![Я просто живу \Мой 20 век\](https://academplus.com/image/cache/catalog/12544-500x500.jpg "Я просто живу \Мой 20 век\")
Возможно, не каждый узнает лицо с обложки этой книги - задумчивое лицо с умными, чуть грустными глазами. Но музыку этого человека знают все, ибо невозможно найти таких, кто ни разу не смотрел "Иронию судьбы", "Семнадцать мгновений весны", "Короля-Оленя" или другие фильмы, "озвученные" Микаэлом Таривердиевым. В славной плеяде "шестидесятников" Таривердиев стоит плечом к плечу с такими фигурами, как Тарковский, Окуджава, Ахмадулина. Но его воспоминания - не толь об "оттепели". В них и детская память о войнеи репрессиях, и сложный, порой противоречивый взгляд на семидесятые, и предвкушение перемен во время перестройки... Несколько десятилетий жизни страны, аура ее культуры описываются автором то с непередоваемым лиризмом, то с беспощадной иронией. Внезапныйуход помешал Микаэлу Леоновичу завершить работу над мемуарами. К печати их подготовила жена композитора, Вера Таривердиева. Ее перу принадлежит и последняя глава книги.
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | Вагриус, М. |
| Рік видання | 1997 |
| Кількість сторінок | 318 |
| Обкладинка | тверд |
-
879грн.
Схожі товари
![Мемуары \Моруа \Мой 20 век\](https://academplus.com/image/cache/catalog/22027-993x1524.jpg "Мемуары \Моруа \Мой 20 век\")
Мемуары \Моруа \Мой 20 век\
Для собственного жизнеописания Моруа выбрал самое напритязательное название "Мемуары", однако в нем раскрываются все стороны его дарования: ироничный ум, легкое перо, бездонные знания и острая наблюдательность. Делясь с читателем богатейшим жизненным опытом, автор знакомит его с выдающимися людьми эпохи. На страницах воспоминаний - де Голль и Клемансо, Рузвельт и Черчилль, Киплинг и Сент-Экзюпери, Кокто и Мориак. Книга писалась на протяжении 20 лет, последнюю же точку Моруа поставил за две недели до смерти. Перевод с французского Ф. Наркирьер, М. Аннинской, А. Сабашниковой. Содержит фотоиллюстрации. ..
Мои часы идут иначе. \Серия Мой 20 век
В истории XX столетия найдется немного женщин, чья судьба столь же уникальна, как судьба Ольги Чеховой. Кем же она была на самом деле? Второй Матой Хари (уже давно и упорно об Ольге Чеховой говорят как о супершпионке), внедренной в верхушку нацистского руководства по личному приказу Сталина? Или просто яркой удачливой женщиной, талантливой актрисой, жизнелюбие и энергия которой позволяли ей повсюду быть своей — будь то светские салоны дореволюционного Петербурга, театральная и кинобогема Москвы и Берлина или напыщенные приемы главарей фашистской Германии? ..
На "Свободе": Беседы у микрофона, 1972-1979
Анатолий Кузнецов родился и вырос в Киеве, где во время оккупации он стал свидетелем массовых расстрелов в Бабьем Яру. Этот опыт лег в основу его самого знаменитого произведения — "Бабий Яр". В августе 1969 года А. Кузнецов попросил политического убежища и остался в Великобритании. Его имя в СССР перестало упоминаться, книги были изъяты из магазинов и библиотек. В Лондоне А. Кузнецов работал на радио "Свобода" и вел еженедельную программу в рубрике "Писатель у микрофона" (всего в эфире прозвучало 233 беседы), создав ряд образцов так называемой "исповедальной публицистики" и оставаясь при этом в русле созданной им литературной традиции. И в этом жанре он нашел себя. По словам одного из коллег, "в Лондоне кончился Кузнецов-беллетрист, кончился в силу редкостной беспощадной требовательности к самому себе, но родился Кузнецов-публицист", автор блистательных, необыкновенных бесед, составивших эпоху в работе радио "Свобода". ..