Книга "Человеческое, слишком человеческое", вышедшая в 1878 г., ознаменовала переломный момент творчества Ф.Ницше. Она написана в момент краха романтических идеалов: его перестают волновать эпоха Античности и героические мотивы, он отказывается от надежды "облагородить когда-либо человечество" и подвергает ревизии творчество прежних своих кумиров - Р.Вагнера и А.Шопенгауэра как "недостаточно свободных мыслителей". Сам Ницше характеризует этот период так: "Независимость. Время пустыни. Критика всего почитаемого (идеализация непочитаемого). Попытка перевернутых оценок...". Ницше с нетерпением принимается осваивать "реальности" - то, что теперь представляется ему по-настоящему важным, - "полезные" науки: естествознание, медицину, физиологию. Размышления о человеке и человеческом с позиций этого нового для Ницше знания и составляют содержание предлагаемой работы, за что, вероятно, ее часто называют "позитивистской". Недаром в вагнеровских кругах книга произвела эффект разорвавшейся бомбы и усугубила мировоззренческий и личностный конфликт между Ницше и Вагнером.
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | Академ.проект, М. |
| Рік видання | 2007 |
| Кількість сторінок | 328 |
| Обкладинка | тверд |
-
1.582грн.
Схожі товари
Мастера иллюзий. Как идеи превращают нас в рабов
Книга кандидата исторических наук Ильи Носырева, рассматривающая развитие религии с точки зрения меметики, в которой автор доказывает, что идеи, якобы служащие людям, могут являться своего рода информационными вирусами, а наиболее успешные из них решают собственные задачи даже в ущерб своим человеческим носителям. Этот взгляд позволяет объяснить многие феномены религии, долгие десятилетия являвшиеся загадкой для религиоведов.ПредисловиеЧасть I. Эгоистическая религияГлава 1 Что такое религия?Глава 2 Мемы — «живые» культурные идеиЧасть II. Сатурн, пожирающий своих носителейГлава 3 Самое странное из человеческих сообществГлава 4 Аскет и семьянинЧасть III. Жизнь за веруГлава 5 Религия нового типаГлава 6 Честная церковь, коварная религияГлава 7 Почему религия нетерпимаГлава 8 Запертые без ключа и дверейГлава 9 Как религиям удаётся меняться, не меняясьВместо послесловия: как разбить идоловФрагмент текстаТекст против мысли: почему догма так живучаПоказательно, что тенденцию если не к запрету на новые откровения, то уж точно ких обесцениванию можно обнаружить и за пределами монотеистических религий: так,уже у греков, несмотря на видную роль оракулов, большее значение имели пророческиестихи — chresmologoi, — которые либо заучивали наизусть и передавали из уст в уста,либо записывали в книги. Религия даосов, выросшая из шаманистических верований ипрактик, в период Поздней Хань постепенно отмежевывается от них, а в V веке н.э.начинает откровенно преследовать шаманов, претендующих на общение с духами;отмежевание от шаманских практик совпадает по времени с формированием даосскогоканона — сборника 250 наиболее важных текстов «Дао цзан». Что касается буддизма, то,несмотря на свою кажущуюся открытость для новых текстов и интерпретаций, он вомногим подобен авраамическим религиям: указание Буддой истинного пути спасения, посути, играет ту же роль, что и Откровение, — оно заранее обесценивает любойдальнейший поиск других путей. Если индуистские подвижники могли получатьрелигиозное знание в процессе общения с божествами, то в буддизме последние утратилисвою роль, ведь спасение от них уже не зависит; говорить в сверхъестественном мирестало не с кем и незачем.Закрепощающая мышление догма, призывающая верующего: «не испытывай, аверуй», — антипод философии и аналитического, научного мышления: она ограничиваеткругозор и запирает адепта в узком выдуманном мирке. Но если сравниватьжизнеспособность догматического учения и философии, сравнение окажется не в пользупоследней. Философские школы древней Греции были ориентированы на поиск истиныпутем диалога между различными позициями, на критический подход к собственнойточке зрения. Философские учения постоянно обогащались новыми идеями и выводами— т. е. постоянно мутировали. «Всякий философ по самому существу философии долженбыть еретиком». В отличие от них мемплекс догматического учения не мутирует ипоэтому обнаруживает стойкость во времени; из-за единообразия такого учения его легкорастиражировать, а благодаря глубинным особенностям человеческого восприятия(известно, что в среднестатистической группе человек демонстрирует конформность,готовность принять точку зрения, высказываемую большинством) растиражированнаяинформация выглядит убедительнее. Более того, суживая горизонты мышления, догмасоздает собственную, чрезвычайно узкую логику, действуя в рамках которой невозможнони опровергнуть ее, ни выйти за ее пределы — к новой идее. Это хорошо иллюстрируетсредневековая схоластика, оттачивающая логические приемы внутри замкнутого поляхристианской мифологии. И все же неверно было бы противопоставлять христианскуюсхоластику и античную философию как полностью свободную от догмы — большинствоавторитетных философских школ античности демонстрирует.......................Но если в современных тоталитарных сектах добровольная блокада прямо связана синтересами духовных вождей — сохраняя твердость верующих в навязанных имубеждениях и препятствуя их выходу из общины, она спасает авторитет и кошелеклидера, то в мировых религиях это прежде всего средство сохранения самого учения: чеммощнее граница между общиной и окружающим миром, тем меньше вероятностьпроникновения идей из внешнего мира и размывания собственного вероучения. Вавраамических религиях, где мотив нарушения запрета и воздаяния за это является однимиз центральных, данный механизм прослеживается четче, чем в других вероучениях.Учениями, наиболее успешно справившимися с задачей сохранения в точности своейинформации, совсем не случайно оказались именно те, которые несли «не мир, норазделение» (т. е. монотеистические), сумевшие надежно забаррикадироваться отпосторонней информации. В подавляющем большинстве монотеистических религиозныхсообществ общение с иноверцами не поощрялось или даже полностью запрещалось.У меня нет никаких сомнений, что Ефрем Сирин, утверждавший, что«еретичествующие... не именова человеки, но псы, и волки, и свинии, и антихристы, и сними не подобает ниже купно молитися, ниже купно ясти, да делом тех лукавых несообщимся»1, или пророк Мухаммед, требовавший от имени Аллаха: «О вы, которыеуверовали! Не вступайте в дружбу с врагом Моим и вашим. Вы предлагаете им дружбу,тогда как они отвергают истину, которая явилась вам»2, — прекрасно сознавали, зачемони запрещают своей пастве поддерживать отношения с язычниками и еретиками. Дажето, что ими двигали иные мотивы, чем лидерами современных общин, — ведь онибеспокоились не об утрате своего авторитета и не о денежных интересах, а лишь о том,что «овцы» могут отвратиться от истинной веры, прилепившись к ереси или вернувшись кязычеству, — не меняет намеренного характера этих запретов. Конечно, они действовалив интересах своего вероучения (читай: мемплекса), но это не что иное, как проявление«феномена Эркеля», о котором я говорил в первых главах. Для целей нашей книги былобы гораздо важнее обнаружить бессознательный, в полном смысле слова естественныйотбор тех мемов, которые вели бы к информационной закрытости.Можно ли обнаружить примеры такого отбора? Вне всяких сомнений. Для началанапомним, что еще до того, как отцы церкви сформулировали первые запреты насообщение с язычниками, и ессейские, и раннехристианские общины уходили в пустыню,чтобы избежать греховной жизни, которая, как им казалось, неизбежно опутала бы их,останься они в родных местах, видевшихся им средоточием стяжательства, разврата,жестокости. Точно такой же страх «потерять веру», т. е. допустить искажениепервоначальных религиозных представлений, подталкивал старообрядцев к зачастуюсовершенно спонтанному бегству на окраины России — в дикие северные леса, на Урал, вСибирь. Однако нетерпимость и желание спастись от греха — не единственная мотивацияинформационной замкнутости общин: когда мемплексу удается убедить носителей всвоей сверхценности, заставить много и напряженно размышлять о заложенных в немидеях, носители испытывают потребность в уединении, чтобы не прерывать работу мыслисуетными делами и посторонними разговорами: индийские ашрамы устраивались в горахили непроходимых джунглях, чтобы в тишине и спокойствии можно было изучать текстыи практиковать медитацию, требующую сосредоточения. Наконец, уход от мира мог бытьвызван и.....
Пост) феноменология: новая феноменология во Франции и за ее пределами \постфеноменология
Феноменология – одно из самых влиятельных философских направлений ХХ века, сформировавшееся в трудах Гуссерля и Хайдеггера. Психотерапия и деконструкция, экзистециализм и теория искусства, философия науки и религиозная мысль в той или иной степени испытали ее влияние. Одной из самых ярких и масштабных форм феноменологии за пределами Германии стала французская феноменология. В настоящем издании представлены переводы важных работ, написанных ведущими французскими, бельгийскими, швейцарскими феноменологами (Э. Левинас, М.Анри, Ж.-Л. Марион, М. Мерло-Понти, М. Ришир, Р. Бернет, А. Мальдине и Ж. Бенуа), а также комментарии к ним. Составители назвали этот сборник «(Пост) феноменология», чтобы подчеркнуть, что речь идет не о преодолении феноменологии, которая всегда существует, выходя за свои собственные границы, превосходя самое себя, а, скорее, - о раскрытии новых горизонтов для феноменологических исследований...
![О началах. \2007\с дополнениями\АБ\](https://academplus.com/image/cache/catalog/21766-180x280.jpg "О началах. \2007\с дополнениями\АБ\")
О началах. \2007\с дополнениями\АБ\
Среди выдающихся подвижников и ученых ранних веков христианства александрийскому философу и филологу Оригену (185-253) по праву принадлежит одно из первых мест. Несмотря на то что он порой сильно отклонялся от церковного предания, его поистине можно назвать основателем христианского богословия и библейской филологии в целом. Во взглядах Оригена действительно было много спорного. Так, он признавал предсуществование душ и реинкарнацию; утверждал, что спасение уготовано всем, в том числе отпавшим духам; проповедовал борьбу со страстями и аскетизм. Его враги даже пустили слух, что в юности он подверг себя оскоплению. В результате уже при Юстиниане, в 543 году, его учение было осуждено как еретическое, а сам он предан анафеме. Сборник впервые включает шестую книгу "Толкований к Евангелию от Иоанна", ранее на русский язык не переводившаяся.СОДЕРЖАНИЕР. Светлов. Трудолюбивый ОригенО НАЧАЛАХПредисловие пресвитера Руфина к книгампресвитера Оригена "О началах"КНИГА ПЕРВАЯГлава первая. О БогеГлава вторая. О ХристеГлава третья. О Святом ДухеГлава четвертая. Об умалении, или паденииГлава пятая. О разумных существахГлава шестая. О конце, или совершенииГлава седьмая. О бестелесных и телесныхсуществахГлава восьмая. Об ангелахКНИГА ВТОРАЯГлава перваяГлава вторая. О непрерывном существованиителесной природыГлава третья. О начале мира и причинах егоГлава четвертая. О том, что один Бог закона ипророков и Отец Господа Иисуса ХристаГлава пятая. О праведном и благомГлава шестая. О воплощении ХристаГлава седьмая. О Святом ДухеГлава восьмая. О душеГлава девятая. О мире и о движениях разумныхтварей, как добрых, так и злых, и о падениях ихГлава десятая. О воскресении и суде, об адскомогне и наказанияхГлава одиннадцатая. Об обетованияхКНИГА ТРЕТЬЯПредисловие РуфинаГлава первая. О свободе воли. Разрешение иобъяснение изречений Писания, по-видимому,отвергающих ееГлава вторая. О противных силахГлава третья. О троякой мудростиГлава четвертая. О человеческих искушенияхГлава пятая. О том, что мир начался во времениГлава шестая. О совершении мираКНИГА ЧЕТВЕРТАЯО Боговдохновенности Священного Писания и отом, как должно читать и понимать его, каковапричина неясности, а также невозможного илибессмысленного по букве в некоторых местахПисанияО том, что многие уклонились в ереси, не разумеяПисания духовно и худо понимая (его)Краткое повторение сказанного выше об Отце, иСыне, и Святом Духе, и о прочемТОЛКОВАНИЯ К ЕВАНГЕЛИЮ ОТ ИОАННА шестая книга..