Как создать сценарий фильма, который настолько увлечет зрителя, что он с первой и до последней минуты не потеряет интереса к происходящим на экране событиям? Ответ на этот вопрос вы найдете в данной книге. "Как работают над сценарием в Южной Калифорнии" - основной учебник для лучших американских киношкол, по которому учатся будущие кинодраматурги, режиссеры, продюсеры, операторы и др. Авторы книги, известные голливудские деятели киноиндустрии Дэвид Говард и Эдвард Мабли, искусно сочетают в ней теорию с практикой - анализом сценариев известнейших зарубежных фильмов. А специально для русского издания Д. Говард разобрал и три популярных российских фильма.
Прочитав эту книгу, вы сможете не только узнать много нового и интересного о кинопроизводстве и создании всем известных фильмов, но и взглянуть на Америку и ее культуру через призму классического кинематографа. Возможно, вы и сами создадите сценарий, который станет основой нового культового фильма.
Кино бывает авторское и зрительсткое. Это упрощенное разделение, но оно определяет многое. Если кино авторское, законы драматургии определяете вы сами. Если кино зрительское, законы драматургии определяются особенностями восприятия материала зрителем. Этот учебник — про зрительское кино. Автору, считающему себя гениальным, он не поможет. Ему в принципе ничто помочь не может. Всем остальным эта книга необходима. Не только авторам. Все о чем здесь говорится, обязаны знать все без исключения участники кинопроцесса — артисты, режиссеры, операторы, художники, продюсеры, редакторы.
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | Альпина, М. |
| Рік видання | 2016 |
| Кількість сторінок | 352 |
| Обкладинка | тверд |
-
2.948грн.
Схожі товари
Фантастика Булгакова:Творческая история.Текстология.Литературный контекст
В книге раскрывается творческая история трех фантастических произведений М. А. Булгакова начала 1930-х годов и романа «Мастер и Маргарита», создаваемого писателем параллельно с пьесами на фоне трагических событий в России начала XX века. Литературный и театральный контекст эпохи позволяет понять многие аллюзии, содержащиеся в тексте романа; особое место занимает анализ сценического искусства того времени. Автор связывает замысел романа «Мастер и Маргарита» с событиями русской истории, с коллизиями рассказа «Красная корона» и пьесы «Бег», проводит параллели с евангельскими текстами, освещает поэтику и новаторскую структуру булгаковской драматургии.Издание предназначено для широкого круга читателей, студентов-гуманитариев и специалистов-филологов...
Литературные манифесты от символизма до наших дней
Впервые за несколько последних десятилетий издается сборник манифестов и деклараций наиболее заметных литературных групп и направлений, определивших движение русской литературы XX столетия, - от символизма до куртуазного маньеризма. В ряде случаев - за отсутствием подобных документов - то или другое литературное явление обозначено теоретическими работами или произведениями наиболее авторитетных представителей школы, занявшей определенное место в истории русской словесности. Книга адресована студентам, преподавателям, специалистам-филологам, а также широкому кругу читателей. ..
Избранные труды: Разрушение поэтики
Ю. Кристева (род. в 1941) - философ и писатель, исследователь в области лингвистики и семиологии, профессор университета Париж-VII. Публикацией своих ранних произведений по семанализу она взорвала интеллектуальную атмосферу искушенного Парижа; выдвинула ключевую для постмодернизма концепцию интертекстуальности (Статья «Бахтин, слово, диалог и роман», 1967), означающей особые диалогические отношения текстов, которые строятся как мозаика цитат. Кристева познакомила западного читателя с творчеством М. М. Бахтина, ввела в научный оборот Запада бахтинские термины «диалог» и «полифония», создала собственное понятие «интертекст», перекинувшее мост от бахтинского «постформализма» к европейскому постструктурализму и сразу же вошедшее в международный словарь гуманитарных наук.Специфика подхода, предложенного Кристевой, состоит в сочетании структуралистской «игры со знаками» и «психоаналитической игры» против знаков. Оптимальным вариантом такого сочетания ей представляется художественная литература, которой она придает статус своего рода глобальной теории познания, исследующей язык, бессознательное, религию, общество.В том вошли: «Разрушение поэтики», «Текст романа», « исследования по семанализу»...