этой смутной фигуры. Если же книга все-таки оказалась автобиографией, то (судя по ее успеху) приходится признать, что, желая написать книгу о самом себе, следует думать о ком-нибудь другом. Нужно только тихо сидеть в кресле и слепым глазом всматриваться в прошедшую жизнь. А еще лучше — лечь в траву и ни о чем не думать, только слушать. Вскоре далекий рев мира совсем заглохнет, лес и поле наполнятся птичьим пением, и к тебе придут доверчивые звери поведать о своих радостях и горестях на понятном тебе языке, а когда наступает полная тишина, можно расслышать шепот неодушевленных предметов вокруг.Название же «Воспоминания врача», которое дают этой книге критики, кажется мне еще менее уместным. Такой чванный подзаголовок никак не вяжется с ее буйной простотой, бесцеремонной откровенностью и прежде всего с ее прозрачностью. Конечно, врач, как и всякий другой человек, имеет право посмеяться над собой, когда у него тяжело на сердце, может он посмеиваться и над своими коллегами, если он готов принять на себя все последствия. Но он не имеет права смеяться над своими пациентами. Еще хуже, когда он льет над ними слезы: плаксивый врач — плохой врач. Старый доктор вообще должен хорошо поразмыслить, прежде чем садиться писать мемуары. Будет лучше, если он никому не откроет того, что он видел и что он узнал о Жизни и Смерти. Лучше не писать мемуаров, оставив мертвым их покой, а живым их иллюзии.Кто-то назвал «Легенду о Сан-Микеле» повестью о Смерти. Может быть, это и так, ибо Смерть постоянно присутствует в моих мыслях. «Non nasce in me pensier che non vi sia dentro scolpita in Morie»[1], - сказал Микеланджело в письмах к Вазари. Я так долго боролся с моей мрачной сотрудницей и всегда терпел поражение и видел, как она, одного за другим, поражала всех, кого я пытался спасти. И некоторых из них я видел перед собой, когда писал эту книгу, — вновь видел, как они жили, как страдали, как умирали. Ничего другого я не мог для них сделать. Это были простые люди — над их могилами не стоят мраморные памятники и многие из них были забыты еще задолго до смерти. Теперь им хорошо.Старая Мария Почтальонша, которая тридцать лет носила мне письма, пересчитывая босыми ногами семьсот семьдесят семь финикийских ступеней, разносит теперь почту на небе, где добрый Пакьяле мирно курит свою трубку и смотрит на бескрайнее море, как некогда глядел на него с галереи Сан-Микеле, и где мой друг Арканджело Фуско, подметальщик в квартале Монпарнас, сметает звездную пыль с золотого пола. Под великолепными колоннадами из ляпис-лазури прогуливается маленький мосье Альфонс, старейший обитатель приюта «сестриц бедняков», в новом сюртуке питтсбургского миллионера, и торжественно приподымает свои любимый цилиндр перед каждым встречным святым, как он это некогда делал перед моими знакомыми, когда катался по Корсо в моей коляске.Джон, маленький голубоглазый мальчик, который никогда не смеялся, теперь весело играет с другими счастливыми детьми в бывшей детской Бамбино. Он наконец научился улыбаться. Комната полна цветов, птицы с песнями влетают в открытые окна и вылетают из них. Иногда в комнату заглядывает Мадонна, чтобы убедиться, что дети ни в чем не нуждаются. Мать Джона, которая так нежно ухаживала за ним на авеню Вилье, еще здесь, с нами. Я недавно ее видел. Бедная Флопетт, проститутка, выглядит на десять лет моложе, чем тогда, в ночном кафе на бульваре; скромное белое платье очень идет ей — она служит второй горничной у Марии Магдалины.В тихом уголке Елисейских полей находится собачье кладбище. Все мои друзья там. Их тела еще лежат под кипарисами у старой башни, там, где я их похоронил, но их верные сердца были взяты на небо. Святой Рох, добродушный покровитель собак, оберегает это кладбище, а верная мисс Холл часто приходит туда. Даже шалопай Билли, пьяница павиан, который поджег гроб каноника дона Джачинто, был допущен, хотя и на испытательный срок, в последний ряд обезьяньего кладбища по соседству, но сначала святой Петр, который решил, что от Билли пахнет виски и принял было его за человека, подверг его самому тщательному осмотру. А дон Джачинто, самый богатый священник Капри, который ни разу не дал ни единого сольди бедному человеку, все еще жарится в своем гробу; бывшему же мяснику, который ослеплял перепелов раскаленной иглой, Сатана собственноручно выколол глаза, так как не мог стерпеть подобного посягательства на свои права.Какой-то критик заметил, что «Легенда о Сан-Микеле» может обеспечить авторов романтических рассказов сюжетами на всю жизнь. Если это так, они могут пользоваться этим материалом сколько их душе угодно. Мне он больше ни к чему. Всю жизнь я усердно писал рецепты и после этих литературных усилий уже не стану на закате своих дней писать рассказы. Жаль, что я не подумал об этом прежде — тогда бы я не был в том положении, в котором нахожусь теперь. Наверное, гораздо покойнее, сидя в кресле, писать романтические рассказы, чем трудиться всю жизнь, собирая для них материал, легче описывать болезни и смерть, чем бороться с ними, и приятнее придумывать страшные сюжеты, чем испытывать их на себе. Но почему бы этим профессиональным писателям самим не заняться сбором материала? Они так редко это делают! Романисты, постоянно увлекающие своих читателей в трущобы, сами редко туда заглядывают. Специалистов по болезням и смерти редко можно заманить в больницу, где они только что прикончили свою героиню. Поэты и философы, которые в звучных стихах и в прозе воспевают Смерть Освободительницу, нередко бледнеют при одном упоминании их возлюбленной подруги. Это старая история. Леопарди, величайший поэт современной Италии, который с мальчишеских лет в чудесных стихах призывал смерть, первым в жалком страхе бежал из холерного Неаполя. Даже великий Монтень, чьих спокойных размышлений о смерти достаточно, чтобы сделать его бессмертным, улепетнул, как заяц, едва в Бордо появилась чума. Угрюмый Шопенгауэр, величайший философ нового времени, сделавший краеугольным камнем своего учения отрицание жизни, обрывал разговор, если его собеседник касался темы смерти. По- моему, наиболее кровавые книги о войне писались мирными обывателями, жившими там, куда не долетали снаряды самых дальнобойных немецких орудий. Авторы, которые навязывают читателю изображение всяческих оргий, на деле предпочитают блюсти законы нравственности. Мне известно лишь одно исключение из этого правила — Ги де Мопассан, и я видел, как он от этого умер.Я знаю, что некоторые эпизоды этой книги развертываются в нечетко определяемой пограничной области, между реальным и нереальным, в опасной «ничьей земле» между действительностью и фантазией, где терпели крушение многие мемуаристы и где даже сам Гете в своей «Dichtung und Wahrheit»[2] нередко сбивался с пути. Я изо всех сил пытался с помощью давно известных приемов придать хотя бы некоторым из этих эпизодов вид романтических рассказов. В конце-то концов, это вопрос формы. Если мне это удалось, я буду очень рад — мне ничего не нужно, кроме того, чтобы мне не верили. Все и так достаточно скверно и печально. Видит бог, мне и без того приходится отвечать за очень многое. Впрочем, я считаю это комплиментом, ибо величайший автор романтических рассказов — сама Жизнь. Но всегда ли Жизнь правдива?Жизнь остается такой, какой была всегда: равнодушной к событиям, безразличной к людским радостям и печалям, безмолвной и загадочной, как сфинкс. Но сцена, на которой разыгрывается эта бесконечная трагедия, постоянно меняется во избежание однообразия. Мир, в котором мы жили вчера, не тот мир, в котором мы живем сегодня. Он неуклонно движется в бесконечности навстречу своей судьбе, как и мы сами. Человек не может дважды искупаться в одной и той же реке, сказал Гераклит. Некоторые из нас ползают на коленях, другие ездят верхом или в автомобиле, третьи обгоняют почтовых голубей на аэропланах. К чему спешить? Все мы неизбежно достигнем конца пути!Нет, мир, в котором я жил, когда был молод, не похож на мир, в котором я живу теперь, — по крайней мере, так кажется мне. Наверное, со мной согласятся и те, кто прочтет эту книгу о странствиях в поисках прошлых приключений. Бандиты с восемью убийствами на совести уже не уступят вам свой тюфяк в разрушенной землетрясением Мессине. Под развалинами виллы Нерона в Калабрии уже не прячется подобравшийся для прыжка сфинкс. Бешеные крысы в трущобах холерного Неаполя, которые так меня напугали, уже давно вернулись в римские клоаки. Сегодня можно добраться до Анакапри на автомобиле, достигнуть вершины Юнгфрау в поезде и подняться на Маттерхорн по веревочным лестницам.В Лапландии за вашими санями уже не погонится по замерзшему озеру стая волков, чьи глаза горят во тьме, как раскаленные угли. Старый медведь, преградивший мне путь в глухом ущелье Сульва, уже давно перебрался в Поля счастливой охоты. Через бурный поток, к..
![Роман- воспоминание \Мой 20 век\](https://academplus.com/image/cache/catalog/11382-200x308.jpg "Роман- воспоминание \Мой 20 век\")
Роман- воспоминание \Мой 20 век\
Судьба Анатолия Рыбакова (1911-1998), автора романов "Тяжелый песок", "Дети Арбата", "Прах и пепел", завоевавших всеобщее признание, вместила в себя ключевые моменты истории нашей страны в XX веке. Долгая жизнь писателя легла на страницы произведения, названного лаконично и всеобъемлюще - "Роман-воспоминание"...
Советский Союз в локальных войнах и конфликтах \Серия: Военно-историческая библиотека
Холодная война" начиналась с противостояния двух неравных по мощи сверхдержав. Хотя СССР был способен сокрушить ближайших европейских союзников США, американские бомбардировщики и ракеты могли стереть с лица земли его основные жизненные центры, в то время как сами США вплоть до конца 50-х гг. оставались неуязвимыми для контрудара. В своих расчетах каждая система исходила из того, что противная сторона хочет ни больше ни меньше как полного уничтожения своего оппонента-противника. При этом Запад рассматривал советскую внешнюю политику как своеобразный симбиоз стародавнего русского империализма со стремлением распространить влияние коммунизма в Европе. Москве приходилось отчаянно бороться за сохранение, а там, где это возможно, и расширение своей "странной", не похожей ни на какую другую в мировой летописи, "империи".СодержаниеПредисловие [3]Часть I. С. Я. Лавренов, И. М. Попов. Кризисы «холодной войны»: историяГлава 1. «Особая» историческая миссия [4]Весна надежд 1945 года [4]Экскурс в историю [6]Мессианское наследие [11]Противостояние [13]Глава 2. Иранский кризис (1945–1946 гг.) [17]Неизвестная операция [17]Нефтяная подоплека [23]События в Иранском Азербайджане [27]Политическое урегулирование кризиса [31]Глава 3. За кулисами гражданской войны в Китае [36]Китай просыпается [36]Партизанская война по Мао Цзэдуну [40]Советская помощь Китаю [45]Победа коммунистов [49]Глава 4. Гражданская война в Греции [54]Предыстория [54]Борьба обостряется [58]Разгром [61]Глава 5. Югославская «крамола» [67]Верный союзник [67]Тито «показывает зубы» [72]Балканская федерация социалистических стран [76]Страсти накаляются [83]Сталин выходит из себя [87]Человек, который бросил вызов Сталину [94]Югославское «дело» [101]Глава 6. Берлинский кризис 1948–1949 гг. [108]Предыстория [108]Начало кризиса [115]Выход из «Берлинского тупика» [122]Глава 7. Берлинский кризис 1953 г. [129]«Мармеладный» бунт [129]«Иван, убирайся домой!» [134]Чрезвычайное положение в Берлине [139]Глава 8. «Вихрь» в Будапеште, год 1956 [142]Как все начиналось [142]Восстание набирает силу [150]Время «Ч» — ровно в полночь [156]Междвременье [164]«Вихрь» над Венгрией [174]Судьба Имре Надя [184]Глава 9. Дыхание «горячей» войны в Европе, 1958–1962 гг. [186]«Недремлющее око» под землей и в воздухе [187]Угрозы явные, угрозы мнимые [194]Германия против Германии [202]Берлинская стена [208]Глава 10. Карибский кризис: мир на грани катастрофы [213]Это сладкое слово — свобода! [213]Рисковать так рисковать [219]«Если это нужно для социализма...» [223]Пусть думают, что это на Севере [226]Опасный рейс [230]На острове Свободы [233]Вашингтон плохо спит [237]Москва не спит вовсе [249]Кульминация [256]Была ли возможна ядерная катастрофа? [266]Демонтаж [270]Вывезти еще сложнее, чем ввезти [278]Эпилог [287]Глава 11. «Пражская весна», 1968 г. [289]Долгожданные перемены [289]«Все рушится!» [296]Коллективное мнение [302]Устрашение реформаторов [314]Решение о применении военной силы [318]Операция «Дунай» [324]Неудачная политическая пьеса [329]Глава 12. Советско-китайский раскол [336]Трещины на монолите [336]Великая пролетарская культурная революция [344]Остров Даманский [349]Американский «угол» [361]Глава 13. На африканском континенте [369]Сколачивание «африканского» блока [369]Горячие дни в Анголе [372]Эфиопо-сомалийский конфликт [379]На Эритрейском фронте [389]Глава 14. Польша — слабое звено социализма [391]Феномен «Солидарности» 1980–1981 гг. [391]Готовилось ли военное вторжение? [393]«Доктрина Брежнева» отправлена в архив? [397]Военное положение [404]Еще не эпилог, но [408]Глава 15. «Буря в пустыне» над Персидским заливом [410]Истоки кризиса [410]Багдад делает первый ход [415]Ответный ход Вашингтона [423]СССР и война в заливе: третий — лишний? [430]Глава 16. И снова Югославия [432]Превратности исторической судьбы [432]Эскалация развала [435]Первые вооруженные столкновения [436]Сербия в трудном положении [437]Босния и Герцеговина [440]НАТО готовится к прыжку [445]Призрак России на Балканах [448]Российские добровольцы [453]Часть II. С. Я. Лавренов. Кризисы «холодной войны»: теорияГлава 1. Понятие военно-политического кризиса [456]Глава 2. Типы и виды военно-политических кризисов [464]Глава 3. Политико-идеологическое и геополитическое соперничество [473]Глава 4. Борьба за национальное самоопределение [481]Глава 5. Территориальные споры [500]Глава 6. Внутригосударственные конфликты [511]Глава 7. Механизмы возникновения кризисов [522]Глава 8. «Казус белли» кризиса [540]Глава 9. Стадии кризиса [554]Глава 10. Использование в кризисе вооруженных сил [565]Глава 11. Перерастание кризиса в вооруженный конфликт [583]Глава 12. Высшее политическое и военное руководство: сложные взаимоотношения [600]Заключение [609]Часть III. Документальное приложениеПриложение № 1. Советско-американские отношения [618]Документ № 1. Выступление Аллена Даллеса на собрании Республиканской партии. Весна 1948 года [618]Приложение № 2. Гражданская война в Китае и позиция СССР [638]Документ № 1. Современная обстановка и наши задачи (Доклад Мао Цзэдуна на заседании ЦК Компартии Китая) 25 декабря 1947 г. [638]Документ № 2. Запись беседы И. В. Сталина с Цзян Цзинго, личным представителем Чан Кайши. 30 декабря 1945 г. [656]Документ № 3. Запись беседы Сталина с Цзян Цзинго, личным представителем Чан Кайши. 3 января 1946 г. [672]Документ № 4. Записка А. И. Микояна в Президиум ЦК КПСС о поездке в Китай в январе-феврале 1949 г. [685]Документ № 5. Телеграмма И. В. Сталина Мао Цзэдуну от 10 января 1949 г. [698]Документ № 6. Продолжение предыдущей телеграммы И. В. Сталина Мао Цзэдуну 11 января 1949 г. [700]Документ № 7. Телеграмма Мао Цзэдуна И. В. Сталину от 13 января 1949 г. [700]Документ № 8. Телеграмма И. В. Сталина Мао Цзэдуну от 14 января 1949 г. [703]Документ № 9. Отказ СССР от посреднической миссии в Китае. (Ответ Советского правительства на меморандум нанкинского правительства, опубликованный в газете «Известия» 18 января 1949 г.) [706]Приложение № 3. Советско-югославские отношения [707]Документ № 1. Запись беседы генералиссимуса И. В. Сталина с маршалом Тито от 27 мая 1946 г. [707]Приложение № 4. О событиях в Венгрии [711]Документ № 1. Информация председателя КГБ СССР в ЦК КПСС об архивных материалах о деятельности венгерского руководителя Имре Надя [711]Документ № 2. Расписка Имре Надя о сотрудничестве с ОГПУ [713]Документ № 3. Доклад Особой комиссии ООН по расследованию венгерских событий (главы 48–79) [714]Приложение № 5. Советско-американские отношения в период Карибского кризиса [734]Документ № 1. Военно-политическая обстановка в мире с 5 по 16 ноября 1962 г. [734]Документ № 2. Военно-политическая обстановка в мире с 17 по 23 ноября 1962 г. [736]Документ № 3. Военно-политическая обстановка в мире с 1 по 7 декабря 1962 г. [737]Документ № 4. Военно-политическая обстановка в мире с 8 по 14 декабря 1962 г. [739]Документ № 5. Военно-политическая обстановка в мире с 15 по 21 декабря 1962 г. [741]Документ № 6. Военно-политическая обстановка в мире с 22 по 29 декабря 1962 г. [742]Документ № 7. Беседа шеф-редактора журнала «Проблемы мира и социализма» А. М. Румянцева с членом секретариата национального руководства Объединенных революционных организаций Кубы Блас Рока [744]Документ № 8. Беседа А. И. Микояна с Фиделем Кастро от 3 ноября 1962 г. [747]Приложение № 6. К событиям в Чехословакии [755]Документ № 1. Записка заведующего Отделом ЦК КПСС по связям с коммунистическими и рабочими партиями социалистических стран К. В. Русакова в ЦК КПСС от 26 июня 1968 г. [755]Документ № 2. Из стенограммы переговоров Л. И. Брежнева, А. Н. Косыгина, Н. В. Подгорного, Г. И. Воронова с А. Дубчеком от 23 августа 1968 г. [756]Документ № 3. Политическое письмо Посольства СССР в США об основных направлениях американской пропаганды в связи с событиями в Чехословакии 3 октября 1968 г. [763]Примечания..