Лекции о современной европейской философии были прочитаны Мерабом Константинови-чем Мамардашвили (1930–1990) студентам ВГИКа в 1978–1979 гг. Внутренний сюжет «Очерка современной европейской философии» образует переплетение двух тем: единократное историческое событие рождения современности с ее специфическими возможностями и невозможностями и вечно возобновляющееся, но ничем не гарантированное событие сознания. Мамардашвили разбирает ситуацию становления неклассического мышления, особо останавливаясь на феноменологическом и психоаналитическом проекте. Осуществление акта сознания оказывается началом подлинной исторической жизни.
По сравнению с первой публикацией лекций (М: Прогресс-Традиция; Фонд Мераба Мамардашвили, 2010) в настоящее издание внесены исправления. Беседа М. К. Мамардашвили с У. Тиронсом «Одиночество — моя профессия» и лекция «Вена на заре XX века» публикуются по изданию: Мамардашвили М. «Очерк современной европейской философии», Прогресс-Традиция; Фонд Мераба Мамардашвили, 2010, в котором были представлены исправленные и наиболее полные версии текстов.
- Предисловие редактора к первому изданию книги
- Очерк современной европейской философии
- Лекция 1
- Лекция 2
- Лекция 3
- Лекция 4
- Лекция 5
- Лекция 6
- Лекция 7
- Лекция 8
- Лекция 9
- Лекция 10
- Лекция 11
- Лекция 12
- Лекция 13
- Лекция 14
- Лекция 15
- Лекция 16
- Лекция 17
- Лекция 18
- Лекция 19
- Лекция 20
- Лекция 21
- Лекция 22
- Лекция 23
- Лекция 24
- Лекция 25
- Лекция 26
- Приложение
- Мераб Мамардашвили
Одиночество — моя профессия…
Интервью Улдиса Тиронса - Мераб Мамардашвили
Вена на заре XX века - Виктория Файбышенко
Современность и своевременность
- Мераб Мамардашвили
- Именной указатель
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | Азбука, СПб. |
| Рік видання | 2012 |
| Кількість сторінок | 608 |
| Обкладинка | тверд |
-
1.589грн.
Схожі товари
История справедливости: от плюрализма форумов к современному дуализму совести и права
В книге Паоло Проди производится амбициозная и масштабная реконструкция одного из столпов западной цивилизации: сосуществования различных форм «справедливости», т.е. различия между правовыми и моральными нормами, между преступлением и грехом, которое сделало возможной идею справедливости, основанной на свободах и гарантиях, отличающих цивилизацию Запада. Опираясь на обширную исследовательскую литературу, Проди исследует иудеохристианскую традицию дуализма между божественным правом и человеческим правом и показывает, как по мере развития христианской цивилизации, особенно в современную эпоху, вместе с эволюцией государства менялся баланс между этими двумя «форумами».Оглавление:Человеческая справедливость, божественная справедливость Иерусалим и Афины От синагоги к церкви Первая церковь и Рим Практика покаяния и церковная юрисдикция в первые векаХристианская империя Востока: справедливость государства —справедливость БогаПроисхождение дуализма форума на ЗападеПокаянные книги Абеляр и рождение христианской этики Справедливость церкви Папская революцияРождение канонического права как правового устройстваОпределение покаяния как таинства De poenitentia [«О покаянии»] у Грациана и у декретистовОбязанность ежегодной исповеди рго-prio sacerdoti [«своему священнику»]Первые Summae confessorum [«Суммы исповедников»] Инквизиция и тайный грех Отлучение, «особые грехи» и Апостольская пенетенциарная коллегияUtrumque ius [оба права] на utroque foro [обоих форумах] Плюрализм правовых устройств Естественное право и римское правоПроблема общего праваВсеобщее право и особое правоUtrumque ius на utroque foro [оба права на обоих форумах]Рождение публичного уголовного праваDifferentiae inter ius canonicum et civile [«Различия между каноническим и гражданским правом»]Различия между каноническим правом и теологией: ius fori [право форума] и ius poli [право небес]Закон как проблемаКонфликт между совестью и закономПодъем позитивного праваПонтифик-суверен: законодатель и судьяПравосудие государяНовые нормативные мирыРазрыв между совестью и позитивным правом: Жан ЖерсонМоральная норма между божественным и позитивным правомОбязателен ли позитивный закон для совести?Уголовный закон и моральный законСтрах и исповедь, страх и преступление накануне РеформацииЕвангелистско-реформаторское решениеКонфессионализация и рождение территориальных церквейРадикальное христианство Два царства и три форума: евангелическая церковь между движением и институтомГород, Новый ИерусалимОт канонического права к lus ecclesiasticum protestantium [«Церковному протестантскому праву»]Kirchenordnungen, или церковные ордонансыВнутренний форум и частная исповедьПубличное покаяние и отлучениеГрех и преступление Католическо-тридентское решениеТридентский сбор и современностьТридентский собор и каноническое право Упадок канонического праваФорум покаяния: тридентская исповедь Епископальный форумИсповедь и особые случаи Суды римской курииМежду Regimen reipublicae cnristianae [«Правлением христианского государства»] и непрямой властьюПаоло СарпиНорма: право моралиЮрисдикция совестиНеобходимость моральной теологииТрактаты de iustitia et iure [«о правосудии и праве»]От естественного права к юснатурилизму Протестантская этика Светская этика Гуго Гроций Закон совести против позитивных законов«Случай» ПаскаляКатолическая моральная норма От евангелической нормы к моральному закону КантаНорма: мораль праваСакрализация праваСила и право: всемогущество и суверенностьНаука и всезнание государстваГрех и преступлениеСубъективные права и конституции У истоков уголовного гарантизмаДве стороны нового уголовного права Право и мораль в эпоху кодификаций и кодексов Христианская мораль Грех и преступление в эпоху кодификацийАктуальные размышления: одномерная нормаТолько лишь история Концептуальные кирпичики: моральная норма и юридическая нормаОт плюрализма устройств к современному дуализмуМоральная норма и церкви: диагноз Дитриха БонхеффераКаноническое право, грех и преступлениеЭтика без церкви?Одномерная норма..
Философия свободы. Европа. \2014\ 2-е изд. стереотипное
Со страниц этой книги звучит голос редкой чистоты и достоинства. Вовлекая в моральные рассуждения и исторические экскурсы, философ и историк Исайя Берлин (1909—1997) в своих лучших эссе, составивших первый том его сочинений (второй — «История свободы. Россия») комментирует ХХ столетие, которое называл худшим из известных. Идеи живут в людях; Берлина равно интересовали те и другие. Его способность производить портреты из текстов кажется непревзойденной. Центральной идеей Берлина является равнозначность ценностей, но при этом свобода для него всегда оказывается приоритетной. Человек выбирает между свободой и справедливостью, между равенством и эффективностью, между свободой и принадлежностью… Берлин — моральный учитель и политический мудрец — отдает свободе высшее значение..
Логико-философский трактат \ Психософический трактат
Логико-философский трактат. "Все содержание книги можно свести к следующему: все, что вообще может быть сказано, может быть сказано ясно, а о чем невозможно говорить, о том следует молчать". "Другими словами, говорить следует только то, что не имеет отношения к философии. Тогда если говорится о чем-нибудь метафизическом, то следует сказать, что придать смысл знакам в пропозиции не удалось". "Моя работа состоит из двух частей: первая часть представлена здесь, а вторая - все то, чего я не написал. Самое важное - именно эта вторая часть. Моя книга как бы ограничивает сферу этического изнутри. Я убежден, что это единственный строгий способ ограничения. Короче говоря, я считаю, что многие люди сегодня лишь строят предположения. Мне же в книге почти все удалось поставить на свои места, просто храня молчание об этом".Людвиг ВитгенштейнПсихософический трактат. Автор "Психософического трактата" утверждает, что ответ может быть найден только в том случае, если прежде был правильно сформулирован вопрос. Однако, проблема в том, что в обычной методологической ситуации это требование невыполнимо. Для этого язык должен быть "чистым", "стерильным", "одноразовым", предназначенным только для этого вопроса. Впрочем, если ответ стоит того, то почему бы такой язык для соответствующего вопроса не создать? Трактат является попыткой создания такого языка, и потому каждое его слово может быть понятно лишь исходя из тех словоупотреблений, которыми оно - это слово - определяется в самом трактате. Но какой ответ здесь является предметом поиска? Это станет понятно, опять же, только из самого трактата - таково условие задачи, а другого и быть не может. Кого-то, возможно, все это и смутит... Впрочем, раз уж под этот вопрос и для этого ответа создается полноценный и при этом "одноразовый" язык, то, наверное, этот вопрос и этот ответ чего-то да стоят...