| Про книгу | |
| Видавництво, місто | Эксмо, М. |
| Рік видання | 2005 |
| Кількість сторінок | 1216 |
| Обкладинка | тверд |
-
2.369грн.
Схожі товари
Мастера иллюзий. Как идеи превращают нас в рабов
Книга кандидата исторических наук Ильи Носырева, рассматривающая развитие религии с точки зрения меметики, в которой автор доказывает, что идеи, якобы служащие людям, могут являться своего рода информационными вирусами, а наиболее успешные из них решают собственные задачи даже в ущерб своим человеческим носителям. Этот взгляд позволяет объяснить многие феномены религии, долгие десятилетия являвшиеся загадкой для религиоведов.ПредисловиеЧасть I. Эгоистическая религияГлава 1 Что такое религия?Глава 2 Мемы — «живые» культурные идеиЧасть II. Сатурн, пожирающий своих носителейГлава 3 Самое странное из человеческих сообществГлава 4 Аскет и семьянинЧасть III. Жизнь за веруГлава 5 Религия нового типаГлава 6 Честная церковь, коварная религияГлава 7 Почему религия нетерпимаГлава 8 Запертые без ключа и дверейГлава 9 Как религиям удаётся меняться, не меняясьВместо послесловия: как разбить идоловФрагмент текстаТекст против мысли: почему догма так живучаПоказательно, что тенденцию если не к запрету на новые откровения, то уж точно ких обесцениванию можно обнаружить и за пределами монотеистических религий: так,уже у греков, несмотря на видную роль оракулов, большее значение имели пророческиестихи — chresmologoi, — которые либо заучивали наизусть и передавали из уст в уста,либо записывали в книги. Религия даосов, выросшая из шаманистических верований ипрактик, в период Поздней Хань постепенно отмежевывается от них, а в V веке н.э.начинает откровенно преследовать шаманов, претендующих на общение с духами;отмежевание от шаманских практик совпадает по времени с формированием даосскогоканона — сборника 250 наиболее важных текстов «Дао цзан». Что касается буддизма, то,несмотря на свою кажущуюся открытость для новых текстов и интерпретаций, он вомногим подобен авраамическим религиям: указание Буддой истинного пути спасения, посути, играет ту же роль, что и Откровение, — оно заранее обесценивает любойдальнейший поиск других путей. Если индуистские подвижники могли получатьрелигиозное знание в процессе общения с божествами, то в буддизме последние утратилисвою роль, ведь спасение от них уже не зависит; говорить в сверхъестественном мирестало не с кем и незачем.Закрепощающая мышление догма, призывающая верующего: «не испытывай, аверуй», — антипод философии и аналитического, научного мышления: она ограничиваеткругозор и запирает адепта в узком выдуманном мирке. Но если сравниватьжизнеспособность догматического учения и философии, сравнение окажется не в пользупоследней. Философские школы древней Греции были ориентированы на поиск истиныпутем диалога между различными позициями, на критический подход к собственнойточке зрения. Философские учения постоянно обогащались новыми идеями и выводами— т. е. постоянно мутировали. «Всякий философ по самому существу философии долженбыть еретиком». В отличие от них мемплекс догматического учения не мутирует ипоэтому обнаруживает стойкость во времени; из-за единообразия такого учения его легкорастиражировать, а благодаря глубинным особенностям человеческого восприятия(известно, что в среднестатистической группе человек демонстрирует конформность,готовность принять точку зрения, высказываемую большинством) растиражированнаяинформация выглядит убедительнее. Более того, суживая горизонты мышления, догмасоздает собственную, чрезвычайно узкую логику, действуя в рамках которой невозможнони опровергнуть ее, ни выйти за ее пределы — к новой идее. Это хорошо иллюстрируетсредневековая схоластика, оттачивающая логические приемы внутри замкнутого поляхристианской мифологии. И все же неверно было бы противопоставлять христианскуюсхоластику и античную философию как полностью свободную от догмы — большинствоавторитетных философских школ античности демонстрирует.......................Но если в современных тоталитарных сектах добровольная блокада прямо связана синтересами духовных вождей — сохраняя твердость верующих в навязанных имубеждениях и препятствуя их выходу из общины, она спасает авторитет и кошелеклидера, то в мировых религиях это прежде всего средство сохранения самого учения: чеммощнее граница между общиной и окружающим миром, тем меньше вероятностьпроникновения идей из внешнего мира и размывания собственного вероучения. Вавраамических религиях, где мотив нарушения запрета и воздаяния за это является однимиз центральных, данный механизм прослеживается четче, чем в других вероучениях.Учениями, наиболее успешно справившимися с задачей сохранения в точности своейинформации, совсем не случайно оказались именно те, которые несли «не мир, норазделение» (т. е. монотеистические), сумевшие надежно забаррикадироваться отпосторонней информации. В подавляющем большинстве монотеистических религиозныхсообществ общение с иноверцами не поощрялось или даже полностью запрещалось.У меня нет никаких сомнений, что Ефрем Сирин, утверждавший, что«еретичествующие... не именова человеки, но псы, и волки, и свинии, и антихристы, и сними не подобает ниже купно молитися, ниже купно ясти, да делом тех лукавых несообщимся»1, или пророк Мухаммед, требовавший от имени Аллаха: «О вы, которыеуверовали! Не вступайте в дружбу с врагом Моим и вашим. Вы предлагаете им дружбу,тогда как они отвергают истину, которая явилась вам»2, — прекрасно сознавали, зачемони запрещают своей пастве поддерживать отношения с язычниками и еретиками. Дажето, что ими двигали иные мотивы, чем лидерами современных общин, — ведь онибеспокоились не об утрате своего авторитета и не о денежных интересах, а лишь о том,что «овцы» могут отвратиться от истинной веры, прилепившись к ереси или вернувшись кязычеству, — не меняет намеренного характера этих запретов. Конечно, они действовалив интересах своего вероучения (читай: мемплекса), но это не что иное, как проявление«феномена Эркеля», о котором я говорил в первых главах. Для целей нашей книги былобы гораздо важнее обнаружить бессознательный, в полном смысле слова естественныйотбор тех мемов, которые вели бы к информационной закрытости.Можно ли обнаружить примеры такого отбора? Вне всяких сомнений. Для началанапомним, что еще до того, как отцы церкви сформулировали первые запреты насообщение с язычниками, и ессейские, и раннехристианские общины уходили в пустыню,чтобы избежать греховной жизни, которая, как им казалось, неизбежно опутала бы их,останься они в родных местах, видевшихся им средоточием стяжательства, разврата,жестокости. Точно такой же страх «потерять веру», т. е. допустить искажениепервоначальных религиозных представлений, подталкивал старообрядцев к зачастуюсовершенно спонтанному бегству на окраины России — в дикие северные леса, на Урал, вСибирь. Однако нетерпимость и желание спастись от греха — не единственная мотивацияинформационной замкнутости общин: когда мемплексу удается убедить носителей всвоей сверхценности, заставить много и напряженно размышлять о заложенных в немидеях, носители испытывают потребность в уединении, чтобы не прерывать работу мыслисуетными делами и посторонними разговорами: индийские ашрамы устраивались в горахили непроходимых джунглях, чтобы в тишине и спокойствии можно было изучать текстыи практиковать медитацию, требующую сосредоточения. Наконец, уход от мира мог бытьвызван и.....
Социальная психология пищи
Насколько осмыслен наш выбор продуктов (каков наш базовый уровень культуры питания), влияет ли материальный достаток на этот выбор, имеются ли (и учитываются ли нами) ограничения по состоянию здоровья, иногда существенно меняющие диету, и так далее и так далее. Способны ли мы регулировать количество и качественные характеристики потребляемой пищи и что может подвигнуть нас на это? Как изменяется наше пищевое поведение при изменении нашего психического состояния? Как влияет социум – правила, нормы, пищевые стереотипы, мнения значимых для нас людей – на потребление пищи? Возможно ли использование пищи и процесса еды в коммуникации, или в целях создания определенного имиджа? Все эти вопросы могут рассказать нам не только о том, что мы едим, но и о том, кто мы, какие мы. И все они освещены в этой книге.Данная книга, в первую очередь, может представлять интерес для социальных и клинических психологов, практикующих психологов-консультантов и психотерапевтов, врачей различных специальностей и представителям социальных профессий. Также она будет интересна студентам психологических и медицинских факультетов и людям, стремящимся к самопознанию и саморазвитию, активно идущих по пути личностного роста.Предисловие научного редактораВступительное слово редактора серииПредисловиеВведениеКраткий обзорСоциальная психология пищиМетоды исследования в социальной психологииОбщие модели факторов, которые влияют на выбор пищи и предпочтения в нейПищаОкружающая средаЧеловекКраткий обзор содержания книгиИтоги и выводыВыбор пищиВведениеСенсорное воздействие на выбор пищи: опыт в сопоставлении с врожденными предпочтениямиФизиологические основы выбора пищиБиопсихологический и социопсихологический подходы к выбору пищиПсихологическое воздействие на выбор пищиЗакон соответствия Гернштейна Теория оптимального фуражированияТеория ожидаемой полезностиВзаимосвязь между установками и поведением Измерения и взаимосвязь между установками и поведениемКосвенное воздействие установок на поведениеТеория обоснованного действияТеория запланированного поведенияПрименение теории запланированного поведения к выбору пищиИзмерение поведенияДополнительные переменные в рамках теории запланированного поведенияВыводы и будущее исследований выбора пищиИзменение рациона питанияВведение Взаимосвязь между питанием и состоянием здоровья Сердечно-сосудистые заболеванияОнкологические заболеванияРекомендации по питаниюПонимание основ изменения рациона питанияТеория запланированного поведенияМодель представлений о здоровьеТеория защитной мотивацииСоциально-когнитивная теорияТранстеоретическая модель изменения поведения Целевые и специализированные интервенцииСтимулирование изменения рациона питанияИндивидуальная информация о риске и использование мотива страхаИзменение установокПовышение самоэффективностиИтоги и выводыКонтроль над весом и нарушение питанияВведениеВажность контроля над весомОжирениеСтратегии контроля над весомСоциальная психология и контроль над весомНарушения питанияНервно-психическая анорексияНейрогенная булимияИтоги и выводыСтресс и питаниеВведениеОпределения стресса и последствия для питанияОбщее воздействие стресса на питаниеМодель взаимосвязи между стрессом и питанием, основанная на индивидуальных различияхЛюди, страдающие ожирением, по сравнению с людьми с нормальным весом Сравнительная характеристика людей, ограничивающих себя в едеОсобенности пищевой реакции на стресс людей, склонных и не склонных к эмоциогенному питанию Обобщение результатов исследований модели взаимосвязи между стрессом и питанием, основанной на индивидуальных различиях Воздействие стресса на нарушение питанияБудущие направления для исследования взаимосвязи между стрессом и питанием Воздействие на питание стрессов разной интенсивностиПрирода пищевого поведенияГруппы, подверженные стрессуМеханизмы, связывающие стресс с питаниемИтоги и выводыПища и социальное влияниеВведениеСоциальная фасилитацияЭффект рекламы Потребление пищи как коммуникативный актОбщественное мнениеСамопрезентацияИтоги и выводыЗаключениеСоциальная психология пищиАвтоматические типы воздействия на выбор пищиРасширение рамок социально-психологических моделей выбора пищиЭмоции и выбор пищиФункция и сила установкиПрошлое поведение и привычкаПоэтапные модели изменения поведения применительно к изменению рациона питанияВолевое воздействиеПоддержание новых поведенческих стратегий Итоги и выводы Глоссарий Об авторах Список литературы..
Психология влияния.
“Самая информативная и увлекательная работа, когда – либо написанная о влиянии людей друг на друга” – так характеризует эту книгу Дэвид Майерс, автор знаменитой “Социальной психологии”. Действительно, “Психология влияния - это книга, которую знают все западные психологи. Она уже выдержала в Америке три издания, тираж её превысил миллион экземпляров. Труд Чалдини рекомендуют во всех англоязычных странах в качестве одного из лучших учебных пособий тем, кто изучает социальную психологию, конфликтологию, менеджмент. Эта книга, подкупающая читателя лёгким стилем и эффектной подачей материала, всё-таки является серьёзным трудом, в котором на самом современном научном уровне анализируются механизмы мотивации, усвоения информации и принятия решений. Нет сомнения, что эта книга займёт достойное место в библиотеке не только социального психолога, но и поможет в работе менеджерам, педагогам, политикам, всем, кто убеждает, воздействует, влияет...