![Любовь моя - мелодия \Мой 20 век\](https://academplus.com/image/cache/catalog/8322-500x500.jpg "Любовь моя - мелодия \Мой 20 век\")
В 60–70 годы, на которые пришелся пик популярности Муслима Магомаева к звездам советской эстрады еще не прилагались (по крайней мере, официально) такие эпитеты, как «секс-символ», «идол», «культовый», и им подобные, которые на каждом шагу с легкостью «прилипают» к сегодняшним кумирам. Но сам певец вряд ли сможет пересчитать письма, полученные им от восторженных поклонников, а количество женщин, хранивших у себя фотографии Магомаева вообще не поддается учету.
Всенародная любовь, известность, великолепный голос, отменные внешние данные и… тайна. Сотни тысяч людей жаждали узнать подробности жизни своего божества, а он оставался для них загадкой. Отсюда — бесконечная череда слухов и сплетен, порой далеко не безобидных…
И вот наконец — книга, которая станет открытием для всех «фанатов» Магомаева. Неожиданная, откровенная, местами пародоксальная и… оставляющая пространство для читательских вопросов и фантазий.
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | Вагриус, М. |
| Рік видання | 1999 |
| Кількість сторінок | 320 |
| Обкладинка | тверд |
-
879грн.
Схожі товари
Царская Россия накануне революции
Во второй книге мемуаров французский посол при царском правительстве рассказывает о своем пребывании в России с января 1916 г. до мая 1917 г. В книге уделяется внимание описанию хода военных действий , франко-русским переговорам, рассказывается о царских министрах, об убийстве Распутина и многом другом. ..
Я побит - начну сначала! : Дневники
Ролан Быков (1929–1998) вел дневники с пятнадцати лет и до самого конца жизни. Надо ли говорить, что перед читателем разворачивается история страны, театра и кино, но прежде всего – история уникальной личности, гениального режиссера («Айболит-66», «Чучело», «Телеграмма») и актера («Шинель», «Андрей Рублев», «Проверка на дорогах», «Комиссар», «Служили два товарища», «Письма мертвого человека», «Из жизни отдыхающих», «Мертвый сезон»…). Эта книга поражает своей откровенностью. «Неистовый Ролан», как звали его близкие, вел записи для себя, не думая ни о цензуре, ни о дальнейшей публикации.Перед читателем встает натура страстная, бескомпромиссная – идет ли речь об искусстве или личных отношениях. «Я побит – начну сначала!» – эти слова стали девизом для Ролана Быкова на всю жизнь…Книга иллюстрирована редкими фотографиями из семейного архива..