Книга известного французского мыслителя посвящена реконструкции дискурсивных практик трех фигур - писателя де Сада, социалиста Фурье и основателя ордена иезуитов Лойолы. На первый взгляд, между этими фигурами нет ничего общего, однако всех троих можно рассматривать как логотетов, основателей новых языков. Эти языки, в отличие от обычных, не нацелены на коммуникацию; они представляют собой замкнутые на себя тексты
СОДЕРЖАНИЕ
Предисловие 9
Примечания 20
Сад1 23
Лойола 53
1. Письмо 54
2. Множественный текст 56
3. Мантика 61
4. Воображение 66
5. Артикуляция 71
6. Дерево 76
7. Топики 78
8. Типы сборки 80
9. Фантазм 83
10. Ортодоксия образа 87
11. Бухгалтерия 92
12. Весы и маркированность 96
Фурье ЮЗ
11 од ступы Ю4
Подсчет удовольствия 107 Деньги способствуют счастью 113 Инобретатель, а не писатель 115 Мета-книга И7
Пылающий стоптанный башмак 120 Иероглиф 126 Либерал? 131 Страсти 132 Древо счастья 133
Числа 135
Брюньон 141
Система/систематическое 144
Party 147
Компоты 152
Какая погода (какое время) на дворе 154
Сад II 159
Спрятать женщину 160
Пища 162
Конвейер 163
Цензура, изобретение 164
Ненависть к хлебу 165
Освещенное тело 166
Затопление 167
Социальное 169
Вежливость 172
Риторические фигуры 173
Сырость 174
Переливающийся рисунок 176
Impossibilia 177
Платок 179
Семья 179
Зеркала 181
Чеканность 182
Рапсодия 182
Обстановка разврата 183
Маркированность 185
Шлем 187
Разделение языков 188
Исповедь 189
Рассуждение, сцена 190
Пространство языка 191
Ирония 193
Путешествие 195
Сад как предтеча 196
Поэтика либертена 197
Машины 198
Цвета 200
Сцена, машины, письмо 200
Язык и преступление 204
Омонимия 205
Стриптиз 206
Порнограмма 207
Язык Огюстена 208
Услужливость фразы 209
Приводить в порядок 210
Обмен 211
Диктант 213
Цепь 215
Грамматика 216
Безмолвие 217
Низ страницы 218
Ритуал 218
Имена собственные 219
Кражи, проституция 220
Зашивание 220
Красная нить 221
желание 222
Садизм 222
Принцип изысканности 222
Примечания 243
.......
ПРЕДИСЛОВИЕ
При переходе от Сада к Фурье выпадает садизм, при переходе от Лойолы к Саду - общение с Богом. В остальном одно и то же письмо: одно и то же классификационное сладострастие, одно и то же неудержимое стремление раскраивать (тело Христово, тело жертвы, человеческую душу), одна и та же одержимость числами (подсчитать грехи, пытки, страсти и даже ошибки в счете), одна и та же практика образа (практика подражания, картины, сеанса), одни и те же очертания системы - социальной, эротической, фантазматической. Ни один из этих трех авторов не дает читателю свободно вздохнуть; все ставят удовольствие, счастье и коммуникацию в зависимость от некоего негибкого порядка или, ради еще большей агрессивности, от какой-то комбинаторики. Итак, вот они объединены все трое: проклятый писатель, великий утопист и святой иезуит...
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | Праксис, М. |
| Рік видання | 2007 |
| Кількість сторінок | 320 |
| Обкладинка | м'яка |
-
1.199грн.
Схожі товари
Свобода в пространстве политического. Современные философские дискурсы.
Современность, «эпоха модерна», немыслима без того, что на языке политической теории зовется «практиками свободы». Происходившее на Западе с начала Нового времени утверждение свободы в качестве этической нормы и политической ценности сделало политическую мысль активной участницей дискурса о свободе. Вовлеченные в этот дискурс этические и социально-политические учения анализируются в монографии через призму «практической лргики» (П. Бурдье) человеческих поступков, обнаружимой как на уровне конкретных ситуаций, так и в масштабе эпохальных культурно-политических трансформаций. Исследование ключевых исторических моментов преследует цель экспликации двух важнейших для свободы дискурсов современности. Таковыми в предлагаемом исследовании оказываются дискурс либерализма и свободы и тесно с ним связанный дискурс политики и «политического»...
Рождение трагедии
В данном произведении Ницше развертывает впечатляющую картину продолжающегося воздействия на мышление, вообще на человечество, мира греческих богов. Два из них - Аполлон и Дионис, являются для Ницше олицетворением непримиримой противоположности двух начал - аполлонического и дионисического. Первое из них - это мир мечты, красоты, совершенства, но прежде всего упорядоченности. Дионисическое это варварское, возвращающееся обратно в природу, присущее индивиду, чувствующему себя произведением искусства, соответственно нарушающему всякую меру. Тем самым это безграничность, беспорядок. Греческая трагедия, по Ницше, родилась из ритуальных хороводов культа Диониса, причем дионисическое позднее включается в аполлоническое. Когда аттическая трагедия достигла своего расцвета, она подверглась разрушительному воздействия критического духа Сократа, и нашла свое прибежище лишь в музыке, а наше время, говорит Ницше, прежде всего в музыке Рихарда Вагнера... Для студентов и всех интересующихся истоками современной философии...
