Эта книга - первый фундаментальный учебник по новой и очень популярной специальности "Лингвистика и межкультурная коммуникация". Такая работа особенно важна в новых условиях "мира без границ", когда остро встает проблема взаимопонимания людей разных культур и традиций и воспитание терпимости к чужим культурам, пробуждение интереса и уважения к ним становится необходимостью для выживания человечества.
Для филологов, лингвистов, дипломатов, социологов, этнографов, психологов, культурологов и для всех, кто соприкасается с проблемами межнациональной, межкультурной коммуникации в профессиональной или повседневной жизни.
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | МГУ, М. |
| Рік видання | 2008 |
| Кількість сторінок | 352 |
| Обкладинка | тверд |
-
2.010грн.
- Артикул: 12645
- Наявність: В наявності
Схожі товари
Психолингвистические единицы и порождение речевого высказывания
Монография содержит теоретическое рассмотрение проблемы психолингвистических механизмов порождения речи и обобщение многочисленных экспериментальных данных в этой области. В книге впервые дается целостное описание речевых процессов с позиций психологической школы Л.С.Выготского.Книга адресована лингвистам, психологам, а также преподавателям, аспирантам и студентам филологических и психологических факультетов вузов...
Труды по языкознанию \Старостин
В данном издании трудов Сергея Анатольевича Старостина (1953—2005) собрано большинство работ, написанных им единолично или в соавторстве с начала 70-х гг. и вплоть до его кончины. Как правило, это статьи по конкретным разделам сравнительно-исторического языкознания (индоевропеистика, кавказоведение, синология, алтаистика) и макрокомпаративистике (теории дальнего родства языков), занимавшей привилегированное положение в круге интересов автора. Однако не последнее место среди них занимают и работы по общей теории и методологии компаративистики, а также по компьютерной лингвистике и автоматической обработке текста.Работы расположены в хронологическом порядке, что дает возможность проследить беспрецедентную в мировой лингвистической традиции эволюцию научных интересов автора — от детального исследования исторической фонетики целого ряда семей мелкого уровня до глобальных этимологических изысканий на материале колоссальных языковых макросемей.Страниц: 928 (Офсет)Масса: 1572 гРазмеры: 240x165x50 ммТип обложки: 7Б - твердаяОформление: Тиснение золотомТираж 800СОДЕРЖАНИЕ:О статьях С. А. Старостина (Вяч. Вс. Иванов) От составителя (Г. С. Старостин) К проблеме реконструкции праяпонской фонологической системы 1Способы передачи вокализма в древнеяпонской письменности 4К проблеме реконструкции древнекитайской фонологической системы (к вопросу о губных финалях) 6К вопросу о реконструкции праяпонской фонологической системы 8О реконструкции пралезгинской фонологической системы 18Развитие инициалей древнекитайского языка 21Предварительная типологическая классификация тональных систем дагестанских языков 23О системе финалей тангутского языка 25A tonological hypothesis of the origin of paradigmatic accent systems (В. А. Дыбо, С. Л. Николаев, С. А. Старостин) 28Preliminary remarks on accent correspondences between some languages of Dagestan 35Hекоторые соответствия индоевропейских долгот и ударений (С. Л. Николаев, С. А. Старостин) 39Реконструкция праабхазоадыгской системы согласных 44Реконструкция пралезгинских именных косвенных основ на гласный 50Парадигматические классы индоевропейского глагола (С. Л. Николаев, С. А. Старостин) 52Праенисейская реконструкция и внешние связи енисейских языков 147О тонах в древнекитайском языке 247Общая афразийско-севернокавказская культурная лексика (А. Ю. Милитарев, С. А. Старостин) 256Гипотеза о генетических связях сино-тибетских языков с енисейскими и севернокавказскими языками 265Sino-Tibetan and Austro-Thai (И. И. Пейрос, С. А. Старостин) 283Культурная лексика в общесевернокавказском словарном фонде 289Индоевропейско-севернокавказские изоглоссы 312Хуррито-урартские и восточнокавказские языки (И. М. Дьяконов, С. А. Старостин) 359Сравнительно-историческое языкознание и лексикостатистика 407Nostratic and Sino-Caucasian 448О японо-корейских акцентных соответствиях 467Etruscan as an East Caucasian language (В. Э. Орел, С. А. Старостин) 471Реконструкция общевосточнокавказской системы основных падежей 478Рабочая среда для лингвиста 481Распределение изоглосс в севернокавказских языках 497Заметки о древнекитайском языке 499Проблема генетического родства и классификации кавказских языков с точки зрения базисной лексики 529Old Chinese basic vocabulary: A historical perspective 547Response to L. Sagart's «Some remarks on the ancestry of Chinese» 571The historical position of Bai 580On vowel length and prosody in Altaic languages 591Hесколько новых хурритских этимологий 629Word-final resonants in Sino-Caucasian 633Genesis of the long vowels in Sino-Tibetan 660On the «Consonant Splits» in Japanese 668A Review of V. A. Chirikba's «Common West Caucasian» 682Hurro-Caucasica 745Subgrouping of Nostratic: comments on Aharon Dolgopolsky's «The Nostratic Macrofamily and Linguistic Paleontology» 752Сравнительное языкознание и этимологические базы данных 770О доказательстве языкового родства 779О синтаксическом процессоре с использованием ограниченных лингвистических средств (Н. В. Перцов, С. А. Старостин) 794Об одном новом типе соответствий смычных в ностратических языках 803Indo-European among other language families: problems of dating, contacts and genetic relationships 806Indo-European glottochronology and homeland 821Определение устойчивости базисной лексики 827Turkic and Chinese Loanwords in Tocharian (А. Лубоцкий, С. А. Старостин) 840Altaic and Chinese 850Computer-based Simulation of the Glottochronological Process (Letter to M. Gell-Mann) 854Комментарии 863Литература 900Список сокращений названий языков.......Вяч. Вс. ИвановО статьях С. А. Старостина (фрагменты)4. Севернокавказская семья языков и ее ближайшие родственники (хуррито-урартский)Начало занятий Старостина севернокавказскими языками относится к его студенческим годам. На незадолго до того созданном Отделении структурной и прикладной лингвистики (ОСИПЛ) МГУ, на котором Старостин учится в начале 1970-х годов, в программу обучения студентов была введена летняя практика, заключавшаяся в участии в экспедициях с целью изучения языков нашей страны. Те из нас, кто (как пишущий эти строки) при составлении и обсуждении планов Отделения настаивал на этой стороне его предстоявшей работы, могут находить удовлетворение в том, что тем самым они содействовали формированию будущих специалистов по языкам России такого масштаба, как Старостин и его товарищи по экспедициям. Каждое лето Старостин участвовал в поездках групп студентов в Дагестан, языки которого он начал один за другим изучать. Позже он говорил на шести языках, входящих в восточную группу севернокавказских, которые изучал в этих летних дагестанских студенческих экспедициях; абхазский — седьмой язык этой же семьи, относившийся к западной ее группе, стал для него разговорным после значительно более поздней летней поездки в Абхазию. Из совсем до него не тронутых тем описания севернокавказских языков Старостин много занимался тонами, которые в некоторых из них зафиксировал; эти данные он использовал (со своими соавторами по работе об индоевропейском акценте) для типологического сопоставления с индоевропейским. Во время предварительного обсуждения севернокавказской части этих тонологических наблюдений и гипотез (которые мы приняли далеко не сразу) в нашем Секторе структурной типологии Института славяноведения, куда Старостин стал часто наведываться, меня поразила одна подробность. Старостин пожаловался, что на исследование одного диалекта у него было очень мало времени — скажем, три дня (боюсь переврать, но что-то в этом роде). Я удивился. Из разговора выяснилось, что время на изучение языка у него отмеривается в очень сокращенных сроках. Теперь я думаю: нет ли какого-то механизма внутри нас, который лучше нашего сознания знает реальные уже отмеренные сроки жизни и старается в них уложиться (конечно, при наличии соответствующих способностей)? Старостин за свою жизнь успел очень много (к сожалению, лишь небольшую часть задуманного).Похоже, что какой-то опережающий механизм экономии времени в нем работал.При преобладающей установке на исследование развития языка Старостин занялся главным образом сравнительно-исторической фонетикой, морфонологией, морфологией и лексикологией отдельных подгрупп внутри восточнокавказской (в частности, пралезгинским) и западнокавказской ветвей севернокавказского. Из включенных в предлагаемый сборник морфологических статей можно отметить особенно интересную работу о восточнокавказских падежах, которые до того привлекали внимание таких лингвистов, как Ельмслев.Вместе с С. Л. Николаевым Старостин приступил к построению систем фонем для праязыков отдельных подгрупп и всей севернокавказской семьи в целом. Основы ее сравнительного изучения были заложены в период между двумя мировыми войнами великим русским лингвистом князем Николаем Сергеевичем Трубецким, занимавшимся этими языками на Кавказе в начале века. Перед эмиграцией князь Трубецкой оставил рукописи своих работ по сравнению этих языков в библиотеке университета Ростова-на-Дону (по свидетельству Е. А. Бокарева, эти материалы там хранились до начала Второй мировой войны, когда, как он мне говорил, он их видел; дальнейшая их судьба неизвестна — а библиотека во время войны была в основном сохранена: поиск рукописей следовало бы продолжить). Оказавшись за пределами России, князь Трубецкой восстановил (пользуясь своей удивительной памятью) тексты и слова этих языков и те соотношения между ними, которые он открыл и записал в тех позднее исчезнувших рукописях, которые он не смог взять с собой, покидая Россию. Статьи князя Трубецкого были опубликованы во французских и немецких научных изданиях и получили признание мировой науки. Ближе к нашему времени более полная картина фонологической системы была построена и детали сравнения были уточнены в обширном этимологическом словаре севернокавказских языков Николаева и Старостина. Старостин написал подробный современный комментарий к русским переводам всех этих статей князя Трубецкого, доведя реконструкцию до уровня теперешних знаний. Оказалось, что севернокавказская семья состоит из двух давно и далеко отошедших друг от друга ветвей — западной (убыхско-абхазо-адыгской) и восточной (включающей чечено-ингушские, или вайнахские, языки и несколько подгрупп многочисленных языков Дагестана). В статье об изоглоссах в севернокавказских языках Старостин, пользуясь компьютерными подсчетами, рельефно показывает это различие и общую картину соотношения подгрупп по лексическим данным.Родство всех севернокавказских языков давно (до Первой мировой войны) предполагал благодаря своей исключительной лингвистической интуиции и Марр, хотя он был далек от строгого доказательства этого (поэтому Старостин к его работам относился отрицательно). Марр ошибочно считал (как потом повторивший его ошибку грузинский историк Джавахишвили и целый ряд лингвистов, принявших это неверное предположение о наличии одной «иберийско-кавказской» семьи, якобы включавшей все основные языки Кавказа), что в ту же («яфетическую», по Марру, «иберийско-кавказскую», в более поздней терминологии) семью входит и грузинский с близко ему родст..
Семантические универсалии и описание языков
В книге собран ряд работ Анны Вежбицкой, в совокупности иллюстрирующих различные аспекты применения языка элементарных концептов и семантических универсалий к всестороннему описанию языка и культуры. На основе эмпирических сопоставительных исследований Вежбицкая демонстрирует "духовное единство человечества", которое манифестируется в многообразии конкретных реализаций. В частности, в книге рассматриваются такие темы, как грамматическая семантика, анализ ключевых концептов различных культур, культурно обусловленные сценарии поведения.М Языки русской культуры 1999г. 780 с. Твердый переплет, Увеличенный формат.ОглавлениеПредисловиеИз книги «Семантика: примитивы и универсалии»ВведениеСемантическая основа грамматического описания и типология: переходность и возвратностьСемантика грамматикиЧто значит имя существительное? (или: Чем существительные отличаются по значению от прилагательных?)Лексические прототипы как универсальное основание межъязыковой идентификации «частей речи»Семантика английских каузативных конструкций в универсально-типологической перспективеРедупликация в итальянском языке: кросс-культурная прагматика и иллокутивная семантикаИз книги «Понимание культур через посредство ключевых слов»ВведениеСловарный состав как ключ к этносоциологии и психологии культуры: модели «дружбы» в разных культурахСловарный состав как ключ к этнофилософии, истории и политике: «Свобода» в латинском, английском, русском и польском языкахЛексическая семантика в культурно-сопоставительном аспекте«Грусть» и «гнев» в русском языке: неуниверсальность так называемых «базовых человеческих эмоций»Выражение эмоций в русском языке: заметки по поводу «Русско-английского словаря коллокаций, относящихся к человеческому телу»AngstСемантика междометияЛексика и прагматика в культурно-сопоставительном аспектеЯпонские культурные сценарии: психология и «грамматика» культурыНемецкие «культурные сценарии»: общественные знаки как ключ к пониманию общественных отношений и культурных ценностейЗначение Иисусовых притч: семантический подход к ЕвангелиямУказатель семантических толкованийБиблиографическая справка....................ВЕЖБИЦКАЯ, АННА (Wierzbicka, Anna) (р. 1938), польский лингвист. Родилась в Варшаве 10 марта 1938.Первые работы (середина 1960-х годов) были посвящены семантическому описанию польской и русской лексики. В 1972 во франкфуртском издательстве «Атенеум» была опубликована ее книга Семантические примитивы (Semantic primitives), сыгравшая значительную роль в развитии семантической теории в 1970–1980. В этой книге Вежбицкая последовательно развивает идею построения универсального метаязыка для описания смыслов на базе небольшого числа элементарных единиц типа «я», «ты», «хотеть», «хороший» и др.В декабре 1972 Вежбицкая переехала в Австралию и с 1973 преподавала в Австралийском национальном университете в Канберре. В 1980 вышла ее книга Lingua mentalis: семантика естественного языка, где находят продолжение те же идеи поиска универсального подмножества смыслов для описания словаря и грамматики естественных языков. Замечательно, что в том же году вышла еще одна работа Вежбицкой Дело о поверхностном падеже (The case for surface case), в которой она обращается к новому материалу (русский творительный падеж) и фактически открывает новую область семантических исследований – толкование смысла грамматических показателей. Эта идея затем была развита в книге Семантика грамматики (The semantics of grammar, 1988), уже на гораздо более обширном и разнообразном материале: дательный падеж в славянских языках, английские сентенциальные дополнения, каузатив в японском языке, показатели множественного числа и мн. др. В 1985 Вежбицкая выпустила еще одну книгу – Лексикография и анализ концептов (Lexicography and conceptual analysis); эта работа посвящена толкованию предметной лексики, и в ней Вежбицкая формулирует и убедительно доказывает тезис об антропоцентричности естественного языка и, вследствие этого, о зависимости семантики от человеческих представлений о физическом мире, а не от устройства физического мира как такового. Однако, поскольку представления о мире в разных культурах разные, толкования одних и тех же понятий в разных языках тоже должны различаться – что и демонстрируется в книге. Последний тезис развивается также и в Семантике грамматики на материале сопоставления «одних и тех же» грамматических категорий и синтаксических конструкций в разных языках.В исследовании 1985 берет свое начало важная для последующего творчества Вежбицкой идея «культурных стереотипов», во многом определяющая семантическую структуру того или иного языка. Эта идея затем развивается в таких ее работах, как Прагматика культурного взаимодействия (Cross-cultural pragmatics: the semantics of human interaction, 1991), Семантика, культура и познание (Semantics, culture and cognition, 1992), Понимание культур через ключевые слова (Understanding cultures through their key words: English, Russian, Polish, German, Japanese, 1997), Эмоции в разных языках и культурах (Emotions across languages and cultures: diversity and universals, 1999) и др. Обращается внимание, в частности, на специфические для каждого языка, непереводимые или плохо переводимые понятия (такие, как русские судьба или душа). В то же время, по глубокому убеждению Вежбицкой, несмотря на внешнее разнообразие языков и культур, человечество обладает несомненной культурной общностью, которая позволяет постулировать универсальный семантический метаязык и заставляет Вежбицкую вновь и вновь возвращаться к идее семантических примитивов. В типологическом сборнике под ее редакцией (совместно с Клиффом Годдардом) Семантика и лексические универсалии (Semantics and lexical universals: theory and empirical findings, 1994) предпринимается попытка по единой схеме описать базовые фрагменты лексики ряда «экзотических» языков; в книге Что хотел сказать Иисус? (What did Jesus mean? Explaining the Sermon on the Mount and the parables in simple and universal human concepts, 2000) на семантический метаязык переводятся евангельские заповеди...