Книга приближает читателя к более глубокому восприятию эстетических ценностей Японии. В ней идет речь о своеобразии японской культуры как целостной системы, о влиянии буддизма дзэн и древнекитайских учений на художественное мышление японцев, о национальной эстетической традиции, сохранившей громадное значение и в наши дни.
О г л а в л е н и е:
Вступление. -
Гл. 1. Литературная реформа. -
Гл. 2. Модель мира и понятие `правды`. -
Гл. 3. Часть и целое. -
Гл. 4. Традиционализм в японском искусстве. -
Гл. 5. Естественность как метод. -
Гл. 6. Искусство--неискусство. -
Гл. 7. Движение красоты. -
Гл. 8. Раскрытие `тайных традиций` и расцвет городской культуры. -
Гл. 9. Литературное обновление. -
Заключение.
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | Наука, М. |
| Рік видання | 1979 |
| Кількість сторінок | 368 |
| Обкладинка | тверд |
-
1.199грн.
Схожі товари
Благородство поражения. Трагический герой в японской истории
Книга А.Морриса это сборник новелл из японской истории, посвященных людям, которые доказали «что в жизни существует нечто гораздо более значимое, чем материальное изобилие и преследование собственных эгоистических интересов». Этот трагический образ обреченного на поражение героя, демонстрирующего величие духа в безвыходной ситуации, является частью великой древневосточной культуры.Содержание:ПредисловиеВведениеГлава 1 «О, одинокая сосна! О, брат мой»Глава 2 «Щит императора»Глава 3 «Меланхолический принц»Глава 4 «Божество поражений»Глава 5 «Победа через поражение»Глава 6 «Семь жизней за страну»Глава 7 «Японский мессия»Глава 8 «Спасти людей!»Глава 9 «Апофеоз Великого Сайго»Глава 10 «Нам бы только упасть…»Примечания..
Воля к сакральному \подчеркивания каранд.
В центре внимания автора - смена циклов в истории культуры. На протяжении Ренессанса и Нового времени развертывается закат средневековой культуры с присущим ей обостренным чувством сакрального и одновременно становление культуры чувственного типа. Однако, начиная с рубежа XIX-XX веков, развертывается обратный процесс - начавшаяся реабилитация идеационализма средневековой культуры в художественных и нехудожественных формах, что означает восстановление в правах успевшего угаснуть сверхчувственного начала. Новый цикл, возникновение которого связано с XX веком как развернувшейся переходной эпохой, порождает острую тягу к сверхчувственному, вызывает к жизни новые отношения чувственного и сверхчувственного и не только в религиозных формах.Отождествляя развернувшийся процесс со вспышками сакрального в его новых формах или с коллективной волей к сакральному, автор ставит вопрос о возможном начале становления культуры принципиально иного типа, обязывающей по-новому осмыслить отношения с предшествующими культурами и в соответствии с иными ценностными ориентациями заново прочитать всю историю культуры.Просветительская эстетика, ориентирующаяся в Новое время на выявление мимезиса, адекватно осмыслить эти процессы оказалась неспособной. Эстетика, рождающаяся в границах возникающей культуры нового типа, порывает с позитивизмом, вызывает из небытия символические формы познания, реабилитируя платоновский принцип эйдоса...
Галактика Гутенберга (Ника-Центр) \укр.
..