Автор делает акцент на общечеловеческих основах культуры, на факторах, исторически объединяющих Восток и Запад; показывает степень воздействия христианства на современную картину мира и роль традиции в выборе инновационных направлений. Опровергает расширительное толкование конфликта культур, мифы и предрассудки относительно русской культуры и православных ценностей.
Особое внимание уделено базовому характеру культуры для понимания глубинных причин современных общественно-политических процессов и мотиваций людей, корней глобализации и построения корректных сценариев ее будущего; истокам экологического сознания и императивам толерантности и диалога.
Для студентов и преподавателей вузов.
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | ГУ ВШЭ, М. |
| Рік видання | 2005 |
| Кількість сторінок | 373 |
| Обкладинка | тверд |
-
1.589грн.
Схожі товари
Становление мужественности: культурные концепты маскулинности
Что значит "быть мужчиной" в различных культурах земного шара? Автор, профессор антропологии Нью-Йоркского университета, обнаружил, что большинство культур имеют сходные представления о "настоящей мужественности"; у мужчин, во всем остальном имеющих малого общего, существуют аналогичные концепции маскулинности и одинаковые заботы и тревоги. Обширная феминистская литература за последнее десятилетие значительно продвинула вперед наше понимание женских социальных и психологических ролей, но совершенно не затронула культы и коды мужественности. Данная книга, представляющая собой интересное ретроспективное кросс-культурное исследование маскулинности, отчасти восполняет этот пробел...
Культурная эволюция. Как теория Дарвина может пролить свет на человеческую культуру и объединить социальные науки
Не так давно в социальных науках возрос интерес к объяснению человеческой культуры при помощи дарвиновской теории. Рассмотрев обширный материал — от моды до государственной политики, от распространения религий до поведения человека на экономических рынках, — Алекс Месуди утверждает, что человеческая культура представляет собой эволюционный процесс, который обнаруживает основные дарвиновские механизмы: изменчивость, конкуренцию и наследование. Эта междисциплинарная книга посвящена точному изучению культурных явлений — с помощью теоретических моделей, лабораторных экспериментов, полевых археологических исследований и этнографических методов. Автор показывает, как эти на первый взгляд несочетаемые методы могут дополнить друг друга и принести пользу в различных областях социальных наук и к каким открытиям можно прийти, изучая культуру с эволюционной точки зрения. «Культурная эволюция» предлагает по-новому взглянуть на эволюционную теорию: как на средство объединения различных научных областей и способ глубже понять человеческое поведение.РЕЦЕНЗИИБольшую часть моей карьеры я занимался изучением культурной эволюции и горжусь проделанной работой. Но когда кто-то из родителей на школьном собрании или сосед в самолете спрашивает, чем я занимаюсь, то обычно я отвечаю - «эволюционной биологией» или «эволюцией человека». Мне все время кажется, что никто не знает о современных исследованиях в области «Культурной эволюции», поэтому такой ответ приведет к длинным, иногда очень неловким объяснениям. Прекрасная книга Алекса Месуди «Культурная эволюция» должна решить эту проблему.Роберт Бойд, Школа эволюции человека и социальных изменений, Аризонский университетРазрозненные группы отступников-эволюционистов из социальных наук более четверти века тихо трудились в темных уголках антропологии, археологии, биологии, психологии и экономики, чтобы выковать полностью дарвинистский подход к культуре. Месуди элегантно объединил эти очень разные, зачастую слишком технические попытки, чтобы зажечь свет и повесить вывеску: междисциплинарная наука о культуре XXI века готова к работе.Джозеф Генрих, Гарвардский университет..
Исповедь книгочея, который учил букве, а укреплял дух
"Это сочинение - не научное, хотя и ученое; не художественное, хотя и живописное. Я призвал свою "живописную ученость" преодолеть, говоря стихом Максимилиана Волошина, "двойной соблазн: любви и любопытства". Если теперь кто-нибудь из читателей, захваченный метафорой идеи, возлюбит чужую, тысячелетней давности, книжную мысль, как живую и свою, или возлюбопытствует, что же там, за прихотливым иносказанием, - неужели и вправду прямой и здравый смысл, то, значит, дело сделалось: образ заговорил, а слово воплотилось". - Вадим Рабинович...