| Про книгу | |
| Видавництво, місто | вид., м-то |
| Рік видання | 2021 |
| Кількість сторінок | 368 |
| Обкладинка | твердый |
-
3.734грн.
Схожі товари
Философия и социология права
Впервые в одной книге объединяется проблематика двух конкурирующих между собой дисциплин - философии и социологии права. Этому объединению способствует исторический взгляд на развитие юридической науки. В книге излагаются важнейшие учения философов и социологов права. В ясной, понятной форме объясняется смысл философских и социологических исследований вопросов права. Предлагаемая книга рассчитана на студентов, преподавателей, научных работников и всех, кто интересуется философией и социологией права...
Философия в средние века. От истоков патристики до конца XIV века
Известный французский философ Этьен Жильсон был крупнейшим специалистом в области средневековой мысли. Им написаны фундаментальные труды, посвященные ее ведущим представителям. Вместе с тем Жильсон стремился осмыслить ее особенности как целостного духовного феномена. "Философия в средние века" - замечательное исследование и учебное пособие, непревзойденное по своей масштабности, полноте и мастерству изложения сложных проблем. В переводе на русский язык книга публикуется впервые.Для философов, культурологов, преподавателей, аспирантов и студентов, а также всех читателей, интересующихся историей средневековой мысли и европейской философии в целом.Твердый переплет, Увеличенный формат...
Тимур-завоеватель и исламский мир позднего средневековья \След в истории
Читателя этой книги ждут немалые потрясения. Тимур? Это же хрестоматийно: разбой, насилие, груды черепов, средневековая дикость... Стоп-стоп! А если - за державу обидно? Если на твоих глазах рушится славная, могучая империя, созданная величайшим вождем всех времен Чингисханом? Если за пределы империи уплывают не только берега Индийского океана, в котором некогда омыли свои сапоги ее доблестные воины, но даже берега уж совсем бесспорно принадлежащего ей Крыма? Если, наконец, поддавшись неизвестно чьему тлетворному влиянию, подданные империи заразились зловредным плюрализмом и норовят молиться Аллаху каждым на свой лад? Что остается истинному патриоту, истинному борцу за веру? Конечно, только одно: поднять меч справедливости и порядка.Удивительно современным может предстать в глазах внимательного читателя этот средневековый персонаж. Но можно надеяться, что внимательный читатель увидит и другое: заведомую обреченность всех дел обиженного за державу воителя. То, что строится на горах черепов, снесенных ли кривой азиатской саблей, пробитых ли пулей европейского "шмайсера" или широко погулявшего по евразийским просторам нагана, - обречено, каким бы великим оно ни казалось...