Не так давно в социальных науках возрос интерес к объяснению человеческой культуры при помощи дарвиновской теории. Рассмотрев обширный материал — от моды до государственной политики, от распространения религий до поведения человека на экономических рынках, — Алекс Месуди утверждает, что человеческая культура представляет собой эволюционный процесс, который обнаруживает основные дарвиновские механизмы: изменчивость, конкуренцию и наследование. Эта междисциплинарная книга посвящена точному изучению культурных явлений — с помощью теоретических моделей, лабораторных экспериментов, полевых археологических исследований и этнографических методов. Автор показывает, как эти на первый взгляд несочетаемые методы могут дополнить друг друга и принести пользу в различных областях социальных наук и к каким открытиям можно прийти, изучая культуру с эволюционной точки зрения. «Культурная эволюция» предлагает по-новому взглянуть на эволюционную теорию: как на средство объединения различных научных областей и способ глубже понять человеческое поведение.
РЕЦЕНЗИИ
Большую часть моей карьеры я занимался изучением культурной эволюции и горжусь проделанной работой. Но когда кто-то из родителей на школьном собрании или сосед в самолете спрашивает, чем я занимаюсь, то обычно я отвечаю - «эволюционной биологией» или «эволюцией человека». Мне все время кажется, что никто не знает о современных исследованиях в области «Культурной эволюции», поэтому такой ответ приведет к длинным, иногда очень неловким объяснениям. Прекрасная книга Алекса Месуди «Культурная эволюция» должна решить эту проблему.
Роберт Бойд, Школа эволюции человека и социальных изменений, Аризонский университет
Разрозненные группы отступников-эволюционистов из социальных наук более четверти века тихо трудились в темных уголках антропологии, археологии, биологии, психологии и экономики, чтобы выковать полностью дарвинистский подход к культуре. Месуди элегантно объединил эти очень разные, зачастую слишком технические попытки, чтобы зажечь свет и повесить вывеску: междисциплинарная наука о культуре XXI века готова к работе.
Джозеф Генрих, Гарвардский университет
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | вид., м-то |
| Рік видання | 2019 |
| Кількість сторінок | 384 |
| Обкладинка | твердый |
-
1.799грн.
Схожі товари
Микромотивы и макроповедение
Томас Шеллинг рассматривает системы поведения, в которых индивид, реагируя на внешние обстоятельства и приспосабливаясь к ним, оказывается неспособен понять, как его внешне незначительные и даже бессмысленные действия в сочетании с действиями других индивидов порождают непредвиденные результаты и приводят к значительным непреднамеренным последствиям для больших групп. Дополнена специально написанным для настоящего издания предисловием и нобелевской речью автора...
Мир повседневности в языковом сознании русских: Лингвокультурологическое описание
В настоящей монографии предпринята попытка реконструкции и лингвокультурологического описания концептосферы русской повседневности. Анализируя философские и социологические исследования категории "повседневность", автор выявляет ее "константы", то есть такие ее свойства, которые не зависят от этноса и языка, и показывает, как эти свойства преломляются в русском обыденном языковом сознании.Автор предлагает свое понимание широко используемых сегодня в лингвистике терминов и понятий: "наивная" языковая картина мира, значение и смысл, концепт, языковое сознание. Особое внимание уделяется собственно реконструкции и описанию концептов русской повседневности.В исследовании используется нетривиальный материал - ассоциативно-вербальная сеть среднего русского, материализованная в "Русском ассоциативном словаре" и признанная коррелятом обыденного языкового сознания. Приведены различные методики интерпретации этого материала.Монография предназначена для широкого круга лингвистов, культурологов и обществоведов, преподавателей русского языка как иностранного, аспирантов и студентов старших курсов гуманитарных специальностей.ПРЕДИСЛОВИЕРаздел 1.Социально-философская категория "повседневность" и обыденное языковое сознание русских 1.1."Константы" повседневности в современной социологии и философии 1.1.1.Самоочевидность, реальность мира повседневности для обыденного сознания 1.1.2.Интерсубъективность: "другой" ("другие") в повседневном существовании. Категория "социального Я" 1.1.3.Стереотипность, ролевая и сценарная структуризация повседневности 1.1.4.Роль языка в повседневной жизни 1.1.5.Повседневность и история 1.2.Языковое преломление "констант" повседневности 1.2.7.Отражение самоочевидности мира повседневности в русском обыденном языковом сознании 1.2.2.Категории "Я" и "другой" ("другие") в русском обыденном языковом сознании 1.2.3.Русская история в языковом сознании рядового носителя 1.2.4."Наивная" лингвистика и основные функции языка-способностиРаздел 2.Концептосфера русской повседневности: лингвокультурологическое описание 2.1.Категория "повседневность" в обыденном языковом сознании русских 2.2.Два "измерения" концептосферы русской повседневности 2.3.Повседневность и быт 2.3.1.Дом (жилище) 2.3.2.Семья(дом) 2.3.3.Работа, учеба 2.3.4.Отдых, досуг, развлечения 2.4.Социальные роли, маски ("слова -- другие люди") 2.5."Вещный мир" повседневности ("слова-вещи") 2.6.Типичные ситуации русской повседневности ("слова-ситуации")ЗАКЛЮЧЕНИЕБИБЛИОГРАФИЯПРИЛОЖЕНИЯ Приложение 1. Ассоциативные поля ядерных концептов повседневности Приложение 2. Базовые концепты повседневности..
Японские пятистишия \Вступ.ст., пер. и прим. А.Глускиной
Антология японских танка от ранних, народных произведений - до изысканных поздних пятистиший 12-13 вв.главы:- Народная поэзия (из старинных собраний). - Поэзия древней Японии (VII-VIII вв. ). - Средневековая поэзия (IX-XIII вв.)Вступительная статья, перевод с японского и примечания А. Глускиной. Оформление художника В. Максина. М. Художественная литература. 1971г. 269 с. Твердый переплет, Уменьшенный формат......Пока в саду своем ждала, Что ты придешь ко мне, любимый, На пряди черные Распущенных волос Упал холодный белый иней. Вздымается волна из белых облаков, Как в дальнем море, средь небесной вышиныИ вижу я Скрывается, плывя В лесу полночных звезд, ладья луны...