В расхожем представлении Артур Шопенгауэр - это немецкий философ, автор работ "Мир как воля и представление", "Афоризмы житейской мудрости" и т.д. Хотя, если разобраться, философ он не совсем немецкий, и мировую известность ему принесли не тяжеловесные и мудреные трактаты, а парадоксально-изящные прибавления к ним. Неповторимый налет благородного безумия этим мрачноватым истинам придают периодические приступы самомнения автора, которые нашли воплощение в устойчивых мессианских мотивах книги. "Моя философия представляет собой решение мировой загадки. В этом смысле она может называться Откровением…" - это признание самого автора. Украсить такую книгу были в состоянии только плоды буйной фантазии художников-дадаистов - еще одних классиков интуитивного приобщения к загадкам бытия.
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | Эксмо, М. |
| Рік видання | 1998 |
| Кількість сторінок | 736 |
| Обкладинка | тверд |
-
3.554грн.
Схожі товари
От философии жизни к философии культуры
Книга продолжает издаваемую Российским институтом культурологии серию ежегодников `Постижение культуры: концепции, дискуссии, диалоги`, соответствуя ее 8 и 9 выпускам. В ней продолжено начатое в предыдущих выпусках исследование философских оснований культурологии. Характерной особенностью данного выпуска является попытка, не замыкаясь в традиционном для философа анализе категорий культуры, перейти к выявлению ее `экзистенциалов`, одним из которых выступает событие встречи разных культур или культурных пластов, разных личностей и сознаний и т. п. Книга представляет интерес для философов, историков, софиологов, представителей других гуманитарных дисциплин, для преподавателей и студентов вузов...
Философия незавершенного модерна Ю.Хабермаса"
Немецкий философ Юрген Хабермас является одним из наиболее значительных представителей западной философии последней трети XX века. Без концептуальных моделей, разработанных Хабермасом, невозможно представить себе панораму сегодняшнего состояния философии и социальных наук.Вместе с тем в постсоветском интеллектуальном пространстве многие знают о Хабермасе, но мало знакомы с его идеями в их подвижном единстве. Критическая литература о Хабермасе отстает от него самого, непрерывно развивающего свои взгляды. Этот очевидный дефицит и призвана в определенной мере восполнить данная книга, в которой в систематической форме представлена сложная и разветвленная философская концепция Хабермаса.На обложке использован фрагмент картины Ольги Гурко «Пассажир»...
Жан Бодрийяр: Стратегии "радикального мышления"
Жан Бодрийяр (1929-2007) - выдающийся французский философ, один из самых известных мыслителей современности. Введённые им в широкое употребление понятия: «симулякр», «соблазн», «трансэстетика» - сегодня как никогда актуальны. Круг проблем, к которым он обращается: реальность и симуляция, потребительная стоимость и символический обмен, революция и система подавления, молчание масс и империализм масс-медиа, - охватывает все значимые феномены современной западной культуры.Монография представляет собой первое русскоязычное исследование творчества Жана Бодрийяра. В книге представлен анализ основных концепций Бодрийяра в их историческом и генетическом развитии.Особое внимание уделяется сопоставительному исследованию творчества Бодрийяра и современных ему мыслителей. Книга предназначена для всех, кто интересуется современным состоянием философской мысли.ОГЛАВЛЕНИЕВведение 3 Глава 1. «Теоретическое насилие»: основания радикального мышления 37 Разлом I. Патафизика 58 Глава 2. Онтология симулякра 68 Глава 3. Символический обмен 84 Глава 4. Система симуляции как невозможность социального 107 Глава 5. Революция и терроризм 136 Разлом II. Гегель 148 Глава 6. Соблазн и проблематика желания 154 Глава 7. Конец сингулярности и критика политэкономии субъекта 166 Глава 8. Конец сексуального: реквием телу 179 Глава 9. Medium is Message 197 Глава 10. Стратегия Бодрийяра в зеркале семиотики 213 Глава 11. Трансэстетика: искусство в эпоху тотальной симуляции 227 Глава 12. После оргии, или Как существовать в состоянии исчезновения.. 246 Разлом III. Гностицизм 266 Глава 13. Бодрийяр и стратегии XX века 278 Бодрийяр и Барт 280 Бодрийяр и Дебор 283 Бодрийяр и Батай 285 Бодрийяр и Лакан 286 Бодрийяр и Маклюен 289 Бодрийяр и Фуко 292 Бодрийяр и Делёз 297 Бодрийяр и Деррида 299 Заключение 303 Сочинения Жана Бодрийяра 324 Библиография 331 Именной указатель 347 Предметный указатель 350Фрагмент текста:Замысел книги требует, прежде всего, прояснения характера философствования Бодрийяра, который он сам определял как «теоретическое насилие». В свою очередь, это предполагает выявление концептуальных оснований творчества философа и позволяет в первом приближении очертить его место в ряду многочисленных философий последних двух столетий. Анализ ключевых для философии Бодрийяра концептов естественно начать с того, что принесло ему наибольшую известность и что сегодня ассоциируется прежде всего с его именем — с концепта симулякра. Мы постараемся показать, что концепт симулякра постоянно присутствует в работах французского философа, хотя порой и в неявном виде. (Идея симуляции и символического обмена как её принципа становится у Бодрийяра своего рода альтернативой критикуемых им представлений о «природе» явлений и процессов реальности, выявляемой как их имманентная логика.) Это позволит не только объяснить характер бодрийяровской критики марксизма, но и обозначить предлагаемую философом теоретическую альтернативу. Выявив теоретическую установку Бодрийяра, мы сможем прояснить его учение об обществе потребления, революции и терроризме, в отношении которых по сию пору существует большое количество недоразумений. В том же русле будет пролегать наш анализ бодрийяровской критики «метафизики желания» и противопоставляемой ей концепции соблазна. Это приводит нас к исследованию бодрийяровского варианта концепции субъективности и связанной с последней проблематики телесности и сексуальности, представляющих исключительную важность не только для постструктурализма, но и для философии последнего столетия в целом. Через призму бодрийяровского учения о субъективности мы сможем рассмотреть его представления о коммуникативной природе общества, не сводя их к позиции «где-то между Соссюром и Маклюеном», но показав последовательность семиотической стратегии Бодрийяра в русле «радикального мышления». Обращение к эстетическим взглядам философа будет тем зеркалом, что позволит показать гомогенность его философских представлений и в то же время станет прояснением его этической позиции. Завершением нашей работы явится анализ бодрийяровского концепта «конца истории», где мы сможем сделать максимально возможное обобщение идей философа и обозначить намеченные им теоретические перспективы. Наконец, последняя глава книги — своего рода appendix, возвращающий нас к исходной точке и позволяющий ещё раз, уже конкретнее, сказать о месте Бодрийяра в историко-философском процессе...