В настоящей книге, являющейся одной из ключевых работ известного словенского философа и социального теоретика Славоя Жижека, предлагается систематическое изложение лакановской теории политической субъективности.
Представлена критика ключевых подходов к субъективности: субъекта немецкой классической философии, политического субъекта французской постальтюссерианской политической философии и деконструктивистского субъекта.
Прилагая лакановское понятие субъекта к сфере политики, Жижек утверждает, что, поскольку любая символическая структура, включая идеологию, отмечена конститутивной «нехваткой», субъект пытается либо «заполнить», либо скрыть ее в надежде придать социальной жизни прочные основания.
Однако такие попытки неизбежно оказываются тщетными, поскольку сам субъект никогда не бывает полностью конституирован.
Книга представляет интерес не только для философов, политологов, социологов, но и для самой широкой аудитории.
Оглавление
Предисловие к новому изданию. Почему Лакан не хайдеггерианец? 7
Введение. Призрак бродит по западной Академии 23
ЧАСТЬ I. «МИРОВАЯ НОЧЬ» 29
Глава 1. Тупик трансцендентального воображения, или Мартин Хайдеггер как читатель Канта 31
Политическое (не)участие Хайдеггера 34
Почему «Бытие и время» осталось незавершенным? 49
Неприятности с трансцендентальным воображением 57
Переход через безумие 64
Насилие воображения 74
Необычайное / Чудовищное 80
Кант с Дэвидом Линчем 86
Акосмизм Канта 98
Глава 2. Гегельянский щекотливый субъект 107
Что такое «Отрицание отрицания»? 107
Диалектический анаморфоз 115
3,4,5 119
Спекулятивное тождество субстанции и субъекта 130
Гегельянский принудительный выбор 134
«Конкретная всеобщность» 147
«Чем ничего не хотеть...» 154
«Включите меня отсюда!» 161
К материалистической теории благодати 167
ЧАСТЬ II. РАСКОЛОТАЯ ВСЕОБЩНОСТЬ 177
Глава 3. Политика истины, или Ален Бадью как читатель святого Павла 179
Событие-Истина 181
...и его неразрешимость 190
Истина и идеология 197
Святой Павел с Бадью 203
Между двумя смертями 211
Лакановский субъект 219
Господин или аналитик? 226
Глава 4. Превратности политической субъективации 233
Бадью, Балибар, Рансьер 233
Гегемония и ее симптомы 238
Вхождение субъекта 248
Почему правящие идеи — это не идеи тех, кто правит? 251
Политическое и его отрицания 255
(Зло)употребления явления/видимости 263
Постполитика 272
Прогрессивный европоцентизм? 281
Три всеобщности 291
Мультикультурализм 295
За левую приостановку Закона 303
Двусмысленность экскрементальной идентификации 315
Принятие действия 318
ЧАСТЬ III. ОТ ПОДЧИНЕНИЯ К СУБЪЕКТИВНОМУ ОПУСТОШЕНИЮ 329
Глава 5. Страстные (не)привязанности, или Джудит Батлер как читатель Фрейда 331
Почему извращение — это не ниспровержение 331
Идеологическая интерпелляция 345
От сопротивления к действию 349
«Преодоление фантазии» 356
Меланхолическое двойное послание 362
Реальное полового различия 367
Мазохистский обман 377
От желания к влечению... и обратно 392
Глава 6. А что с Эдипом? 416
Три отца 416
Упадок символической действенности 429
Общество риска и его враги 445
Недовольство обществом риска 454
Глупыш, это же политическая экономия! 463
Возвращения в Реальное 481
Пустой Закон 489
От фаллоса к действию 495
По ту сторону добра 508
Фрагмент:
Славой Жижек - Щекотливый субъект - отсутствующий центр политической онтологии - По ту сторону добра
...Это означает, что в каждом подлинном действии содержится нечто по своей сути «террористическое», в его жесте полного переопределения «правил игры», включая саму исходную самоидетничность того, кто его совершает, — политическое действие в собственном смысле слова высвобождает силу негативности, которая разрушает саму основу нашего бытия.
Поэтому, когда левых обвиняют в том, что своими искренними и благими намерениями они закладывают основу для сталинистского или маоистского террора, нужно научиться избегать либеральной ловушки принятия этого обвинения за чистую монету и последующих попыток защититься, не признавая себя виновным («Наш социализм будет демократичным, уважающим права человека, достоинство и счастье; никакой общеобязательной партийной линии не будет...»): нет, либеральная демократия — не наш основной горизонт; как бы это ни резало слух, но ужасный опыт сталинистского политического террора не должен привести к отказу от самого принципа террора — необходимо найти путь к более «правильному террору».
Разве структура подлинного политического действия не обладает по определению структурой принудительного выбора и потому является «террористической»? Когда в 1940 году французское Сопротивление обращалось к людям с призывом войти в его ряды и активно выступить против немецкой оккупации Франции, неявной структурой его призыва было не: «Вы вольны выбирать между нами и немцами», а «Вы должны выбрать нас! Выбирая коллаборационизм, вы отказываетесь от самой своей свободы!» В подлинном выборе свободы я выбираю то, что, как мне известно, я должен сделать...
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | Дело, М. |
| Рік видання | 2014 |
| Кількість сторінок | 582 |
| Обкладинка | тверд |
-
4.727грн.
Схожі товари
Проблемы и суждения: голоса российской политологии. Сборник трудов
Данный сборник посвящен дискуссиям видных российских обществоведов по сложным теоретическим проблемам политического знания, от осмысления которых в огромной мере зависит будущее отечественной политической науки. Эти дискуссии затрагивают все основные отрасли политического знания - политическую философию и социологию, сравнительную политологию, теорию политических институтов и процессов в современной России. Однако в той или иной мере представленные в настоящем сборнике дискуссии фокусируются на нормативном измерении политики. Именно эта проблематика, с точки зрения многих участников дискуссий, является наименее разработанной отечественными политологами и заслуживающей совместных усилий представителей разных социальных наук. В сборнике также отражены рассуждения по методическим вопросам преподавания политологии в России...
Смерть Запада. \Philosophy\2003-2007
`Предвосхищением катастрофы` наполнены многие книги современных западных специалистов, прежде всего Ф.Фукуямы, И.Валлерстайна, С.Хантингтона.Выживет ли Запад? Наступит ли возвещенный Ф.Фукуямой `конец истории` в ее западном варианте? Исчезнет ли феномен, на протяжении столетий формировавший образ человечества? На эти вопросы и пытается ответить в своей книге Патрик Дж.Бьюкенен, советник президентов Никсона и Рейгана, кандидат в президенты от Республиканской партии на выборах 1992-го и 1996 годов.СОДЕРЖАНИЕ:• Смерть Запада: чем вымирание населения и усиление иммиграции угрожают нашей стране и цивилизации• Введение• Глава 1. Исчезающий вид• Европа• Германия. Месть Клемансо• Италия. Парк развлечений• Россия• Великобритания• Япония• Глава 2. "Куда подевались эти дети?"• А. Новая экономика• Б. Конец "семейной ренты"• В. "Популяционная бомба". Истерия• Г. Феминизм• Д. Масс-культура• Е. Коллапс морали и религии• Глава 3. Революционный катехизис• "Рак человечества"• Преступления ненависти• Глава 4. Они совершили революцию• Франкфуртская школа приходит в Америку• Глава 5. Новое великое переселение• "Катастройка"• По ком звонит колокол• Иран и Персидский залив• Европа – живой труп• Окончательное решение проблемы старения• Израиль и Ближний Восток• Возвращение пророка• Израиль как метафора• Глава 6. Новая реконкиста• Кто погубил рейгановскую коалицию?• Американский Квебек?• Что такое нация?• Глава 7. Война против прошлого• Прежняя история• Прощай, Колумб!• Отцы-основатели• Только вчера• Новая история• Глава 8. Дехристианизация Америки• Провокации• Права гомосексуалистов и гражданские права?• Великий эксперимент• Бойскауты становятся фанатиками• Чем же так важна битва бойскаутов?• Глава 9. Запуганное большинство• Две Америки• Глава 10. "Дом, в себе разделенный..."• Ассимиляция• Вопрос суверенитета• Культурная война• Политика• Имперское судоустройство• Омоложение кадров• Открытое сопротивление политкорректности• Противодействие расовой пропаганде• Законы об абортах• Гражданские бойкоты• Инициативы и референдумы• Финансовый голод• Передача полномочий• Цензура• Преподавание истории• Благодарности..........Глава 4. Они совершили революциюКто освободит нас от ярма западной цивилизации?[151].Дьердь Лукач, теоретик-марксистПо-настоящему эффективным тоталитарным государством станет то, в котором всемогущие политические боссы во главе армии менеджеров встанут над рабами, не желающими свободы, поскольку им нравится прислуживать[152].Олдос Хаксли. О дивный новый мир!Начала революции, потрясшей самые основы американской демократии, следует искать не в 1960‑х годах, а скорее в августе 1914 года, когда разразилась Первая Мировая война; по словам Жака Барзуна, “именно этот удар направил наш мир на курс к самоуничтожению”.4 августа 1914 года социал-демократы в немецком рейхстаге, все до единого, проголосовали за выделение военных кредитов правительству, тем самым примкнув к патриотической оргии, возникшей с вторжением армии рейха в Бельгию.. Марксисты были, как говорится, вне себя от радости: столь давно ожидаемая паневропейская война наконец-то началась. “Пролетарии всех стран, соединяйтесь!” – провозгласил Маркс в своем “Коммунистическом манифесте”. Для марксистов война была событием, которое непременно объединит пролетариев всей Европы и заставит их сражаться с буржуазией, а не с коллегами-пролетариями из других государств. Однако этого не случилось. Крупнейшая социалистическая партия Европы в одночасье превратилась в партию войны, а пролетарии взялись за оружие и отправились защищать ненавистную марксистам национальную буржуазию. Как писала Барбара Такман:“Когда объявили призыв, тот самый пролетарий, у которого, по мнению Маркса, не было национальной принадлежности, в один миг отождествил себя не с классом, а со своей страной. Не замедлило выясниться, что он, подобно другим членам общества, принадлежит к “национальной семье”. Вместо того чтобы сражаться с капиталом, он предпочел поднять оружие на своего собрата-иностранца. Причем рабочий класс отправлялся на войну добровольно, даже с нетерпением, как и класс средний, и высшее сословие, и все прочие люди вокруг”[153].Марксистов выставили на посмешище.Да, впереди были все ужасы войны на Западном фронте. Но даже Ипр, Пашендейл и Сомма, где на крохотных клочках земли погибли сотни тысяч английских солдат, не заставили восстать пролетариат страны первой промышленной революции. Точно так же на патриотизм немецкого и французского пролетариата не оказал влияния Верден. Мятеж 1917 года во французских войсках был мгновенно подавлен. Настоящая угроза проявилась лишь к концу войны.После октябрьского переворота в России попытки коммунистических бунтов были предприняты в Будапеште, Мюнхене и Берлине. Немецкие ветераны без труда растоптали Баварскую республику; Розу Люксембург, возглавлявшую восстание “Спартака”, и Карла Либкнехта в Берлине застрелили fгеiкоrрs. В Будапеште режим Белы Куна продержался у власти несколько месяцев. Оказалось, что пролетариат не спешит поддерживать революцию, затеянную от его имени.Троцкий решил, что русская революция должна распространяться по миру на штыках Красной армии. Он вторгся в Польшу, но у Вислы был остановлен польскими патриотами во главе с маршалом Пилсудским. Время показало, что все предсказания марксистов не выдержали поверки реальностью: их время пришло – и ушло. Западные рабочие, тот самый мифический пролетариат, отказались играть написанную для них революционерами роль. В чем же заключалась ошибка Маркса?Двое современных последователей Маркса выдвигают следующую теорию. Да, Маркс ошибался: капитализм отнюдь не ведет к обнищанию пролетариата. Наоборот, рабочий класс становится все более зажиточным, а к революции не примкнул потому, что души людей были отравлены двухтысячелетней проповедью христианства, заслонившей от западного пролетариата его истинные классовые интересы. До тех пор пока в душе человека западного будут “гнездиться” христианство и западная культура (в совокупности представляющие собой иммунную систему капиталистического организма),- до тех пор марксизм на Западе не приживется и революцию неизменно будут предавать те самые рабочие, на благо которых она и совершалась. Если воспользоваться библейскими аналогиями, Марксово слово, это зерно революции, упало на каменистую христианскую почву – и не смогло прорасти. Рассуждая об интересах пролетариата, марксисты поставили не на ту лошадь.Первым из этих последователей Маркса был венгр Дьердь Лукач, агент Коминтерна, автор книги “История и классовое сознание”, которая поставила его в один ряд с Марксом. “Я считал революционное уничтожение общества единственно возможным и верным способом действий, – писал Лукач. – Всемирное изменение человеческих ценностей не могло произойти без уничтожения ценностей прежнего мира и без создания новых, революционных ценностей”[154].Как заместитель народного комиссара по культуре в правительстве Белы Куна Лукач на практике применял свои “демонические” воззрения, и его методы впоследствии получили прозвище “культурный терроризм”.Частично этот “терроризм” заключался во введении в школьную программу радикального курса сексуального воспитания. Детей учили свободной любви и сексуальной вседозволенности, внушали им мысли об отмирании прежних норм поведения и института моногамной семьи как такового, а также о “незаконности” религии, лишающей человека всех чувственных удовольствий. Причем к неповиновению “сексуальным предрассудкам” того времени призывали как мальчиков, так и девочек, как юношей, так и девушек[155].Предложение Лукача о пропаганде “распущенности” среди женщин и детей было направлено на уничтожение семьи – основы западной и христианской культур. Через пятьдесят лет после того, как Лукач бежал из Венгрии, его идеи были с восторгом подхвачены бэби-буммерами эпохи сексуальной революции.* * *Вторым из упоминавшихся выше последователей Маркса был Антонио Грамши, итальянский коммунист, которого в последнее время все чаще и чаще называют Крупнейшим марксистским стратегом двадцатого столетия. После марша Муссолини на Рим в 1922 году Грамши бежал в Россию. Правда, в отличие от “полезных идиотов” и “инфантильных левых” ленинского призыва – например, американского писателя Линкольна Стеффенса, заявлявшего: “Я был в будущем! Все получилось!”, – Грамши не поддался иллюзиям и почти сразу заметил, что большевистский рай на земле никак не строится. Режим большевиков мог добиться повиновения граждан только через террор. И Грамши сделал разумный вывод: значит, ленинизм не смог победить. Русские не то что не приняли новую власть – они ее ненавидели. Земля, вера, семья, иконы и само понятие о “матушке-России” значили для русских куда больше, нежели международная солидарность трудящихся. Новая власть обманывала сама себя. Русские нисколько не изменились после революции. Они подчинялись лишь потому, что неповиновение означало полночный стук в дверь и пулю в спину в подвалах Лубянки. Даже свергнутый царь вызывал у народа больше сочувствия, нежели большевики с их идеями.Грамши предположил, что причиной тому – христианские воззрения, “препятствующие” русским людям усвоить коммунистические идеалы. “Цивилизованный мир почти 2000 лет пребывал под игом христианства, – писал Грамши,- так что режим, основанный на иудео-христианских верованиях, нельзя уничтожить, не искоренив эти верования”[156].Следовательно, если христианство является щитом Запада, то, чтобы покорить Запад, марксисты должны сначала его дехристианизировать.Утративший иллюзии, напуганный Сталиным, который возглавил Россию после смерти Ленина и который не терпел независимых мыслителей, Грамши вернулся в Италию, намереваясь встать во главе ит..
Принятие политических решений: Учебное пособие для вузов. Гриф МО.
Учебное пособие посвящено рассмотрению теоретико-методологических основ принятия политических решений. В работе содержатся современные концептуальные модели и базовые методологические подходы к интерпретации решений в сфере публично-государственной политики. Автор предпринимает попытку проведения реконструкции комплексного механизма и циклического процесса принятия и осуществления государственных решений.Пособие предназначено для студентов старших курсов гуманитарных специальностей и слушателей магистратуры по направлениям, в рамках которых изучают дисциплины политологического и управленческого циклов. Данная работа может также представлять интерес для тех, кто занимается анализом современной теории и практики государственного управления...