Рассмотрение социальной эволюции на фоне неорганической и органической в рамках универсального эволюционизма приводит к выводам, парадоксальным с точки зрения традиционных представлений.
1. Эволюция происходит через каскад точек ветвления (фрактально) в сторону интенсификации метаболизмов и круговоротов. 2. Человек не главная цель и итог эволюции, но ее промежуточный финиш на одной из ветвей мутовки "разумных систем". 3. "Смысл жизни" человека и социума состоит в следовании вектору эволюции ("эволюция --- мера вещей"). 4. В ХХ веке человечество вышло на кейнсианскую ветвь мутовки социально ориентированных политэкономических систем, разрешившую "неразрешимое" противоречие между хозяином и работником: увеличивая потребительский спрос, большая зарплата работников (в процентах от стоимости продукции) интенсифицирует экономику, повышая прибыли работодателей. 5. Кейнсианская ветвь могла состояться и победить во все увеличивающемся пуле стран "золотого миллиарда" только в конкуренции с двумя другими ветвями мутовки --- коммунистической/номенклатурной и фашистской/нацистской. 6. Историческая миссия России видится в отработке тупиковой номенклатурной ветви --- коммунистической, затем --- посткоммунистической. 7. Создавая стрессовое давление, катастрофы могут способствовать эволюции социума. Для того чтобы эволюционировать быстрее, социальный мир использует для генерирования такого давления два "домашних средства" --- войну и рынок, обеспечивающий постоянное направленное давление на членов социума (эффект "перманентной катастрофы"). Будучи эффективнее войны, рынок понемногу ее вытесняет. 8. В эволюционный прорыв могут входить социумы, задержавшиеся на "детской" стадии развития (социальная неотения). Таков генезис Ветхого Завета, Древней Греции и Возрождения, и, по-видимому, этот механизм еще не раз сработает в будущем. 9. Популярный сценарий энергетического будущего, связанный с торможением роста энергопотребления, направлен против вектора эволюции и потому грозит человечеству гибелью. Более перспективен переход к энергетике, построенной на круговороте тепла и потому находящейся на острие вектора эволюции.
Книга написана в развитие монографии "Феномен человека на фоне универсальной эволюции" (URSS, 2005, 2009), однако может читаться независимо. Она может быть интересна широкому кругу читателей, интересующихся социальной и эволюционной проблематикой.
| Про книгу | |
| Видавництво, місто | КомКнига (УРСС), М. |
| Рік видання | 2006 |
| Кількість сторінок | 336 |
| Обкладинка | м'яка |
-
879грн.
Схожі товари
Сдвиги и шоки: чему нас научил и ещё должен научить финансовый кризис
Две огромные силы меняют облик мировой экономики: стремительный сдвиг в экономической власти от переживающего спад Запада к растущему Востоку и шоки, вызванные волнами финансовых кризисов, которые охватили страны с высокими доходами. Это глубокие, длительные и взаимосвязанные изменения, которые определят облик мира на десятилетия. Сдвиг отражает полное изменение полуторавековой тенденции к экономическому расхождению, приведшей к тому, что граждане стран с высокими доходами практически обладали монополией на результаты процесса индустриализации. Вчерашние различия в росте между экономиками с высокими доходами и новыми рыночными экономиками сегодня привели к стремительному сближению с точки зрения доходов. Но хотя эта конвергенция сама по себе является желательной, она также ставит серьезные вызовы перед мировой экономикой. Финансовые шоки существенно усиливают эти вызовы. Они привели к длительному процессу сокращения кредитного рычага и медленного роста в странах с высокими доходами и особенно сильному кризису в хрупкой еврозоне. Более того, глобальный экономический сдвиг создал определенные условия для этих шоков, прежде всего глобальные макроэкономические дисбалансы и тенденцию к понижению заработной платы...
Воображаемое установление общества
От Платона да Маркса политическая мысль предстает перед нами как практическое применение теорий, раскрывавших сущность общества и истории. Основанная на онтологии тождества, для которой быть всегда означало быть обусловленным, она затемняла само существо общественно-исторического как радикально преобразующего воображаемого.В своей книге К.Касториадис показывает, как могло случиться, что Маркс - пленник этой онтологии - сам заглушил ростки нового, содержащиеся в его философии. Поскольку революционный проект выходит за рамки любого "рационального обоснования", то в организации общества им предполагается преодоление институционализированного разума, так что речь ведется о том, чтобы рассматривать историю как творчество, а общественно-историческое - как открывающийся в действии воображения способ существования, неведомый унаследованным от прошлого формам мысли.Вторая часть исследования ("Социальное воображаемое и общественные институты") раскрывает в общественно-историческом измерении онтологического генезиса, непрерывного творчества, самоизменения, оформляющегося как установление. Это установление - мира, индивидов, объектов - основанное на природном начале, по существу своему есть творчество из магмы воображаемых социальных смыслов. Общество обычно не осознает себя как самостоятельная структура: в этом проявляется отчуждение. Вера во внесоциальное происхождение данной структуры и ее рационализация в традиционной мысли - лишь проявления этого отчуждения. Революционный проект, проект ясно выраженной самоорганизации общества, зависит лишь от социальной активности людей, существенным компонентом которой является политическая мысль - мысль самоструктурирующегося общества.8 Воображаемое установление общества. Пер с фр./Пер Г. Волковой, С. Офертаса. Москва:Издательство "Гнозис", Издательство "Логос", 2003,480 с. СОДЕРЖАНИЕПредисловие 7Марксизм и революционная теория 13I. Марксизм: предварительный итог 151. Историческая ситуация марксизма и понятие ортодоксии /15 2. Марксистская теория истории /21 (Экономическийдетерминизм и борьба классов /37; Субъект и объект исторического познания /41; Дополнительные замечания кмарксистской теории истории /45) 3. Марксистская философия истории /50 (Объективистский рационализм /50;Детерминизм /52; Последовательная связь значений и «хитрость разума» /54; Диалектика и «материализм» /64) 4. Двесоставляющие марксизма и их историческая судьба /67 (Философские основания упадка марксистской теории /79)II. Теория и революционный проект 831. Praxis и проект /83 (Знание и действие /83; Praxis и проект /87) 2. Корни революционного проекта /92 (Социальныекорни революционного проекта /92; Революция и рационализация /98; Революция и социальная тотальность /99;Субъективные корни революционного проекта /104; Логика революционного проекта /109) 3. Автономия и отчуждение/116 (Смысл автономии. Индивид /116; Социальное измерение автономии /122; Институционализированнаягетерономия: отчуждение как социальный феномен /124; Мифическое значение «коммунизма» /126)III. Институт и воображаемое: первое приближение 131Институт: экономико-функциональный взгляд /131; Институт и символическое /133; Символическое и воображаемое/143; Отчуждение и воображаемое /149; Воображаемые социальные значения /153; Роль воображаемых значений /164;Воображаемое в современном мире /175; Воображаемое и рациональное /179Примечания к 1-й части 185Социальное воображаемое и институционализация 217IV. Общественно-историческое 219Возможные типы традиционных ответов /222; Общество и схемы сосуществования /229; История и схемыпреемственности /236; Философская институционализация времени /240; Время и творение /250; Социальнаяинституционализация времени /258; Отождествляющее время и время воображаемое /266; Нерасторжимостьсоциального и историчного. Абстракции синхронии и диахронии /273V. Общественно-историческое установление: legein и teukhein 279Отождествляющая логика и множества /279; Социальное установление множеств /286; Опора общества на природу /289;Legein и язык как код /299; Аспекты legein /307; «Legein», детерминированность, рассудок /322; Аспекты teukhein /325;Историчность «legein» и «teukhein» /335VI. Общественно-историческое установление:индивид и вещь 340Способ бытия бессознательного /341; Вопрос об истоке представления /349; Психическая реальность /362; Единичноеядро изначального субъекта /364; Разлом единичности и троичная фаза /372; Создание реальности /380; Сублимация исоциализация психики /385; Общественно-историческое содержание сублимации /390; Индивид и представление вобщем /395; Предрассудок восприятия и исключительность «вещи» /406; Представление и мышление /414VII. Воображаемые социальные значения 418Магмы /418; Значения в языке /423; Воображаемые социальные значения и «действительность» /434; Воображаемыесоциальные значения и институционализация мира /440; Способ бытия воображаемых социальных значений /446;Первичное воображаемое, общество, создающее институты, общество институционализированное /452Примечания ко II -и части 458Материалы к «воображаемому установлению общества»... 475..
Западноевропейские страны. Особенности социально-экономических моделей
В монографии впервые в отечественной литературе проводится сравнительный анализ моделей социально-экономического развития стран Западной Европы. Рассмотрены особенности социально-хозяйственного порядка, экономической политики государства и предпринимательства крупнейших стран Западной Европы – Германии, Франции, Великобритании, Италии, а также Швеции и Швейцарии. Исследованы вопросы становления общей европейской модели в рамках ЕС и динамика денежной и финансовой сфер, в которых этот процесс выражен наиболее четко...