В учебном пособии рассматривается мифология как ярчайшее явление мировой культуры, специфика мифологического мышления, особенности восприятия пространства, времени и цвета, запечатленные в архаических мифах, семантическая эволюция первобытной культуры, а также функции мифа в культурно-исторической жизни общества.
Дается анализ основных теорий мифа, особое внимание уделяется философско-теоретическим и антропологическим подходам, сформировавшимся в XX столетии. В последнем разделе издания представлены тексты основных мифов о сотворении мира.
Учебное пособие предназначено для студентов, соискателей, аспирантов и преподавателей вузов гуманитарного профиля.
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | Ин-т Общегум. Исследований, М. |
| Рік видання | 2002 |
| Кількість сторінок | 384 |
| Обкладинка | тверд |
-
1.199грн.
Схожі товари
Мир повседневности в языковом сознании русских: Лингвокультурологическое описание
В настоящей монографии предпринята попытка реконструкции и лингвокультурологического описания концептосферы русской повседневности. Анализируя философские и социологические исследования категории "повседневность", автор выявляет ее "константы", то есть такие ее свойства, которые не зависят от этноса и языка, и показывает, как эти свойства преломляются в русском обыденном языковом сознании.Автор предлагает свое понимание широко используемых сегодня в лингвистике терминов и понятий: "наивная" языковая картина мира, значение и смысл, концепт, языковое сознание. Особое внимание уделяется собственно реконструкции и описанию концептов русской повседневности.В исследовании используется нетривиальный материал - ассоциативно-вербальная сеть среднего русского, материализованная в "Русском ассоциативном словаре" и признанная коррелятом обыденного языкового сознания. Приведены различные методики интерпретации этого материала.Монография предназначена для широкого круга лингвистов, культурологов и обществоведов, преподавателей русского языка как иностранного, аспирантов и студентов старших курсов гуманитарных специальностей.ПРЕДИСЛОВИЕРаздел 1.Социально-философская категория "повседневность" и обыденное языковое сознание русских 1.1."Константы" повседневности в современной социологии и философии 1.1.1.Самоочевидность, реальность мира повседневности для обыденного сознания 1.1.2.Интерсубъективность: "другой" ("другие") в повседневном существовании. Категория "социального Я" 1.1.3.Стереотипность, ролевая и сценарная структуризация повседневности 1.1.4.Роль языка в повседневной жизни 1.1.5.Повседневность и история 1.2.Языковое преломление "констант" повседневности 1.2.7.Отражение самоочевидности мира повседневности в русском обыденном языковом сознании 1.2.2.Категории "Я" и "другой" ("другие") в русском обыденном языковом сознании 1.2.3.Русская история в языковом сознании рядового носителя 1.2.4."Наивная" лингвистика и основные функции языка-способностиРаздел 2.Концептосфера русской повседневности: лингвокультурологическое описание 2.1.Категория "повседневность" в обыденном языковом сознании русских 2.2.Два "измерения" концептосферы русской повседневности 2.3.Повседневность и быт 2.3.1.Дом (жилище) 2.3.2.Семья(дом) 2.3.3.Работа, учеба 2.3.4.Отдых, досуг, развлечения 2.4.Социальные роли, маски ("слова -- другие люди") 2.5."Вещный мир" повседневности ("слова-вещи") 2.6.Типичные ситуации русской повседневности ("слова-ситуации")ЗАКЛЮЧЕНИЕБИБЛИОГРАФИЯПРИЛОЖЕНИЯ Приложение 1. Ассоциативные поля ядерных концептов повседневности Приложение 2. Базовые концепты повседневности..
Человек в культуре Древнего Ближнего Востока. \Серия: По следам исчезнувших культур Востока
В результате скрупулезного анализа памятников древнейших культур Древнего Египта, Шумера, Вавилонии и др. автор воссоздает внутренний мир, мировоззрение древнего человека, важнейшие аспекты личности, рассматривает предмет и источники культуры древнего Ближнего Востока, широкий диапазон воззрения древнего человека на мир природы, людей, богов и т.д.М. Наука 1986г. 208 с., илл+фото-вклейки, мягкий переплет, обычный формат Фотографии на вклейках..
Энциклопедический словарь культуры XX века \Руднев
Вадим Петрович Руднев (р. 1958) — известный российский культуролог, семиотик и специалист в области психоанализа. Эта книга представляет собой уникальный словарь-гипертекст, предлагающий взгляд на историю культуры XX века как на единый синхронический срез. В ней содержится более 180 статей, посвященных понятиям и текстам, игравшим важнейшую роль в исследованиях и интеллектуальных дискуссиях ушедшего века. Перед нами как бы словарь языка интеллектуала, но адресованный широкой читательской аудитории — от студентов гуманитарных вузов до научных сотрудников. При этом большая часть включенных в словарь понятий продолжает широко использоваться как в науке, так и в масс-медиа. Автор доступно и в то же время глубоко истолковывает «деконструкцию» и «постмодернизм», «карнавализацию» и «семиосферу», «эдипов комплекс» и «экзистенциализм». Помимо этого, словарь содержит анализ ключевых, с точки зрения автора, художественных произведений XX века («Волга-Волга», «Мастер и Маргарита», «Доктор Фаустус» и др.), а также статьи, посвященные культовым фигурам в развитии гуманитарных дисциплин (З. Фрейд, Л. Витгенштейн, Ю. Лотман и др.).Несколько статей:АВТОКОММУНИКАЦИЯ (ср. индивидуальный язык) - понятие, подробнопроанализированное в рамках семиотической культурологии Ю. М.Лотмана. При обычной коммуникации общение происходит в канале Я- Другой. При А. оно происходит в канале Я - Я. Здесь наспрежде всего интересует случай, когда передача информации от Як Я не сопровождается разрывом во времени (то есть этоне узелок завязанный на память) Сообщение самому себе ужеизвестной информации имеет место во всех случаях, когда рангкоммуникации, так сказать, повышается. Например, молодой поэтчитает свое стихотворение напечатанным в журнале. Текстостается тем же , но, будучи переведен в другую системуграфических знаков, обладающую более высокой степеньюавторитетности в данной культуре, сообщение получаетдополнительную значимость. В системе Я - Я носитель информации остается тем же, асообщение в процессе коммуникации приобретает новыйсмысл. В канале Я - Я происходит качественнаятрансформация информации, которая в результате может привести ктрансформации сознания самого Я. Передавая информацию сам себе,адресат внутренне перестраивает свою сущность, посколькусущность личности можно трактовать как индивидуальный наборзначимых кодов для коммуникации, а этот набор в процессе А.меняется. Ср. приводимый Ю.М. Лотманом пример из "ЕвгенияОнегина": И что ж? Глаза его читали, Но мысли были далеко; Мечты, желания, печали Теснились в душу глубоко. Он меж печатными строками Читал духовными глазами Другие строки. В них-то он Был совершенно углублен. Одним из главных признаков А., по Лотману, являетсяредукция слов языка, их тенденция к превращению в знакислов. Пример А. такого типа - объяснение в любви междуКонстантином Левиным и Кити (которых в данном случае можнорассматривать почти как одно сознание) в "Анне Карениной" Л.Н.Толстого: "- Вот, - сказал он и написал начальные буквы: к, в, м, о:э, и, м, б, з, л, э, н, и, т? Буквы эти значили: "когда вы мнеответили: этого не может быть, значило ли это, что никогда илитогда?" [...] - Я поняла, - сказала она, покраснев. - Какое это слово? - сказал он, указывая на н, которымозначалось слово никогда. - Это слово значит никогда [...]". В. А., как пишет Ю. М. Лотман, "речь идет о возрастанииинформации, ее трансформации, переформулировке. Причем вводятсяне новые сообщения, а новые коды, а принимающий и передающийсовмещаются в одном лице. В процессе такой автокоммуникациипроисходит переформирование самой личности, с чем связан весьмаширокий круг культурных функций - от необходимого человеку вопределенного типа культурах ощущения своего отдельного бытиядо самопознания и аутопсихотерапии" (см. изменеиныесостояния сознания). Как компромисс между коммуникацией и А., между смыслом иритмом Ю. М. Лотман рассматривает двухканальныйпоэтический язык, который на содержательный код накладывает кодритмический, носящий автокоммуникативный характер (см. такжесистема стиха). Лит.: Лотман Ю.М. Автокоммуникация: "Я" и "Другой" как адресаты Лотмам Ю.М. Внутри мыслящих миров: Человек. Текст.Семиосфера. История. - М., 1996.АКМЕИЗМ (древнегр. akme - высшая степень расцвета, зрелости) -направление русского модернизма, сформировавшееся в1910-е гг. и в своих поэтических установках отталкивающееся отсвоего учителя, русского символизма. Акмеисты, входившие вобъединение "Цех поэтов" (Анна Ахматова, Николай Гумилев, ОсипМандельштам, Михаил Кузмин, Сергей Городецкий), были"преодолевшими символизм", как их назвал в одноименной статьекритик и филолог, будущий академик В. М. Жирмунский. Заоблачнойдвумирности символистов А. противопоставил мир простыхобыденных чувств и бытовых душевных проявлений. Поэтомуакмеисты еще называли себя "адамистами", представляя себяпервочеловеком Адамом, "голым человеком на голой земле".Ахматова писала: Мне ни к чему одические рати И прелесть элегических затей. По мне, в стихах все быть должно некстати, Не так, как у людей. Когда б вы знали, из какого сора Растут стихи, не ведая стыда, Как желтый одуванчик у забора, Как лопухи и лебеда. Но простота А. с самого начала была не той здоровойсангвинической простотой, которая бывает у деревенских людей.Это была изысканная и безусловно аутистическая (см.аутистическое сознание, характерология) простотавнешнего покрова стиха, за которым крылись глубины напряженныхкультурных поисков. Вновь Ахматова; Так беспомощно грудь холодела, Но шаги мои были легки Я на правую руку надела Перчатку с левой руки Ошибочный жест, "ошибочное действие", если воспользоватьсяпсихоаналитической терминологией Фрейда из его книги"Психопатология обыденной жизни", которая тогда была уже изданав России, передает сильнейшее внутреннее переживание. Можноусловно сказать, что вся ранняя поэзия Ахматовой - это"психопатология обыденной жизни": Я сошла с ума, о мальчик странный, В среду, в три часа! Уколола палец безымянный Мне звенящая оса. Я ее нечаянно прижала, И, казалось, умерла она, Но конец отравленного жала Был острей веретена. Спасение от привычно несчастной любви в одном -творчестве. Пожалуй, лучшие стихи А. - это стихи о стихах, чтоисследователь А. Роман Тименчик назвал автометаописанием:МУЗА Когда я ночью жду ее прихода, Жизнь, кажется, висит на волоске. Что почести, что юность, что свобода Пред милой гостьей с дудочкой в руке. И вот вошла. Откинув покрывало, Внимательно взглянула на меня. Ей говорю: "Ты ль Данту диктовала Страницы Ада?" Отвечает: "Я". Первоначально сдержанной, "кларичной" (то естьпрокламирующей ясность) поэтике А. был верен и великий русскийпоэт ХХ в. Мандельштам. Уже первое стихотворение егознаменитого "Камня" говорит об этом: Звук осторожный и глухой Плода, сорвавшегося с древа, Среди немолчного напева Глубокой тишины лесной... Лаконизм этого стихотворения заставляет исследователейвспомнить поэтику японских хокку (трехстиший), принадлежащуюдзенской традиции (см. дзэнское мышление),- внешняябесцветность, за которой кроется напряженное внутреннеепереживание: На голой ветке Ворон сидит одиноко... Осенний вечер! &nb..