В предлагаемой книге впервые в отечественной научной литературе всесторонне анализируются дошедшие до нас на разных языках письменные свидетельства (в том числе и только что открытые в оазисе Дахла в Верхнем Египте) о манихействе, вышедшие из-под пера как самих носителей этой религии, так и их оппонентов. На основании этого анализа предпринимается попытка воссоздать религиозную систему и практику манихеев, которым удалось распространить свое учение по всей тогдашней ойкумене (до Атлантического океана на Западе и до Китая на Востоке) и долгое время соперничать с такими мировыми религиями, как христианство и буддизм. В приложении даются переводы (с греческого, коптского, латинского, сирийского языков) всех важнейших текстов по рассматриваемой проблеме.
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | СпбГУ изд-во, СПб. |
| Рік видання | 2007 |
| Кількість сторінок | 466 |
| Обкладинка | тверд |
-
4.423грн.
Схожі товари
Каменный век был иным… \много цвет.иллюстр.\ТДЦ
Повсюду на нашей планете мы встречаем величественные мегалитические сооружения - следы давно исчезнувших культур. Возникает впечатление, что все они были созданы по единому плану. И всюду, будь то Мексика или Колумбия, Испания или юг Индии, безвестные астрономы каменного века воздвигали гигантские хронометры, отмеряющие вечность.Кем же были эти мыслители, эти посвященные, сумевшие оказать поистине громадное влияние как на свою эпоху, так и на столь отдаленное будущее? Что ими двигало, побуждая возводить такие колоссы?Эрих фон Дэникен в своей сенсационной книге утверждает: каменный век был совсем иным, чем принято считать, ссылаясь на традиционные научные представления о развитии нашей цивилизации...
Избранное: Величие и нищета метафизики.
Жак Маритен (1882-1973), крупнейший религиозный философ современности, основоположник, наряду с Э. Жильсоном, неотомизма, сосредоточен не столько на истории мысли, сколько на продвижении томистской доктрины в собственно метафизической области. Образцы такого рода труда, возвращающего нас в сферу «вечной философии», представлены в настоящем томе. В противовес многим философским знаменитостям XX в., Маритен не стремится прибегать к эффектному языку неологизмов: напротив, он пользуется неувядающим богатством классических категорий. Общая установка его — сберегающая, исходящая из конфессионального взгляда на мир как на разумный в своем прообразе космос, чем сближается с интуицией русской религиозной философии. В том вошли также работы по теории искусства и проблемам художественного творчества, рожденные как отклик на сюрреалистические эксперименты, поставившие перед мыслителем задачу возвратить искусствоведческую мысль к твердым основаниям метафизики Платона, Аристотеля. Фомы Аквинского и соотнести с ней современную ситуацию а художественном творчестве...