| Про книгу | |
| Видавництво, місто | Центрполиграф, М. |
| Рік видання | 2010 |
| Кількість сторінок | 429 |
| Обкладинка | тверд |
-
1.027грн.
Схожі товари
Материальная цивилизация, экономика и капитализм, XV-XVIII вв. В 3-х томах. Т.1.Структуры повседневности : возможное и невозможное. Т.2.Игры обмена. Т.3.Время мира.
Фундаментальный трехтомный труд Фернана Броделя представляет собой всестороннее исследование экономической жизни человечества в переломную для его судеб эпоху становления капиталистических отношений.Большое число иллюстраций, научный комментарий, обширная библиография. Первый том "Структуры повседневности" посвящен различным сферам материальной жизни. Работа насыщена богатейшим материалом, касающимся различных сторон повседневной жизни людей позднего средневековья и раннего нового времени — как в Европе, так и далеко за ее пределами. «Игры обмена» — это сложный мир экономических коммуникаций. Фернан Бродель исследует различные уровни коммерческой деятельности — труд разносчиков, торговлю на дальние расстояния, работу международных бирж и кредитных учреждений. Он прослеживает, как их сложное взаимодействие влияло на общество, социальную иерархию и целые цивилизации. Одна из главных задач Броделя — сопоставление рыночной экономики и капитализма, определение точек их соприкосновения, степени независимости и характера противоборства. В заключительном томе своего труда "Время мира" Фернан Бродель излагает мировую экономическую историю, «организовав» ее во времени и пространстве. Она предстает как чередование господства нескольких миров-экономик, объединенных не только единым центром, но и едиными временными ритмами. Рассматривая причины подъема и упадка этих миров, проблемы формирования национальных рынков и региональные особенности промышленной революции, автор в хронологической последовательности верифицирует свои основные гипотезы, изложенные в предыдущих томах..
Исповедь книгочея, который учил букве, а укреплял дух
"Это сочинение - не научное, хотя и ученое; не художественное, хотя и живописное. Я призвал свою "живописную ученость" преодолеть, говоря стихом Максимилиана Волошина, "двойной соблазн: любви и любопытства". Если теперь кто-нибудь из читателей, захваченный метафорой идеи, возлюбит чужую, тысячелетней давности, книжную мысль, как живую и свою, или возлюбопытствует, что же там, за прихотливым иносказанием, - неужели и вправду прямой и здравый смысл, то, значит, дело сделалось: образ заговорил, а слово воплотилось". - Вадим Рабинович...