| Про книгу | |
| Видавництво, місто | вид., м-то |
| Рік видання | 2020 |
| Кількість сторінок | 2тт |
| Обкладинка | твердый |
-
7.902грн.
Схожі товари
Принцип знака в системе языка
Монография посвящена категориально-иерархическому и универсально-типологическому обоснованию принципа знака в свете сущностных свойств языка. На материале генетически и типологически различных языков путем анализа разнообразных словарных и текстовых данных исследуется внешняя форма основных семиологических классов слов: их морфемное строение, морфемно-слоговая, суперсегментная и сегментная организация. Впервые определены универсальные и типологические закономерности фонемной структуры слова как значащей единицы, связанной иерархическими отношениями с предложением и морфемой. Раскрыта грамматическая мотивированность звуковой формы языка и его значащих единиц. Изучив основные типы словесных знаков: семиологические классы слов, включая базовые части речи (имена существительные и глаголы/предикативы), словообразовательные макропарадигмы (непроизводные слова и дериваты разных ступеней мотивированности), лексико-семантические категории (полисемии, синонимии, антонимии), автор доказывает, что согласованность между означающим и означаемым как принцип знака заложена в категориально-иерархической организации обоих планов языка - как плана содержания, так и плана выражения. Будучи языковой универсалией, категориально-иерархическая организация словесного знака в языках различных типов принимает разные формы в зависимости от способа грамматической категоризации и глубины иерархического членения языкового целого, обнаруживая таким образом системную мотивированность знака. Типологическая неоднородность языка способствует реализации принципа знака. Книга рассчитана на широкий круг специалистов, изучающих язык как знаковую систему...
Человек экономический. Эссе о происхождении неолиберализма
Неолиберализм шагает по миру триумфальным маршем и представляется нам единственно возможной нормой существования человека и материальных благ. Тем не менее он является всего лишь вершиной айсберга всеобъемлющей антропологической концепции, выработанной на Западе в течение многих веков. Эта концепция предполагает, что социальный мир управляется предпочтениями, которые каждый человек согласует только с самим собой, со своим личным интересом, побуждающим его поддерживать отношения с другими людьми. Представление о человеке как о «счетной машине» выходит далеко за рамки узкой сферы экономики и ложится в основу законченной и последовательной концепции человека заинтересованного, стремящейся подчинить себе все, вплоть до форм нашего мышления, языка и физического воспитания тела.ОглавлениеВведениеТвердая вераЭкономическое становление человекаОсновы антропологических переменСоциальный и исторический факт Нормативное основание нового человечестваПризнаки заболевания и борьба с нимПреобразование жизненных основСтрасти по обогащениюКрутой поворот средневековой философии«Возмутители спокойствия» Счет и расчет Заоблачная бухгалтерияОправдание прибылиНовый мирПолезное как средство политической консолидацииОт общества к индивидуумуМогущество государства, сила страстей«По государственному соображению»Политика как экономическое «управление»Экономика на службе общественного умиротворенияУправлять людьми, правя их интересамиСочетание интересов и ограничение управленческой властиПринцип организацииВсеобщая коммерция или нравственный парадоксЯнсенистская антропологияНичтожность человекаРазоблачение личных интересовЛожь незаинтересованностиКритика дворянской этикиРынок почетаЖелание на страже порядкаОтладить корыстолюбие Недостаточность религииКрутой поворот философииЦарство мошенниковБасня МандевиляЗамысел МандевиляИскусное управлениеКритика МандевиляРоль экономики у МандевиляМандевиль наизнанку, или Новая экономическая моральОт августинианства к утилитаризмуАпология экономической деятельности похвала страстиРобинзониада ЗападаСила желанияТело — источник страстей Гельвеций: апология сильных страстей Эпоха проектов Теория максимизации Аксиоматика экономикиОбщая аксиоматика ценностиЦарство количества Ценность и ощущенияПольза как научный концептСопротивление моралиМаржиналистские расчеты и политикаНаука о «человеке экономическом»О рассчете как о самодисциплинеШансы и рискиМораль и научная политикаДенежный эквивалент удовольствия и страданияКомбинирование обстоятельствРасчет как самоконтрольДеонтологияРациональность как форма нормативностиСпонтанный порядок личных интересовКонституирующее отсутствие и ПровидениеЕстественный порядокРеволюция Адама СмитаДействительные причиныНевидимая рука и имманентностьМолчание БогаОбщество торговцевОграничение управленияЗарождение догматизмаОбщество взаимного надзораОбщество взаимного одобрения и смысл личного интересаВзаимозависимостьПовсеместный контрольВзаимный надзорВысказываться о поведенииНадзирать за правительствомИнструментарий счастьяПольза и общественные институтыВездесущность инструментарияЯзык как инструмент мыслиЯзык денегЭффективность языкаБентам и теория вымыслаЯзык и интересПолитическая фабрика экономического человекаПолитические уловки и человеческая деятельностьГельвеций — философ общественной пользыИндивидуальный интерес и общественная пользаПриоритет общественного благаРоль образования и законодательстваБентам и управление людьмиУправлять — значит объединять частные и общественные интересыГарантировать надеждуОриентировать интересыИсправлять интересы плохого расчетаЗаключениеК чему мы пришли?Экономическое человечество в действииНовый нормативный режимАпогей неолиберализмаВеликие исторические переменыСамопредприятиеГлобальная оценка человеческого поведенияЧему нас учит неолиберализмКризис социальной критикиКапитализм и социальные связиДругой способ мыслить и житьПримечанияОт переводчикаИменной указатель..
Экономическая антропология: курс лекций в Коллеж де Франс (1992-1993)
Распространилась ли та революция, что привела от экономики дара, характерной для большинства докапиталистических обществ, к экономике в стиле «ты мне — я тебе», свойственной современным обществам, на все области существования, как молчаливо предполагают те, кто стремятся применить ко всем практикам модель расчета издержек и выгод (в том числе к образованию или же браку, понимаемому как экономический обмен услугами производства и воспроизводства)? Завершилась ли она хотя бы в той сфере, что основана исключительно на учреждающей тавтологии «business is business»?Выявляя предпосылки воображаемой антропологии, свойственной теории экономики в ее господствующем определении, Пьер Бурдье в этой работе требует создать другую теорию, которая порвала бы с идеей индивидуальных решений, свободных от любых ограничений, и заменила бы понятие чистого и совершенного рынка понятием экономического поля, структурированного силовыми отношениями и символической борьбой.Таким образом, он показывает, не обращаясь к рассчитывающему и абсолютно прозрачному сознанию homo economicus или же к логике «ограниченной рациональности», что «разумный» характер большинства разновидностей экономического поведения можно объяснить согласованием субъективных надежд и объективных возможностей.СодержаниеОт редакторов французского издания Лекция 1 апреля 1993 года Лекция 8 апреля 1993 года Лекция 29 апреля 1993 года Лекция 6 мая 1993 года Лекция 13 мая 1993 года Лекция 27 мая 1993 года Лекция 3 июня 1993 годаЛекция 10 июня 1993 года Лекция 17 июня 1993 года Значение курса о «социальных основаниях экономического действия» в творчестве Пьера БурдьеПослесловие. Экономика и социальные науки: альтернатива бессилию экономических теорий? Приложение. Резюме курса, опубликованное в ежегоднике Колледж де Франс Бурдье Пьер - Экономическая антропология: курс лекций в Коллеж де Франс (1992-1993) - От редакторов французского издания Эта книга включена в программу публикации курсов Пьера Бурдье в Коллеж де Франс. Через несколько месяцев после своей последней лекции в этом институте, прочитанной в марте 2001 года, Бурдье опубликовал сокращенную версию своего последнего курса (прочитанного в 2000-2001 гг.) под заглавием «Наука о науке и рефлексивность». Курс лекций «О государстве» вышел в 2011 году, после его смерти, а в 2013 году— «Мане. Символическая революция», что соответствует 1989-1992 и 1998-2002 учебным годам. Затем состоялась публикация «курса по общей социологии», который читался Пьером Бурдье в течение первых пяти лет его преподавания в Коллеж де Франс, с апреля 1982-го по июнь 1986 года: первый том, в котором были собраны лекции, читавшиеся с некоторыми перерывами в 1981-1982 и 1983-1984 учебных годах, вышел в 2015 году, второй - в 2016 году, в нем были собраны три следующих года. Данный курс, прочитанный в 1992-1993 учебном году и названный Бурдье «Социальные основания экономического действия», состоит из девяти лекций, каждая из которых длительностью примерно 1 час 20 минут. Лекции проходили еженедельно по четвергам в первой половине дня, в период с апреля по июнь 1993 года. Издание этого тома следует редакторским решениям, которые были приняты при публикации курса, посвященного государству, и нацелены на совмещение верности тексту и читабельности. Опубликованный текст соответствует транскрипту лекций, как они были прочитаны. В одном случае (лекция от 29 апреля 1993 года) из-за отсутствия записи в начале курса рассуждения Пьера Бурдье были восстановлены на основе письменных записей одного слушателя. Как и в предыдущих томах, трансформация устной речи в письменную сопровождается незначительной редактурой, в которой мы стремились соблюсти подход, применявшийся самим Бурдье, когда он редактировал свои лекции и семинары: нами были внесены определенные стилистические исправления и сглажены огрехи устной речи (повторения, слова-паразиты и т. п.). Немногочисленные отрывки, которые оказались плохо или вовсе не слышны, были отмечены многоточием в квадратных скобках. Некоторые слова или фрагменты фраз были добавлены при редактуре текста, чтобы упростить чтение или прояснить слишком краткие формулировки; поскольку самим Бурдье они не произносились, то были заключены в квадратные скобки. Деление на разделы и параграфы, промежуточные заголовки и пунктуация - редакторские. «Скобки», в которых Бурдье отходит от основной линии, трактуются по-разному в зависимости от их объема и отношения к контексту. Самые краткие заключены в тире. Когда отступления приобретают определенную независимость и указывают на разрыв в цепочке рассуждений, они отмечены скобками, когда же слишком длинные, то могут выноситься в самостоятельный раздел. Постраничные сноски в большинстве своем относятся к одному из трех типов. Первые указывают тексты, на которые Бурдье специально (или в некоторых случаях неявно) ссылается. Всякий раз, когда источники последних удалось установить, в случае необходимости из этих текстов приводятся короткие цитаты. Ссылки второго типа должны указать читателю на тексты Бурдье, предшествующие данному курсу или написанные после него, которые содержат более подробное обсуждение затронутых тем. В сносках третьего типа даны элементы контекстуализации, например связанные с отсылками, которые могли бы оказаться непонятными для современного читателя или же слабо связанными с французским контекстом. В приложении воспроизводится резюме курса, которое было в свое время опубликовано в «Ежегоднике Коллеж де Франс - курсы и работы». Также в данное издание включена, помимо описания положения курса в творчестве Бурдье, статья Робера Буайе, который помещает курс 1992-1993 учебного года в определенный контекст, в частности соотносит его с теорией регулирования, одним из основателей которой он является, и с современной экономической наукой...